Миньон (СИ) - Raavasta . "Raavasta" - Страница 110

  На нащечниках вражеского шлема, загнутых вдоль нижней челюсти огра, засветились еще какие-то странные руны. И крохотные огоньки, способные легко прожечь насквозь самый толстый череп, свернув с уже намеченного курса, с шипением вонзились в зачарованную сталь в том самом месте, где сияли непонятные символы. Огр, качнувшийся поначалу назад, еще в тот момент, когда увидел созданное Вороном заклятье, резко рыкнул, то ли удивленно, то ли, как показалось самому капитану, презрительно, и вновь замахнулся своим огромным мечом. Успевая принять этот вертикальный удар лишь на грубый блок, Аспен припал на колено, тут же кувырком уходя назад и пытаясь придумать, что же ему теперь делать дальше.

  Но не успел капитан еще даже толком разогнуться, как чья-то небольшая нога наступила ему на сгорбленную спину и резко от нее оттолкнулась. В воздухе между сражавшимися воинами мелькнул силуэт, сияющей начищенной сталью и ярко-зеленым полотнищем плаща, развивающегося за спиной, и фигура огра, застывшая в очередном замахе меча, с грохотом рухнула навзничь.

  - Не засыпай на поле боя, Турр, - обернувшись, с усмешкой выкрикнула Ирма Хольстар. - Говорят, что так и помереть недолго!

  Выдернув из глазницы врага свой прямой меч, Ирма соскочила с тела поверженного врага, не забывая при этом оглядываться по сторонам. Так уж получилось, что глава дома Хольстар самолично возглавила сотню наемников своего семейства даже, несмотря на протесты капитана Ингмара. И никого другого во всем Гломстанге, кто рискнул бы заступить дорогу своенравной гноме, попросту не было. Даже собственный клан, похоже, был совсем против, если Ирма вообще не вернется с этой вылазки, и пост руководителя семьи можно будет передать ее куда более спокойному и рассудительному племяннику, который, так уж сложились переплетения генеалогического древа, был еще и на полсотни лет старше своей тетушки.

  - Постараюсь больше так не подставляться, - отозвался в ответ на поддевку гномы Аспен, про себя в этот момент больше обдумывая внезапно возникшую проблему с необычными доспехами огров.

  Сражение вокруг, тем временем, и не думало кончаться, на помощь защитникам лагеря спешили все новые и новые солдаты, но взять обширный плацдарм напротив проломов в частоколе у воинов Гломстанга все-таки получилось. Вражеские стрелки оттянулись под прикрытие свежих сил, а латники-огры, по большей части, пробивались в разные стороны и отступали вглубь лагеря, не желая продолжать битву в полном окружении. Многие из них были ранены, больше всего досталось тем, кто сошелся с урсумаритами, и хотелось верить, что обратно в бой эти воины вернутся теперь нескоро.

  - Действуем, как условились, - вокруг уже столпились другие бойцы, включая капитанов Раймонда, Ингмара, Янсена и жутко довольного Одавика, взвалившего секиру на плечо и покрытого с ног до головы брызгами свежей крови. - Я и Хакон - на правый фланг, идем к орудиям и шатру командования. "Спиноломы" Хольстаров - налево, сдерживаете всех, защищаете наш путь к отступлению. Так, "башмаки", на вас центр и тылы, - на лицах многих наемников, включая и самих "подкованных сапог" дома Вестинбахов, появились ухмылки. Шутка, за которую в обычное время дело легко бы могло дойти до поножовщины, сейчас в разгар битвы воспринималась всеми как нечто само собой разумеющееся.

  - А мы сходим до местного амбара, - Раймонд подвел итог словам Ворона, и вся огромная масса солдат, пробившихся во вражеский лагерь, вновь пришла в движение.

  - Что у нас с потерями? - спросил Аспен уже набегу у появившегося рядом Гирата.

  - От одного до двух десятков у каждого отряда, половина - раненые, - отозвался полуэльф. - Для того чтобы основательно пошуметь нас пока хватает.

  - Добро.

