Татуировка наложницы - Роулэнд Лора Джо - Страница 75

В этом и состояла слабость версии Сано. По результатам проведенного его детективами расследования, в тушечницу по дороге из имения Мияги в замок Эдо ничего не подмешивали. Таким образом, тушь могла быть отравлена либо в начале, либо в конце своего путешествия, где эта никак не мог оказаться. У Данзаэмона не было возможности совершить убийство.

— Я знаю, что ты не убивал Харумэ, — успокоил его Сано. — Теперь же я хочу, чтобы ты помог мне. — Данзаэмон настороженно взглянул на Сано. — Ты говорил, что Харумэ подолгу беседовала с тобой. Не припомнишь ли чего-нибудь, что могло бы нам указать на убийцу?

— Как только я услышал о ее смерти, то вспомнил все наши разговоры, стараясь найти ответы. Была одна наложница, которая жестоко относилась к Харумэ, и дворцовый стражник, который ей досаждал.

— Госпожа Ишитэру и лейтенант Кусида уже стоят в списке подозреваемых, — сказал Сано. — Был кто-нибудь еще?

— Наемный убийца, который метнул в Харумэ кинжал.

— Она тебе рассказывала об этом?

При воспоминании у Данзаэмона потемнели глаза.

— Я был там, когда это произошло. Мы как раз вышли из гостиницы. Она всегда уходила первой, я следовал за ней на расстоянии, чтобы удостовериться в ее безопасности. Обычно я провожал ее до храма Канон в Асакусе, потом отправлялся своей дорогой. Но в тот день не смог заставить себя уйти и пошел за ней на базар. Я встал у прилавка с печеньем и видел, как она вошла в переулок у чайного домика, повернулась спиной и поднесла к лицу рукав кимоно. — Голос Данзаэмона задрожал. — Я знал, что она плачет из-за разлуки со мной. Потом Харумэ вскрикнула и упала. Я увидел кинжал, торчавший из стены чайного домика. Вокруг закричали люди. Я забыл о том, что нужно притворяться незнакомцем, и бросился к Харумэ. Тут кто-то налетел на меня. На ней был темный плаще капюшоном. Она так торопилась скрыться, что я понял: кинжал метнула она.

В волнении, испытанном от известия, что покушавшийся внешне напоминал убийцу торговца снадобьями, Сано не сразу осознал слова Данзаэмона.

— Она? Ты хочешь сказать, что это была женщина?! — Шойэй описал нападавшего как мужчину... или нет? Сано вспомнил смятение торговца, когда он спросил его о том, как выглядел мужчина. Тогда Сано не придал этому значения. Не пытался ли торговец сказать, что его зарезала женщина? — Ты уверен?

Вожак эта кивнул.

— Ее волос и одежды не было видно под плащом и капюшоном. Нижнюю часть лица скрывал шарф. Но у нее были выбриты брови.

«По моде, распространенной среди благородных дам», — подумал Сано. Его сердце учащенно забилось, как бывало всегда в конце успешного расследования.

— Ты не говорил об этом полиции, — предположил он.

Эта беспомощно пожал плечами.

— Когда Харумэ увидела, что я бегу к ней, она крикнула: «Нет! Нет!» Я понял, что она хотела сказать. Мы не могли позволить кому-либо увидеть нас вместе и заподозрить, что мы не просто незнакомые люди, случайно оказавшиеся в одном месте в одно время. Мы не могли допустить, чтобы в полиции меня спросили, что я там забыл и почему вмешиваюсь не в свое дело. Поэтому...

Его тяжелый вздох выразил трагедию мужчины, который не смел даже помочь любимой.

— Я повернулся и пошел прочь. Теперь я понимаю, что, если бы сообщил о виденном, полиция могла бы схватить убийцу. А Харумэ осталась бы в живых... — Затем обреченно добавил: — Но произошло то, что произошло. — «Сколько раз на дню он покорялся судьбе и покорно ее принимал», — подумал Сано. — Невозможно повернуть время вспять или изменить мир.

— Твой рассказ поможет воздать по заслугам убийце госпожи Харумэ, — сказал Сано. — Так ты отомстишь за ее смерть.

По тому, как затвердели губы главаря эта, и по отчаянию, плеснувшемуся в его глазах, Сано понял, что для него это слабое утешение. Он поблагодарил Данзаэмона за ценное сообщение и поднялся.

— Я провожу вас до ворот, — сказал Данзаэмон.

