Адмирал Ушаков - Андрущенко Андрей Иосифович - Страница 29

В донесении Екатерине II о победе Потёмкин дал , Ушакову восторженную характеристику: «Я не могу довольно описать храбрости, искусства и доброй воли командующего контр-адмирала и кавалера Ушакова»135 136 137. • I

5 сентября пленённый корабль «Мелеки-Бахри» под надёжным конвоем отправился в Херсон для исправления. Но из-за глубокой осадки он не прошёл в херсонскую базу и был приведён в Севастополь. - Здесь его починили, поставили семьдесят четыре пушки и назвали «Иоанн Предтеча». В будущую кампанию он участвовал в решающей битве с турецким флотом при Ка-лиакрин.

6 сентября Ушаков снялся с якоря и через два дня

с флотом прибыл на севастопольский рейд. По прибытии в гавань Ушаков объявил в приказе «нанпризиательией-шую свою благодарность» личному составу флота «за храбрые подвиги» и в ознаменование победы приказал «выпалить» с флагманского корабля из пятидесяти одной пушки134. v

Вместе с эскадрой пришли из Лимаиской флотилии *

корабли «Навархия», «Вознесение Господне» и три фрегата— «Макроплня», «Федот Мученик» и «Григорий Вс-лнкня Армении».

В Севастополе быстро устранили повреждения на судах, и эскадра снова была готова ж боевым подвигам. На севастопольский рейд была вызвана ешё Таганрогская эскадра, состоящая из двух 46-пушечных кораблей и де- >

вяти мелких судов под командованием бригадир-капитана П. В. Пустошкина.

Несмотря на то, что турецкий флот сильно постра- . дал и ушёл в Константинополь, Потёмкин опасался появления его снова у Дуная, где Лиманская гребная фло-.тилия участвовала в операциях вместе с сухопутной армией. /

Для охраны подступов к Дунайскому гирлу Потёмкин приказал Ушакову вывести флот к устью Дуная.

16 октября Ф. Ф. Ушаков с четырнадцатью кораблями, четырьмя фрегатами и двадцатью мелкими судами направился к Аккерману, «поспешая в соединение с лн-манскою флотилиею». Пять фрегатов и другие суда остались охранять Севастополь. Флот шёл тремя колоннами в тесном строю. 19 октября он подошёл к Гаджнбею. Здесь Ушаков узнал, что Лиманская флотилия под командой генерал-майора де Рибаса 18-го числа пошла к Аккерману. Флот направился туда же. На следующий день Ушаков получил сообщение, что флотилия ушла к Дунаю, куда^ направился на всех парусах и флот. Здесь Ушаков поставил корабли между сулинским и килийским рукавами и охранял флотилию, вступившую в борьбу с береговыми батареями, прикрывавшими вход в рукава Дуная, и турецкими речными судами.

Крейсерские суда Ушакова непрерывно вели раз' ведку. Пребывание флота поздней осенью в открытом море становилось небезопасным.

31 октября Потёмкин приказал Ушакову пройти вдоль румелийского берега и посмотреть, нет ли где турецкого флота, после чего отправиться в Севастополь и заняться приготовлением судов к будущей кампании. Ушаков осмотрел побережье до мыса Калиакрии, нигде не обнаружив противника, и вернулся в Севастополь 14 ноября. В то время как Ушаков с флотом охранял подходы к Дунайскому гирлу, Лиманская флотилия помогала армии штурмовать крепости, расположенные в многочисленных рукавах Дуная. При активном участии флотилии были взяты крепости Тульча и Исакча с главными складами турецкой армии.

18 ноября флотилия подошла к первоклассной, сильно укреплённой крепости Измаилу и приняла активное участие в осаде и навеки прославленном суворовском штурме Измаила (11 декабря 1790 г.).

Следует отметить, что гребные суда флотилии оказались превосходно построенными и хорошо выдержали непогоду и все бон. Начальник гребной флотилии генерал-майор де Рибас в донесении Адмиралтейскому правлению писал: «Все суда гребной флотилии благополучно, в стройном порядке и без малейшего повреждения, вошли в Дунай. Бурн, которые они перетерпели, проходя море, ясно доказывают крепость их состава, а сне свидетельствует полное искусство строителен оных, в чём и

имею долг отдать истинную справедливость» Потёмкин предписал даже именовать флотилию «Черноморским гребным флотом» 138 139.

