Белый легион: Террор не пройдёт! - Рясной Илья - Страница 62

— Кодировал он на своём компьютере, наверняка. На винчестере осталась программа кодировки или её следы. Если повезёт, можем восстановить кодировку, тогда сообщение прочитать — минутное дело. Но это до винчестера добраться надо.

— Сколько времени понадобится?

— Минут за сорок все скачаем и винчестер на место вернём.

— Так, — Артемьев взял микрофон рации. — Третий. Задерживаешь объект на три часа. Как хочешь… Это твоё дело… Бей морду. Тыкайся в его тачку.

— Понял.

Артемьев переключил рацию на другой канал:

— Атаман, на выезд. По плану негласное проникновение…

Труд проникнуть на квартиру объекта-2 был не слишком велик. На этом адресе оперативники уже побывали, когда устанавливали аппаратуру аудио-видеоконтроля.

Заключительная фраза операции началась.

На Мосфильмовской старенькая «двадцать четвёртая» «Волга» впаялась в подержанный «Фиат». Никто не пострадал. Базар между водителями пошёл как по писаному:

— Ты куда едешь? Где твои зенки?

— Вы на мою полосу заехали!

— Твоя? Ты её купил, зараза такая?

— Милиция разберётся.

— Нуты мудак…

— Оскорблять не надо.

— Да я бы тебя удавил…. Таких в детстве давить надо.

— Сейчас милиция разберётся. Протокол составим…

— Давай, давай… Моя правда, все равно…

— Слушай, скажи честно, ты права купил? Нет? А кто же тебя так ездить научил?

— Дапшелты…

Около дома, где проживал объект-2, выставилась группа внешнего контроля. В её задачу входило обеспечение безопасности проникновения и, в случае возникновения необходимости, прикрытие отхода оперативников. Группа проникновения во главе с Атаманом должна была вторгнуться в жилище. Ключ к двери давно подобран. Войти — дело техники. Главное — не оставить следов.

— Быстрее, — произнёс негромко Атаман, открывая дверь.

Хакеры просочились в квартиру. Лохматый неуклюже задел стул, и тот повалился.

— Тише, чудик, — прошипел Атаман.

— Все спокойно пока, — проинформировал оперативник из группы прикрытия, наблюдающий за обстановкой и следящий за переговорами экипажей и дежурного ГУВД на милицейской волне.

— За работу, — кивнул Атаман.

Хакеры принялись аккуратненько потрошить компьютер. Сняли кожух. Извлекли из чемоданчика оборудование, подсоединили клеммы и провода. Один колдовал над соединениями, другой барабанил пальцами со скоростью ветра на клавиатуре крошечного ноутбука.

— Так, ну, давай восстанавливайся, — как заклинание нашёптывал лохматый.

— Мужики, — напомнил Атаман, — не нарушить порядок в квартире. Тут вам не футбольное поле…

Через пять минут лохматый причмокнул, как вампир, и ликующе воскликнул:

— Так, пошла информация!. Пошла, родимая…

Ещё через несколько минут на экран ноутбука выползло декодированное сообщение, которое сбросил объект из интернет-кафе.

— Готово? — осведомился Атаман.

— Как в аптеке, — хмыкнул лохматый.

— Снимаемся, — скомандовал Атаман.

Хакерам, кажется, все было совершенно до фонаря — они порхали, как беззаботные птахи, по ступеням. Атаман же был напряжён и ждал подвоха. Расслабился он только после того, как сел в машину, где его ждал Артемьев.

— Ну как? — спросил тот.

— Мяч прямо в девяточку, — ответил Атаман, вынул из сумки ноутбук с зажжённым экраном, на котором было сообщение.

Артемьев прочитал текст и улыбнулся нехорошо:

— Поздравляю. Мы вычислили суку. Вот он.

— И чего теперь с ним? — осведомился Атаман. — К Доктору?

— Ни в коем случае. Дальше начинается игра — я знаю тебя, а ты не знаешь, что я знаю…

Генерал Войченко со злостью смотрел на безрадостную картину. Подвывали сиренами белые машины «Скорой помощи» и уносились, приняв в своё чрево раненых. Суетились врачи вокруг хрупкой девчонки, которая, обхватив голову руками, сидела на асфальте и выла в голос. Милиционеры из оцепления отгоняли зевак.

