Спящий дракон - Мазин Александр Владимирович - Страница 116

– А бывают некрасивые страны? – удивилась Ронзангтондамени.

– Бывают. Хурида, например. Правда, сам я не видел…

– Там, где живут люди, должно быть красиво!

– Наверно. Зависит от людей. Говорят, когда-то и Хурида была чудесна. Кстати, где твои мужья?

– Я их отправила! – Ронзангтондамени немного смутилась, будто сказала что-то неприличное. Но Санти не разбирался в нюансах урнгурской семейной жизни.

– Когда мы вернемся, – сказал он, – я прилечу прямо в Гнон. Меня очаровал твой озерный домик!

– Дом, а не домик! – Ангнани засмеялась и поцеловала его. Санти поддержал ее, потому что возок подпрыгнул на ухабе. – Я больше не боюсь, что ты не вернешься. Пусть мне скажут – почему?

– Потому что я вернусь. А ты колдунья и заглядываешь в будущее. Вы же все колдуньи, Женщины Урнгура, разве нет?

– Колдуньи. Но мое колдовство не слишком помогло мне с тобой, а?

– Я был на волосок. Ты и без колдовства…

– Льстец! Как ты не похож на мужчину!

– ?

– Ах, я забыла, у вас же все наоборот!

– Дракон! – сказал Санти. – Летит дракон!

Он мазнул губами по щеке женщины, прыгнул из возка прямо в седло бегущего рядом парда и, обогнав телохранителей, подскакал к Этайе.

«Да, я позвала его! – подтвердила фьёль. – Дальше ехать незачем».

«Ты права, Тай! Ты не сердишься на меня из-за… Ангнани?»

«Туон! Она дала тебе то, чего у меня нет, мой Санти!»

«Ты знаешь?»

«Да. Потому что я – фьёль. И я была с вами».

«Ты?!»

«Глупый! Я же твоя фьёль! Я всегда с тобой! Дракон садится, поспеши!»

Их обдало ветром, поднятым огромными крыльями: дракон пролетел над головами людей, приветствуя их, а потом взмыл вверх и уселся на широкий каменный карниз. Телохранители Женщины Гнона закрыли лица руками в знак почтения.

Ронзангтондамени покинула возок. Остальные тоже спешились, собрались вокруг Нила. Эрд торжественно расстегнул пряжки ремней и перепоясал Санти собственным мечом.

– Да хранит тебя Судьба Асенаров! – Он сжал руку юноши.

– Путь подходит к концу, сын! – сказал Биорк.

– Воля Повелителя Судеб! – отозвался Нил с беспечной улыбкой.

Великан вновь сменил королевское облачение на открытый стальной шлем, простую, но надежную стальную кольчугу и серые штаны из мягкой кожи, заправленные в высокие сапоги с бронзовыми пряжками. Поверх кольчуги он натянул толстую меховую куртку. Не потому, что боялся замерзнуть, а потому, что хотел, чтоб такую же куртку надел Санти: юноша был всего лишь чувствительным к холоду южанином.

Санти, в такой же темно-серой куртке с нашитыми сверху стальными полосками, опоясанный мечом, выглядел настоящим воином. Ронзангтондамени, глядя на него, восхищенно улыбалась. Санти поцеловал ее, потом, приподняв вуаль, поцеловал фьёль.

– Будьте вместе! – шепнул он Этайе. – Я люблю вас!

Когда юноша сжал твердую, как сухое дерево, ладошку вагара, тот серьезно посмотрел на Санти и тихо сказал:

– Оберегай его!

Санти подумал, что вагар шутит, но нет, тот не шутил.

Нил вскинул на спину мешок со снаряжением.

– Эй! – крикнул им со спины дракона Гестион. – Я проголодался!

– Я тоже! – закричал в ответ Нил, хлопнул Санти по плечу, и они полезли наверх.

Спустя несколько минут дракон уже парил над кучкой людей, глядевших снизу, запрокинув головы. Потом он поймал восходящее течение и стал подниматься вверх. Когда фигурки внизу превратились в крохотные точки, бронзовый зверь взмахнул треугольными крыльями и полетел в сторону Большого Хребта.

