Отечественные мореплаватели — исследователи морей и океанов - Зубов Николай Николаевич - Страница 90

90

Отсюда Литке опять пошел на юг, то производя опись берегов с судна, то становясь на якорь и посылая для описи шлюпки и байдары. Во время этого плавания были подробно описаны залив Лаврентия, устье Мэчигмэнской губы, залив Креста, пролив между островом Аракамчечен и Чукоткой, названный проливом Сенявина, и берег приблизительно до мыса Наварин. 22 сентября Литке вернулся в Петропавловск, где уже больше месяца его дожидался Станюкович на «Моллере». 30 октября оба шлюпа вышли из Петропавловска в Кронштадт.

О своих гидрографических работах в Беринговом море Литке говорит следующее:

«В Беринговом море определены астрономически важнейшие пункты берега Камчатки от Авачинской губы к северу; измерены высоты многих сопок; описаны подробно острова Карагинские, дотоле вовсе неизвестные, остров Св. Матвея и берег Чукотской земли от мыса Восточного (Дежнева. – Н. 3.) до устья реки Анадыря; определены острова Прибылова и многие другие»[328].

Несмотря на значительные успехи экспедиции Литке и Станюковича как в отечественных, так и в зарубежных водах, надо обратить внимание на следующие обстоятельства:

1. Корабли «Моллер» и «Сенявин», как об этом уже говорилось, работали недружно. Что послужило этому причиной, сейчас выяснить невозможно.

2. Главными задачами судов были: доставка грузов в Петропавловск и на Уналашку и описание азиатских (Литке) и американских (Станюкович) берегов северной части Тихого океана. Географические изыскания в тропической части Тихого океана считались второстепенными.

3. В 1827 г. Станюкович пришел в Петропавловск только 13 июля, простоял здесь до 13 августа, пришел на Уналашку 30 сентября и описных работ в этом году не делал.

В том же году Литке работал в Беринговом море по описи острова Св. Матвея только 25 дней (вышел из Уналашки 19 августа и пришел в Петропавловск 13 сентября).

Из этого следует, что корабли из Кронштадта вышли поздно, а на пути к месту назначения задерживались в тропиках.

4. В 1828 г. Станюкович вышел из Петропавловска 27 апреля и вернулся обратно слишком рано – около 26 августа, проработав в море меньше 120 дней. В том же году Литке начал работу в Беринговом море 15 июня и вернулся в Петропавловск 22 сентября, проработав в море около 98 дней.

Сейчас, конечно, трудно судить обо всех обстоятельствах плавания «Моллера» и «Сенявина», но все же надо отметить, что по описи отечественных морей оба шлюпа могли бы сделать значительно больше.

12. Опись Козьминым Удского берега Охотского моря и Шантарских островов

(1829–1831)

Первым из русских, добравшихся до Охотского моря, был Иван Москвитин. В 1639 г. он основал в устье реки Ульи «ясашное» зимовье. В 1649 г., в семи верстах выше устья реки Охоты был заложен Охотский острог. Затем были основаны остроги Тауйский, при устье реки Тауй, и Удский, на реке Уде. В 1653 г. казак Нагиба в устье реки Тугур заложил ясашное зимовье и, по-видимому, увидел Шантарские острова. Посещены эти острова были в 1713 г. казаками Семеном Анабарой и Иваном Быковым.

Из всех этих острогов наибольшее значение как морской порт приобрел Охотск. Из Охотска в 1716 г. Кузьма Соколов совершил первое плавание по Охотскому морю к Камчатке. Из Охотска в 1720 г. ходили к Курильским островам геодезисты Евреинов и Лужин. Из Охотска в дальнейшем отправлялись экспедиции Беринга – Чирикова, Шпанберга, Креницына – Левашева, Биллингса – Сарычева и ряд других.

Однако Охотск как морской порт был крайне неудобен. Путь к нему по суше очень тяжел: через горы, болота и тайгу. Самый порт открыт с моря, неглубок, а приливы велики. Поэтому издавна думали об устройстве порта в каком-нибудь другом районе Охотского моря. Так, в 1752 г. предполагалось выбрать для постройки судов место при слиянии рек Ингоды и Аргуни, впадающих в Амур, в связи с чем находившийся в то время в Сибири в ссылке «наш первый гидрограф»[329] Федор Иванович Соймонов и описал эти реки.

