За все надо платить (СИ) - Чеботок Наталья Юрьевна - Страница 153

Рассвет сменил ночь, а супруги Соболевские безмятежно спали в объятиях друг друга. Впереди у них было много интересного… Впереди у них была ЖИЗНЬ.

Эпилог

Владивосток, семь лет спустя

Осень во Владивостоке выдалась непривычно теплая. Бабье лето, солнце, и никаких дождей. Желто-красные листья на деревьях, как разноцветные кляксы, радовали глаз, позволяя людям наслаждаться долгими прогулками. Жители мегаполиса старались поймать последние теплые дни, потому как вскоре их сменит холод: промозглые дожди, сильный ветер, дующий с моря.

Тридцатилетний юбилей Ангелины Соболевской решено было отмечать в санатории «Золотой берег», расположенном на берегу бухты Шамора. Для этого специально сняли коттеджи на выходные, зарезервировав места для гостей.

Ранним субботним утром, в одной из городских квартир, родители были оглушены громкими детскими криками:

— Мама, папа, хватит спать! Мы же опоздаем! — в спальню ураганом влетели шестилетний Данил и четырехлетняя Агата.

Разбуженная криками молодая женщина, толкнула мужа в бок:

— Дим, вставай.

Дмитрий, с трудом оторвав голову от подушки, бросил взгляд в сторону часов, стоящих на тумбочке.

— Ничего подобного, у меня есть еще полчаса до официального подъема. — Он упал лицом в подушку, не желая подниматься так рано. Данил плюхнулся между родителями.

— Па-а-а-а-а-п, ну, вставай! — мальчик тянул на себя одеяло и недовольно сопел. — Сегодня же приезжает бабушка, дедушка, а еще Захар, Маруся и Андрейка. А мы все еще дома! — возмущался ребенок.

Брату вторила девочка:

— Мама, — старательно выговаривала слова Агата, — бабушка обещала мне привезти подарок. Поехали скорее.

— Как интересно получается, день рождения у меня, а подарок обещали тебе. — Ангелина выбралась из-под одеяла и села на кровати. — Вы что же, уже и вещи свои собрали для поездки?

— Да, — хором ответили дети и вдруг ойкнув, убежали из спальни.

Через минуту они вернулись, неся в руках корзину с цветами и большую коробку.

— А что это такое? — Ангелина сделала вид, что корзину она видит в первый раз и даже на коробку не натыкалась днем ранее.

— Подарок. — Данил и Агата переглянулись. — С днем рождения, мамочка! — вручив подарок, они плюхнулись по обе стороны от Гели.

Ангелина открыла коробку, доставая оттуда подарки детей: новую картину в рамке от Агаты, выжженный рисунок на доске от Данила, рамочки для фотографий, красивый браслет на руку, брелок для ключей, подвеску на телефон.

— Папа помогал выбрать браслет? — спросила Геля, расцеловывая детей, благодаря их за подарки.

— Нет, — Данил решительно качнул головой, — он его только оплатил. Мы сами его выбрали. — Закончил мальчик.

— Да, мамочка, — вторила ему Агата. — Папа нам совсем чуть-чуть помог.

— Совсем чуть-чуть, всего лишь оплатил покупку. — С иронией ответил Дмитрий, прячась под подушкой.

— Не ворчи. — Ангелина обняла детей. — Спасибо за подарки, дорогие мои. Бегите в свои комнаты, скоро будем завтракать.

— Ура, я пока позвоню бабушке. — Агата убежала из родительской спальни первой, спеша к планшетнику, на котором ей установили скайп для быстрой связи с Лианой Германовной.

Данил бросился следом за сестрой.

Геля повернулась к мужу.

— Дима, не притворяйся, что ты спишь. — Насмешливо сказала она, стянув с мужа плед. — Вставай, труба зовет.

Дмитрий повернулся на спину и застонал:

— Какой кошмар, ни минуты покоя. Я не выспался. — Пожаловался он, но, тем не менее, поднялся и стал натягивать на себя спортивные штаны и футболку.

— А кто в этом виноват? — не стала жалеть мужа Геля, заправляя кровать. — Ты сидел за ноутбуком почти до утра.