Полет на драконе не сравнить со скачкой на парде. Там – мелькание проносящихся деревьев, тряска длинных прыжков, удары лап, удары седла, скрип кожи и опорных пружин, свист воздуха, выталкиваемого из мощных легких. Скорость! Полет дракона кажется неторопливым. Медленно-медленно плывет внизу земля. Далеко внизу. И даже воздух толкает в лицо слабее, потому что раздвигает его треугольная, отливающая металлом голова. И никакого видимого, ощутимого движения, только тело становится немного тяжелее, когда дракон набирает высоту, и немного легче, когда он ее теряет. И все же дракон обгоняет парда, легко обгоняет. И там, где пард через четверть часа упадет, задыхаясь и закатывая желто-коричневые влажные глаза, дракон будет лететь. Час, два, три. Словно никаких усилий ему не требуется, чтобы парить над измельчавшим миром. Никто не может сравниться с ним в скорости. И уж если понравится человек дракону, а дракон – человеку, любое место, любой самый затерянный уголок становится им доступен. Но ненадолго. Дракону нужно есть, а ест дракон только рыбу.

Санти глядел сверху на остроконечные черные вершины. Он сидел в удобной впадине, держась за плечи Гестиона и упираясь спиной в роговой выступ спинного гребня.

Позади устроился Нил. Юноша слышал, как великан напевает себе под нос: «Солдат, солдат, глотни вина…»

Теперь уж Санти мог сполна насладиться полетом. В тот, первый, раз он был слишком взволнован и летели-то они всего ничего. Сейчас – да. Бесшумно и быстро. Холодный, бьющий в лицо ветер. Горячая упругая спина. Блестящая, как полированный металл, шкура. Говорят, арбалетная стрела не пробьет ее и в упор. Уж Санти никогда не стал бы пробовать! Никакой упряжи, никакого седла. Всадник упадет, только если захочет дракон. Санти с Гестионом сидели во впадине между отростками двух позвонков. Первый, тот, что ближе к голове, был просто бугром локтя в два. А вот второй, за спиной у Санти, вдвое выше и в четыре раза шире. Как спинка кресла. Еще один такой же – за спиной у Нила. Впереди юноша видел длинную толстую шею и загнутый вперед рог, конец которого был почти чисто медного цвета. Треугольная голова с длинными челюстями и широкими ноздрями, круглые глаза под выступами надбровий – их он со спины видеть не мог, зато широченные крылья, несущие длинное тело, расстилались справа и слева, словно огромные паруса из полированной бронзы. Когтистые пальцы, растущие из третьего сустава крыла, сжаты в подобие кулака.

Когда дракон делал круг, Санти, оглянувшись, мог видеть горизонтальную ромбовидную лопасть, которой завершался длинный гибкий драконий хвост.

Полет дракона, пожалуй, даже приятней тех, которые Санти совершал в волшебных снах. В нем – волнующая осязаемость, уверенность от медленных мыслей дракона, которые без всякого усилия улавливал Санти, от тепла и твердой упругости сильного тела под ним.

– Сколько нам еще лететь? – спросил он Гестиона.

– Не знаю. Не знаю, куда мы летим.

– Так спроси его! – предложил юноша.

– Что ты! Драконы не знают времени. У тебя нет какой-нибудь еды? Я не ел со вчерашнего дня!

Санти вынул из сумки кусок пирога и протянул мальчику.

– Спасибо! – поблагодарил он и впился зубами в уже начавшее черстветь сдобное тесто.

– Вы же были на побережье! – удивился Санти. – Там полно плодов, сейчас самый сезон!

– Когда он летал есть, я летел вместе с ним, а когда он спал, я тоже боялся отходить далеко!

– Но почему?

– Почему, почему! А вдруг он улетит без меня?

– Я послала за тобой, сирхар! – Королева Урнгура окинула Биорка неприязненным взглядом. – Мне не следовало этого делать, а тебе – заставлять меня ждать!

Вагар посмотрел в ее недовольное лицо: «Пусть я никогда не увижу Имирова моря, если я ее понимаю! Хотя на хольдском она говорит неплохо. Кстати, откуда она знает хольдский?»

– Что тебя не устраивает? – спросил он.

Королева посмотрела на него так, будто он выдал нечто постыдное.

«Ну, сынок, удружил! – подумал он. – Впрочем, баба есть баба, даже если она Королева: было бы желание, а повод для недовольства всегда найдется!»

– Если я нарушил ваши законы, – он старался говорить как можно мягче, – то я приношу извинения! Я их не знаю, и никто не потрудился мне их объяснить. Что же до твоей армии, которой я сейчас занимаюсь, – солдаты ее таковы, что благодари ваших богов за горы, отделившие вас от мира. Эти вояки не выстоят и против Хуриды, а хуже солдат, чем в Хуриде, я не видел ни в одном государстве!