В 1787 г. для изысканий и устройства порта при устье реки Уды был послан капитан 1-го ранга Иван Константинович Фомин. Найдя устье Уды неудобным для постройки порта, Фомин прошел на байдаре от Уды сначала на юго-восток до китайской границы (по-видимому до Амурского лимана), затем в 1789 г. также на байдаре на северо-восток вдоль западного берега Охотского моря до устья реки Алдомы. Здесь, как уже говорилось, Фомин встретился с капитан-лейтенантом Г. А. Сарычевым, спускавшимся также на байдаре с описью на юго-запад от Охотска.

Устье реки Алдомы Фомин признал за лучшее место для порта, но при условии постройки дорогостоящего мола. Проект Фомина не был принят. Сарычев предлагал устроить порт в устье реки Ульи. Того же мнения придерживался и лейтенант Хвостов, побывавший здесь в 1803 году.

С этого времени начались плавания наших судов на Камчатку и в Русскую Америку, но все же Охотск как порт не терял своего значения. В связи с этим в 1805 г. главному командиру в Охотске капитану 1-го ранга Бухарину было приказано осмотреть устье реки Ульи и определить возможности постройки в нем порта. Посланный Бухариным штурман Потапов нашел, что хотя устье реки Ульи и глубже, но на ее берегах нет удобного места для порта.

В 1828 г. Российско-американская компания послала на реку Уду своих приказчиков Серебренникова, Колесова и Басина. Они нашли, что в двух верстах от устья Уды есть хорошая бухта, проход в которую во время полной воды возможен для судов с осадкой до 15 футов, вблизи довольно строевого леса, хороших лугов и даже возможно хлебопашество.

Тогда Российско-американская компания решила произвести изыскания в устье реки Уды, путь к которой из Якутска много удобнее, чем к Охотску. Для производства таких изысканий Компанией был направлен находившийся на ее службе поручик корпуса флотских штурманов Прокопий Тарасович Козьмин. До этого Козьмин совершил кругосветное плавание штурманским помощником на шлюпе «Камчатка», участвовал в экспедиции Врангеля, во время которой самостоятельно описал Медвежьи острова и берег от устья Колымы до устья Индигирки. Потом он совершил второе кругосветное плавание штурманом на шлюпе «Кроткий».

Козьмину поручалось выбрать место для порта и с помощью людей Компании, посылаемых на Шантарские острова для промыслов, и команды шхуны «Акция», водоизмещением 50 тонн, отправляемой из Охотска для зимовки в устье Уды, заготовить материалы и приступить к постройке порта. Если же удобной гавани не сыщется, то летом следующего года описать Шантарские острова и вернуться в Охотск. Инструкцией, полученной позже, Козьмину предписывалось ограничиться описью устья Уды, Медвежьего острова и гавани острова Феклистова.

Опись Удского берега Охотского моря и Шантарских островов П. Т. Козьминым (1829–1831).

Условия, в которых пришлось работать Козьмину, оказались чрезвычайно тяжелыми, во-первых, из-за недостаточности средств, во-вторых, потому, что Шантарский район Охотского моря славится своими туманами, штормами, значительными колебаниями уровня, сильными и сложными приливо-отливными течениями.

Козьмин приехал из Петербурга в Удский острог 29 августа 1829 года. На лодке, переделанной из челнока, 5 сентября он отправился вниз по течению Уды и уже с 8 по 27 сентября на лодке с командой из трех человек описал Удскую губу. Три матроса, одному из которых были поручены метеорологические наблюдения, были оставлены на зимовку в построенной избе.

11 октября Козьмин с двумя матросами возвратился в острог, где и остался зимовать.

Река стала 21 октября. В конце ноября для отряда была доставлена провизия. Одновременно Российско-американская компания направила в распоряжение Козьмина партию промышленников из 46 человек, включая женщин и детей. Их надо было устроить на Шантарских островах. Эти промышленники доставили Козьмину немало хлопот.

вернуться

328

Ф. П. Литке. Путешествие вокруг света на военном шлюпе «Сенявин». 1826–1829, Географгиз, 1948, стр. 10.

вернуться

329

«Записки Гидрографического департамента», ч. IV, 1846, стр. 13.