Кендермор (ЛП) - Кирхофф Мари - Страница 71

Огр стоял в сторонке, выжидающе скрестив руки на груди, и внимательно наблюдал за происходящим в крохотной комнатушке.

— Так вот куда ты подевался, — прорычал он Тассельхоффу, которого размазало по деревянной поверхности стола в дальнем конце комнаты вместе с дядюшкой. — А остальные кендеры откуда взялись?

Приглядевшись к Транспрингеру повнимательней, он воскликнул:

— Погодите-ка, я тебя помню! Не ты ли был здесь несколько дней назад? Я очень разозлился, когда обнаружил ваше отсутствие.

Пренебрежительный взгляд прошелся по Дамарис и Финесу.

— Гляжу, Носатик и Придурок все еще с тобой…

Дамарис оскорбленно сжала губы, а Финес просто нахмурился. И тут Винсинта захлестнуло море кендеров, каждый из которых стремился выразить ему свою благодарность за спасение от чар рощи много лет назад. Озадаченный Тассельхофф повернулся к Транспрингеру.

— Мне бы очень хотелось знать, откуда пришли все эти кендеры, — сказал он.

— И в особенности ты, дядюшка.

— И ты здравствуй, племянничек! Отлично выглядишь! — воскликнул старый Лохмоног, заключая Тассельхоффа в объятия.

Потискавшись со стариком некоторое время, Тассельхофф вежливо отстранился.

— Дядюшка Транспрингер, что ты делал здесь, в Башне Высшего Волшебства? Тебя ведь заключили в темницу? Мне кажется, что жениться на этой несмышленой вздорной девчонке — верх глупости, однако я с удовольствием сделаю так, если это дарует тебе свободу.

— Ах, Тассельхофф, — прервал его Транспрингер и смущенно прокашлялся при виде Дамарис, прокладывающей путь сквозь толчею по направлению к ним. — Я был счастлив познакомиться с твоим другом детства. Дамарис Метвингер, позволь представить тебе Тассельхоффа Непоседу…

Все произошло так неожиданно, что Тассельхофф не обратил внимания на гнев, бушующий во взгляде Дамарис.

— Приятно познакомиться, — сказал он, протягивая руку.

Блондинка яростно оттолкнула его.

— Значит, несмышленая вздорная девчонка? Да я не выйду за тебя, окажись ты последним мужиком на Кринне!

С этими словами она ринулась прочь и вскоре была поглощена колышущейся массой тел, наполнивших комнату.

Тассельхофф удивленно приподнял брови.

— Хм… достаточно мила, но немного вспыльчива, тебе не кажется? А она что тут делает? Неужели тоже сидит в темнице?

Транспрингер воссоздал в памяти события нескольких прошедших недель, а затем извлек из многолюдной толпы Финеса, чтобы представить его племяннику. Мужчина, который пытался пробиться к лестнице, оглядел Тассельхоффа с ног до головы.

— Так ты тот самый, за кем мы все тут гонялись, как прокаженные! — нахмурился он. — Я счастлив хотя бы из-за того, что прожил достаточно, чтобы наконец с тобой встретиться, хотя никто мне за это ни гроша не заплатит…

Финес отвернулся от Таса и принялся пробивать себе путь к лестнице, слаженно работая локтями. Его странный комментарий озадачил Тассельхоффа.

— Ладно, племянник, — вывел его из задумчивости Транспрингер, — почему бы теперь тебе не рассказать, почему ты здесь, а не в Кендерморе?

Вопрос заставил кендера вспомнить о Дензиле, и он поспешно осмотрел комнату в поисках полуорка. Дензил стоял менее чем в трех футах от портала в окружении возбужденных кендеров, которые прижимали его спиной к стене. По выражению глаз Дензила Тассельхоффу стало ясно, что полуорк никак не возьмет в толк, что же произошло. Тассельхофф собрался было предупредить дядюшку об убийце, когда один из толстых кендеров пронзительным визгом заставил толпу умолкнуть.

— Кто взял сундук с сокровищем? — заорал говорящий, оказавшийся, конечно же, Гаркулом Мармеладкой. — Я влетел в этот тоннель так быстро, что не имел возможности его захватить.

Кендер обвел взглядом плотно упакованную толпу. Все замерли на месте.

— Неужто никто? — взвизгнул кендер. — И все вы повыскакивали наружу и оставили там столь ценную вещь?!