  А ударная группа, которую возглавил Ворон, уже приближалась к тому месту, где шла очередная яростная схватка. Довольно большое пространство впереди и вокруг оказалось расчищено от шатров и иных строений, и, судя по обугленным остаткам опорных столбов, торчащих из земли, и запаху гари, дело здесь не обошлось без магии. Первые "самоцветы" и "мясники" уже сцепились в жестокой сече с хобгоблинами и орками, поджидавшими их на границе выжженной земли. Три десятка огров сбили щиты в плотный ряд у подножия небольшого насыпного холма, на котором возвышался огромный войлочный купол, который и был одной из целей атаковавших. Главная батарея вражеских дальнобойных камнеметов располагалась как раз прямо за ним. Но сначала нужно было попытаться разобраться с предполагаемыми командирами вторженцев, если, конечно, они еще не догадались удрать куда-нибудь поглубже в тыл.

  Наемники Гломстанга вновь ударили слитно, дружно и яростно, раздавив почти всякое сопротивление у себя на пути. Несколько багбиров, расшвыривая оказавшихся у них на пути хобгоблинов, снова первыми смогли добраться до щитоносцев-огров, которых здесь было гораздо меньше, чем в первый раз. В доспехах, специально выкованных для них в кузнях богатейших городских кланов, не поскупившихся на нужды ополчения, багбиры были практически неуязвимы для стрел, копий и прямых односторонних мечей обычных вражеских воинов. Не слишком сильно страдали они и от ударов шестоперов, а потому снова смогли без труда сбить с ног ближайших огров и оказаться почти у самого шатра. Но в этот момент обитатели командирской палатки решили заявить о себе, и через разорвавшуюся войлочную стену в сторону багбиров устремился поток холодного ветра. Даже на таком расстоянии Аспен буквально кожей почувствовал ту могильную сырость, которой был пропитан этот странный поток воздуха. Доспехи огров, оказавшихся как и багбиры в зоне действия заклятья, мгновенно засияли всевозможными переливами рун. А недавние рудокопы, спотыкаясь на ровном месте, стали падать на колени, сотрясаясь от гортанного рычащего кашля. Тела багбиров затряслись в судорожных конвульсиях, между щелей доспехов обильно полились потоки мгновенно мутнеющей крови. У одного из гигантов, остававшегося еще на ногах, с треском подломилась колени, а протянутая рука с тяжелым молотом обвисла в районе локтя, согнувшись под неестественным углом.

  Несколько существ, походивших на обычных огров не больше, чем дварфы или эльфы походят на людей, с демонстративным неудовольствием на лицах появились из прорехи в сгнившем войлочном полотне. С синеватой матовой кожей, с небольшими загнутыми рогами и, все без исключения, с вычурными посохами и в богатых расшитых одеждах, троица огров-магов замерла за спинами вновь сбивших свой ряд щитоносцев. Что ж, и это значило, что главный враг теперь прекрасно определен, а большего, чем видеть свою цель, наемникам и не было нужно. И даже жестокая смерть боевых товарищей сейчас уже не могла бы их остановить.

  Орки, хобгоблины и гноллы продолжали прибывать со всех сторон, внося в сражение еще большую сумятицу и хаос. Прежде чем солдаты Гломстанга смогли начать вторую атаку, вражеские воины успели заполнить собой почти все выжженное пространство перед большим шатром, и свирепая битва в очередной раз вспыхнула во всей своей полноте. Аспен успел заметить, как один из синекожих магов выступил немного вперед и повел своим посохом, но выкрикивать слова предупреждения не пришлось. Призрачная сеть, соткавшаяся над головами сражавшихся, хищно кинулась вниз, но налетела на сияющий золотой купол и бессильно заскрежетала, не имея возможности двигаться дальше. Гират и остальные маги "самоцветов" в окружении небольшой группы воинов-охранников успели занять свою позицию и теперь напрямую занялись сдерживанием чужих волшебников. А значит, дело теперь было за простыми солдатскими клинками.

  Но порадоваться слишком долго тому, что все складывается наиболее удачным образом, Аспен не успел. Вместе с основной группой атакующих он уже ворвался во вражеские ряды и вынужден был полностью сосредоточиться на схватке. Хорошее оружие и доспехи делали хобгоблинов и орков опасными противниками, а сражались они довольно умело, чего от них в принципе и следовало ожидать, но некоторые моменты все же заставили Ворона вновь удивиться. Например, то, как один из вражеских воинов-хобгоблинов выдернул из-под удара находившегося рядом раненного орка и отбил выпад наемника, едва сам не подставившись под атаку. Или, когда двое других "имперских" солдат подхватили под руки упавшего, но еще явно живого товарища и принялись оттаскивать его назад, отмахиваясь своими пятиугольными щитами.