Они вышли из дома, отвязали коня Сано и молча пошли по поселку в сопровождении помощников Данзаэмона и Муры. У ворот Данзаэмон поклонился. Чуть поколебавшись, Сано поклонился в ответ. Благодаря зацепкам, полученным от эта, становилось понятным, кто убил госпожу Харумэ. Въехав на пустырь, Сано оглянулся.

Окруженный помощниками и Мурой, главарь отверженных гордо стоял перед утопающим в зловонии поселением, где тысячи людей, молодых и старых, почитали Данзаэмона и всецело полагались на него. Если бы не низкое происхождение, какой даймё получился бы из этого человека! Как это ни парадоксально, но Сано было проще представить во главе войск Данзаэмона, чем Цунаёси Токугаву.

37

— Логично предположить, что именно госпожа Ишитэру является преступницей, — сказал Сано. — Некая женщина метнула в Харумэ кинжал у храма Канон в Асакусе. Ишитэру там была, и алиби у нее нет. Она имела доступ в комнату Харумэ и могла купить яд для стрел у Шойэя, когда приобретала любовное зелье, которое подлила тебе, Хирата.

Лицо молодого вассала осунулось от страданий.

— Я не могу поверить, что Ишитэру убийца, — повторил он в третий раз с того момента, как они с Сано встретились перед замком Эдо, чтобы обсудить результаты своих поисков. Теперь, въезжая в чиновничий квартал, он упрямо отстаивал невиновность своей соблазнительницы.

— Быть может, Данзаэмон ошибается?

Сдерживая нетерпение, Сано взглянул на вершину холма. Закатное солнце высвечивало косыми лучами крыши дворца и деревья в лесном заповеднике. Стоявшие по сторонам улицы казармы отбрасывали синие тени, погружая район в ранний сумрак. Сано устал, проголодался и мечтал о горячей ванне, чтобы смыть с себя грязь поселения эта. Он жаждал увидеть Рэйко и разделить с ней успех завершения дела. И дополнительные проблемы с Хиратой были ему совсем не нужны.

— Ишитэру больше не избежать допроса, — вынес окончательный приговор Сано. — Госпожа Кэйсо-ин уже, должно быть, рассказала сёгуну о нашей ошибке. Он допустит нас в Большие Внутренние Покои. — Помолчав, добавил: — Против Ишитэру слишком много улик. Тебе придется принять неизбежное, хочешь ты того или нет.

— Я понимаю. — Пальцы Хираты перебирали поводья. — Просто... не могу смириться с тем, что мог так ошибаться в человеке, который... Не могу поверить, что она это сделала. Весь день я надеялся найти доказательство, что не был круглым дураком. Убедил себя в том, что убийца — лейтенант Кусида, и в его поисках рыскал по всему городу. — Они спешились у имения Сано. Во дворе конюх принял лошадей. Хирата горько вздохнул. — Но теперь...

Детективы и члены их семей в ожидании ужина частенько прогуливались перед бараками. Вот и сегодня мальчишки сражались деревянными мечами, мужчины подбадривали их, а женщины судачили. Молодая мать играла с едва начавшим ходить ребенком в мяч.

— Все делают ошибки, Хирата. Оставим это, — сказал Сано.

Но Хирата не слушал его. Он замер посреди двора, ошеломленно уставившись на мать и ребенка.

— Ого, — пробормотал он и повторил со странной интонацией: — Ого.

— В чем дело? — спросил Сано.

— Я кое-что вспомнил. — Он заметно волновался. — И теперь точно знаю, что госпожа Ишитэру не убивала Харумэ.

Сано рассердился.

— Хирата, прекрати! Сколько можно? Мне нужно помыться и поговорить с Рэйко. Потом пойдем в Большие Внутренние Покои.

Повернувшись, он направился к дому. Хирата бросился за ним.

— Подождите, сёсакан-сама! Позвольте объяснить! — При входе они переобулись в матерчатые шлепанцы. — Думаю, что на днях я видел убийцу.

— Что? — остановился Сано.

Слова потекли из Хираты быстрым, непрерывным потоком.

— Когда я встречался с Крысом, мне показалось странным... Теперь я понимаю, что произошло. Я должен был догадаться! — Он дрожал от возбуждения. — Она ничего не продавала, она расплачивалась с ним!

— Помедленнее, я ничего не понял, — остановил его Сано. — Начни сначала.

Хирата судорожно вздохнул и рубанул рукой воздух, пытаясь справиться с волнением.