В комнате повисла удушающая тишина.

На Дензила слово "сокровище" произвело эффект ведра с ледяной водой. Он стряхнул с себя остатки оцепенения. Какая разница, жертва снова в пределах досягаемости. Нимало не сомневаясь в правильности своих действий, полуорк двинулся сквозь толпу, пока не оказался у пульсирующего разноцветного портала. Еще раз окинув взглядом комнату, он ступил в изумрудно-фиолетовый туман, означавший границу врат, и исчез.

— Скажите, он за сундуком отправился? — спросил один из кендеров в толпе. — И вообще, кто это еще такой?

Перед тем, как Тассельхофф сумел ответить, из портала вырвался ужасный порыв ветра, разбросавший кендеров по комнате. Они налетали друг на друга, и вскоре толчея в дальнем конце комнаты оказалась еще плотнее.

И вновь светящийся прямоугольник на стене наполнили клубы дыма. На этот раз, однако, он потемнел и выглядел зловещим, а наощупь был холодным, как лед. Кендеры — те, что могли — устремились прочь от портала, а те, которым некуда было бежать, съежились от страха в опасной близости. Пустоту пронзила черная молния, сопровождаемая звуком, который более напомнил очевидцам стоны терзаемого пытками, нежели раскат грома. Все, что находилось в комнате, оказалось заряженным. Длинные пряди волос в хохолке Тассельхоффа стали дыбом, при этом каждую прядь окружало призрачное желтоватое свечение. Затем молния прошлась по помещению, вонзившись в дальнюю стену, но это отнюдь не истощило ее. Разряд продолжался прямо в воздухе, к нему одна за одной присоединялись другие дуги, и все это светящееся великолепие отплясывало странный танец, подчиняясь только ему известным правилам симметрии.

Внезапно из врат подул горячий воздух, и клочья тумана, склеиваясь, стали обретать очертания и образовали некое подобие человеческого лица, лица женщины. На бледной коже отчетливо выделялись тонкие губы землистого оттенка. Заостренный нос и резко очерченные скулы придавали лицу неуютное выражение жесткости. Холодные желтые глаза под арками тонких, как лезвия, бровей, метались от одного присутствующего к другому со скоростью змеиного языка.

Голова раскачивалась из стороны в сторону, легонько дергалась на вершине фиолетового туманного вихря, хвост которого исчезал глубоко в недрах портала. Паутина из молний переместилась к женщине и заплясала вокруг нее, отгораживая от чрезмерно любопытных рук.

— Великий Реоркс! — прошептал Транспрингер. — Что это?

Лицо продолжало парить в воздухе, а смерчевый хвост из фиолетового тумана с изумрудными прожилками понемногу просачивался в комнату, будто влекомый сюда каким-то волшебным вакуумом. Он собирался в гигантские клочья ниже головы, которые извивались и хлестали воздух, напоминая хвосты каких-то ужасных рептилий из ночного кошмара. Груды тумана отчего-то воняли серой и аммиаком.

— Я не совсем уверен, — с расстановкой шептал Тассельхофф своему дядюшке, не в силах оторвать взгляд от ужасного создания, возникающего перед ним из ничего. Кендер закрыл рукавом нос, а потом продолжил.

— Оно становится похожим на дракона, который увез меня из Россловигена.

— Ты ездил верхом на драконе? — переспросил Транспрингер, и окружающий их ужас тотчас перестал его беспокоить. — Вот это да! Должно быть, впечатлений такой полет оставил больше, чем мне любое из моих приключений. Обещаешь рассказать подробнее?

— Сейчас не время это обсуждать, — протянул Финес исполненным страха голосом. — Предлагаю бежать, пока это создание, кем бы там оно ни было, не закончило свое превращение.

И, дабы слова не расходились с делом, Финес попытался пробиться через плотный строй кендеров. Но все они вместе оказались значительно тяжелее хрупкого мужчины, и будто приросли к месту, наблюдая за разворачивающимся перед их глазами спектаклем.

И вдруг… из-за спины Таса донесся громкий щелчок, сопровождаемый треском расщепляющегося дерева.

— Я снова нашла рубильник! — из-за массивного стола высунулась белокурая голова Дамарис.

— Кажется, его сделали не очень надежным, — заметила она. — Кажется, я его поломала… — наконец призналась девушка и подняла руку, в которой сжимала отломанный конец тоненькой, гладко отполированной деревянной палки.