То, что осталось от семи людей, попавших в эпицентр взрыва и иссечённых осколками, уже увезли.

Технари и эксперты снимали на видеокамеры и фотоаппараты место происшествия. Иномарок с синими мигалками прибавлялось с каждой минутой — это слетались, как мухи на дерьмо, милицейский и эфэсбэшные генералы.

Шахидка пыталась пробраться на станцию метро «Перовская», но её там что-то спугнуло. Поэтому она отправилась на автобусную остановку и взорвала себя там в святой уверенности, что Аллах её уже ждёт с благодарностью на небесах. Священная война последователей Аль Ваххаба против неверных продолжалась.

— Когда же они, сволочи, все повзрываются! — в сердцах воскликнул начальник ГУВД Москвы, оглядывая место трагедии.

— Их ещё надолго хватит, — заверил с лёгким смешком Войченко, который только вчера прилетел военным бортом из Ханкалы.

— Это же не люди. Это роботы.

— Биороботы. — Войченко ткнул носком ботинка алюминиевую панель, отлетевшую от разорванного на части павильончика автобусной остановки. — Те, кто им вышибает мозги, делают это умело. Знают своё дело.

— Сколько все это будет продолжаться? Мы же не можем лезть каждой смуглой бабе под юбку! — Милицейский генерал кинул злой взгляд на чекиста. — Это не наша работа. Этих сук можно воспитать ещё тысячу. Нужно бить по тем, кто их готовит… Их нужно выжигать…

— Бьём.

— Что-то не заметно. Уже пятый случай в этом году.

— Сколько было бы ещё, если бы не мы…

— А, — милицейский генерал презрительно махнул рукой. Он был весьма невысокого мнения об оперативных возможностях своих коллег из сопредельного ведомства. И был в этом прав. Но только частично.

Войченко ещё раз огляделся на месте очередной мясорубки священного джихада и направился, сунув руки в карманы лёгкого бежевого плаща, к своему темно-синему служебному «Мерседесу». Уселся на заднее сиденье и велел водителю:

— В контору.

Через сорок минут генерал Войченко был на ковре у директора Федерального агентства государственной безопасности. Выслушал от своего прямого начальника примерно то же, что и от милицейского генерала.

— Кремль должны взорвать, чтобы вы зачесались! — орал обычно интеллигентный, но теперь вышедший из себя директор агентства. — Где оперативная осведомлённость? Кто стоит за всем этим?

— Это группа от Казбека Дергаева.

— Прекрасно. Все обо всем знают. Почему Дергаев жив?!

— Он прячется на территории Грузии.

— Это не ответ!

Впрочем, директор достаточно полно отдавал себе отчёт, что его контора уже не тот всесильный комитет пятнадцатилетней давности. Поэтому Казбек Дергаев не лежит в могиле, а спокойно готовит смертниц и так же спокойно через все границы и препятствия посылает их на задание, снабжает взрывчаткой.

— Примем все меры, — дежурно заверил Войченко.

— Завтра в десять совещание с руководителями ведущих главков. Ваши предложения по комплексу мер, — сухо завершил выволочку директор агентства.

Дождавшись, когда Войченко выйдет, руководитель ФАГБ вытащил из ящика стола таблетку, запил её водой. Сердце отпустило… Все плохо. Директор агентства не ощущал себя руководителем все ещё достаточно мощной спецслужбы. Он ощущал себя начальником бумажной конторы, которая производит руководящие указания, намечает грозные меры, готовит умные доклады и справки, но где, по большому счёту, не делается ничего. А чудовище о трех головах — криминал-терроризм-коррупция, — для борьбы с которым и предназначена контора, легко ускользает из рук, живёт своей жизнью и только набирает вес.

У Войченко тоже мысли были невесёлые. Этот чёртов теракт на автобусной остановке был совершенно не к месту и не ко времени. Он выходил за рамки процесса управляемой общественной и государственной нестабильности, на поддержание которого работал и сам генерал, и ряд влиятельных сил. А Дергаев — дикий человек. Горный людоед. Его трудно держать в рамках. Ох, как не хватает сейчас народного депутата Сельмурзаева. С ним можно было решать все вопросы и поддерживать этот костёр, не давая ему угаснуть или распалиться в большой пожар.