Золушка, Облаченная в Пепел (ЛП) - Джейс Кэмерон - Страница 26

     - Баба-Яга? Какое необычное имя, - заметила Шу.

     - Конечно же, ей пришлось выбрать самое необычное имя, - ответила Серена. - Она ведь ест детей!

   Обе девушки начали смеяться. Тут абсолютно не над чем смеяться, подумала Шу. Весь этот сон с Сереной был построен из гор глупостей на горах еще больших глупостей, смешанных с огромным количеством крови и разнообразными ужасными вещами. Прямо, как жизнь в Реальном Мире, подборка неудачных и непонятных событий, не имеющий никакого смысла. Лучший способ вернуться в жизнь это посмеяться над ней.

     - Я слышала, что ее имя напоминает звуки, которые она издает, когда жует, - пояснила Серена, - Баба - это звук, который она издает, когда глотает: бабабаба! А Яга это звук, который она издает, когда пытается жевать кости: яяяяга!

   Еще она заметила, что смех Серены был более заразительным и звонким, чем чей-либо еще. Она смеялась так, будто это был ее последний день на земле. Ее рот растянулся, глаза стали больше, две милые ямочки показались из-под вездесущего пепла, и, конечно же, веснушки.

   Шу заметила небольшую деревеньку, расположенную далеко в низине холма.

     - А люди в той деревне знают о существовании этого домика? - поинтересовалась она.

     - Не думаю, - ответила Серена, - Они хорошие. Деревня называется Фьюри Телл. (прим. Ред. Furry Tell игра слов автора «сказка» - fairy tale). Кстати, в основе названия лежит очень смешная история...

   Внезапно, дверь Сахарного Домика распахнулась.

13

Мешок, Полный Мертвых Детишек

Из-за двери показался нос. Нос был кривой, больше самой огромной моркови, которую они когда-либо видели, и с небольшой горбинкой посередине. Ужасное лицо Бабы Яги появилось вслед за ним, освещаемое тонким лучом света из фонаря-тыквы над головой. Ее лицо напоминало помятый пирог, покрытый выступами и липким соком. Лицо Бабы Яги выглядело так, словно кто-то искусал его множество раз.

    - Это ОНА, - задрожав, прошептала Серена, держа Шу за руку. - Шаль, что надета на ней, сделана из поломанных детских косточек.

     - Не бойся, - успокоила ее Шу.

   Шу наблюдала за тем, как Баба Яга начала выходить из дома. Она передвигалась со скоростью мертвой черепахи. Ее тело было округлым и напоминало котел, но только с головой, а ноги торчали из под шали, которая, как казалось, была сделана из перьев. Шу ахнула, когда увидела, что у Бабы Яги были куриные ноги и ступни. Она подумала, что это, должно быть, самые жуткие ноги в мире.

     - Почему ей нужно так много времени на то чтобы выйти из дома? – прошептала Шу, отмечая, что Баба Яга, с ее крючковатым носом и куриными ногами, была похожа на огромную злую птицу.

    - Ее тормозит мешок, - прошептала Серена в ответ. - Этот мешок за ее спиной полон девочек, они все без сознания. Она направляется к Королеве.

   Шу увидела, как Баба Яга согнула и без того дугообразную спину и протянула мешок, который был больше ее самой раза в два, через дверной проем. Она спустилась с крыльца по трем деревянным ступеням, размахивая своими жуткими куриными ногами; головы детишек глухо ударялись об пол. Казалось, Бабе Яге стало куда удобней тащить его, когда она пошла по траве. Она курила сигару, пока шла.

     - Хочешь знать, из какого табака сделана сигара? - спросила Серена. - Это пепел, что остался от Рапунцель!

   Шу тряхнула головой и прислушалась к тому, что пела Баба Яга, пока тащила мешок вниз по холму:

Тише детки, помолчите 

Бабушка купит вам поющую птичку, 

А если вдруг птичка не запоет, 

То Бабуля ей крылышки разом оторвет 

   Птицы тот час разлетелись с деревьев. Ее голос обратил белок в бегство, они даже побросали свои драгоценные орехи, а змеи заползли под деревья. Ведьма еще раз затянулась сигарой и снова запела:

Тише детки, давайте не плачьте. 

За что вы попали в этот мешок, 

Вам, как я думаю, совсем невдомек, 

Советую проститься с этим миром скорей, 

Бабуля скоро слопает всех маленьких детей.

- Иногда, когда ей нужно больше денег, она отправляет несколько мальчишек Джорджи Порджи, Бугимену, - добавила Серена. - Он любит заставлять детей плакать, и он хорошо платит за детские слезы.

   Они наблюдали, как Баба Яга скрывалась во мраке, потом Серена и Шу бросились в Сахарный Домик и заперли за собой дверь.

     - Ты уверена, что она сейчас не вернется? - спросила Шу.

     - Нет, ей понадобится время, чтобы добраться до замка, - ответила Серена, спускаясь по лестнице в подвал.

   Куда бы Серена не пошла, Шу последовала бы за ней, даже в Ад. Серена все еще прижимала к груди хрустальную урну, а в другой руке держала метлу, так она повела Шу через лабиринт свечей, которые освещали коридоры подвала, что сам по себе был похож на небольшое подземелье. Они прошли мимо комнат с решетками на дверях, как в тюрьме, где Баба Яга держала детишек. Сейчас камеры были пусты, поскольку Баба Яга унесла всех детей в мешке.

     - Давай, шевелись, - потребовала Серена. - Не веди себя как принцесса, идущая по яичной скорлупе. Тебе это не идет.

     - Это местечко похоже на Ад, - заметила Шу.

   Серена пригнулась под низким потолком, ведущим в большую комнату. Наконец, она остановилась и указала на печь посреди комнаты. Она выглядела взвинченной. Шу не могла поверить, что Серене нравилось это место. Запах здесь был невыносимым. Тут что-то недавно горело, вероятнее всего, дети, которых ела Баба Яга. Она подумала о людях в Реальном Мире, которые считали, что сказки это всего лишь пушистые россказни детишкам на ночь, и о том, как бы они отреагировали, если б узнали, что Братья Гримм изменили все эти счастливые истории.

   Серена нежно провела рукой по печи, затем снова повернулась к Шу.

      - Разве она не прекрасна?

   Печь была ржавой, коричневого цвета, и была увита зеленой виноградной лозой, коротая змеилась вокруг нее. К ней были приклеены мертвые лягушки, словно наклейки на холодильник. На печной дверце виднелись два отверстия, похожие на глаза, которые глядели на Шу. За глазами она видела лишь копоть, оставшуюся от сгоревших детей. Шу хотела подыграть, и сделать вид, что печь ей действительно понравилась, но не смогла. Подвал Сахарного Домика был самым страшным местом, в котором ей довелось побывать.

     - Я думаю, что пришло время для твоей магии, Серена, - вздохнула Шу, молясь о том, чтобы ее магия не оказалась злой.