Падение первоклассной крепости Измаил, считавшейся в те времена неприступной, произвело удручающее впечатление на султана и его правительство. Великий визирь Гассан поплатился головой за это. На его место был назначен вндннский паша Юсуф. По приказу султана из Архипелага в Константинополь привели несколько турецких судов под русскими флагами и объявили, что они якобы захвачены в плен в бою.

Приняты были жестокие меры против сторонников мира с Россией. В Константинополе если кто-нибудь, забывшись, произносил одно только слово «Измаил», то его немедленно схватывали и ссылали на галеры.

Несмотря на падение Измаила, Турция продолжала упорствовать и не соглашалась на заключение мира. Предложения о перемирии были ' отвергнуты Потёмкиным, который требовал: «мир или война».

Теперь, когда Швеция вышла из войны, а Англия и Пруссия в своей ставке на Турцию явно потерпели политическую неудачу, Екатерина ещё более стояла на своём.

«Я уверена, *ito ты... не упустишь случай последний к заключению мира, — писала она Потёмкину 29 августа 1790 г., — неужели... султан и турки не видят, что шведы их покинули, что прусаки, обещав нм трактатом нас и венский двор атаковать в прошедшую весну им чисто солгали, с них же требовать будут денег за издержки, что вооружались; чего дураки ждать могут; лучше мира от нас не достанут, как мы им даём; а послушают короля прусского — век мира не достанут, понеже его жадности конца не будет» 140.

В конце сентября Екатерина указывала Потёмкину, что только победы русского оружия приведут к миру, ибо «не побив их турецкие союзники будут всячески турок от мира удерживать» 141.

Несмотря на истощение страны, Порта под влиянием Англин и Пруссии собирала новые силы для продолжения войны.

Требовался ещё решительный удар по султанском армии и флоту, чтобы Турция признала своё окончательное поражение.

4г. Раагром турецкого флота у Кялпакрпи

Весной 1791 г. международное положение России было очень напряжённым. В марте Англия и Пруссия договорились ультимативно потребовать от России выполнения всех их требовании, в противном случае грозить объявить войну. Глава английского правительства Питт просил у парламента кредитов на войну с Россией и спешно вооружал в Портсмуте флот в тридцать шесть кораблей и двенадцать фрегатов для нападения на Кронштадт и Петербург К

Однако английская торгово-промышленная буржуазия, имевшая деловые связи с Россией и очень заинтересованная в обширном рынке сбыта, подняла бурный протест против войны. Буржуазная партия вигов решительно выступила в парламенте против военных планов Питта.

Русский посол в Англии С. Р. Воронцов предупредил Питта, что он будет всеми средствами «стараться, чтобы нация узнала» о намерениях, «столь противных её интересам», что он «убеждён в здравомыслии английского народа» и надеется, «что громкий голос общественного мнения заставит» его «отказаться от несправедливого предприятия» 2. Воронцов обратился к влиятельным членам парламента, бывшим в оппозиции к правительству,-и настроил их против войны с Россией..Затем он составил «записки», в которых убедительно доказывал, что Питт ведёт Англию к «разорению посредством уничтожения её торговли» с Россией и «что всё это делается ради интересов ей чуждых»3. «Записки» такого содержания были разосланы в такие, например, промышленные центры, как Манчестер, Лидс, Уекфильд и др. Под влиянием их прокатилась волна митингов протеста с требованием к парламенту унять Питта.

•А. Бриккер, Россия, Англия и Пруссия 17SI —1791 гг., «Русский вестник», т. 193, СПБ 1887, стр. 33.

’Там же, стр. 34.

3 Там. же, стр. 36

Кроме того, более чем в двадцати газетах печатались статьи соответствующего содержания. В Лондоне на стенах домов появились надписи мелом: «Не хотим

войны против России».

Под влиянием общественного движения некоторые министры отошли от линии своего премьера. Питт, боясь серьёзного внутреннего кризиса, вынужден был признать себя побеждённым и отказаться от агрессивной политики по отношению к России 1. Готовый к походу флот был разоружён.