— Зато я доделал проект, надо же было отрабатывать аванс. — Похвастался Дмитрий.

— Ожидаешь награду? — Ангелина достала из шкафа сумки, заранее приготовленные для поездки за город.

— Само собой. — Димка поймал жену и стал целовать ее. — Это самая лучшая награда. С днем рождения, Ангелок. Подарок вручу тебе позже. — Оторвавшись от губ любимой, Дмитрий отпустил ее. — Иди в душ, а я пока приготовлю завтрак. — Чмокнув жену в нос, Дмитрий ушел на кухню.

Ангелина быстро приняла душ, потом семья расположилась на кухне, завтракая. Вскоре они оделись, сели в машину и поехали в сторону Шаморы.

В коттедже Набутовых царило оживление. Оля подгоняла мужа и сына.

— Витя, Андрей, мы уже опаздываем! — с укором говорила молодая женщина.

— Олюшка, мы скоро. — Отозвался Виктор, игравший в этот момент с сыном на компьютерной приставке.

Вернувшись из колонии четыре года назад, Виктор женился на Ольге Куликовой, своей бывшей секретарше. Девушка поддерживала Виктора все три года, пока он был в заключении, привозила ему передачи, была на свиданиях, часто писала письма, в которых рассказывала об Андрее, родившемся без Виктора, и так ожидавшего отца домой.

После истории с похищением Ангелины, Виктор дал показания против Цветкова. Выдал следствию некоторые документы, хранившееся у него дома. Следствие расценило это как сотрудничество с правоохранительными органами и на суде Набутову это зачли. По совокупности наказаний, за махинации и избиение жены, Набутов получил пять лет колонии общего режима. Адвокат Валерия Иволгина уверила Виктора, что судья дал срок ниже низшего предела, положенного по Уголовному Кодексу. В колонии Виктор провел три года, а потом грянула амнистия, и Набутова отпустили. За три года у Виктора было много времени подумать о своей жизни. Что он делал не так, где оступился, а где можно было что-то исправить, а он этого не сделал. Теперь же для него все изменилось, на первое место вышла семья: Маруся, Оля и Андрейка. Ангелина, которая простила отца, общалась с ним, привозила в гости внуков, когда они с мужем уезжали за границу. Виктор обожал Даньку и Агату, малыши платили ему тем же, и Набутов радовался, что они не знали его прежним. Сама же Геля разделила пакет акций между тремя детьми отца: собой, Марусей и Андреем. Виктор не вернулся в компанию, оставив бразды правления Кольцову, сам же остался в совете директоров. Набутову не хотелось тратить жизнь на что-то, что могло отвлечь его от семьи. Новая жизнь нравилась Виктору гораздо больше, чем та, которая была у него раньше. Оля была очень мягкой, но в то же время, она имела внутри стальной стержень, который не давал Виктору спуска. Набутов старался не переступать очерченные границы, да ему и не хотелось этого делать. Он проводил с сыном все свободное время. Маруся вернулась к отцу, после его возвращения из колонии. До этого она проживала со старшей сестрой. Но девочка росла, отдаляясь от отца. Виктора расстраивало это, но он понимал, что не может навечно привязать к себе дочь. У девочки должна быть своя жизнь.

Громкий топот по лестнице известил всех, что на первый этаж спустилась Маруся. Девочке скоро должно исполниться четырнадцать лет, она менялась и превращалась в девушку. Глядя на Ангелину, Маруся старалась быть похожей во всем на старшую сестру, копировала её манеру одеваться и краситься. Вот и сейчас она накрасила ресницы и губы.

— Маруся, — Виктор с нахмуренным лицом следил за дочерью, — не рановато ли ты начала краситься?

— Я немного. — Маруся крутилась перед зеркалом, любуясь своим отражением. Интересно, а Захар оценит те изменения, произошедшие с ней за последние три месяца? Ровно столько они не виделись. Маруся не ездила в Хабаровск, путешествуя с отцом, мачехой и братом Андреем по Европе. Они с Захаром общались в сети, постоянно переписываясь или болтая в скайпе. И пусть Захар был младше на год, но Маруся считала его очень умным, интересным. Им было о чем поговорить, интересы подростков совпадали, они могли часами обсуждать просмотренные фильмы, прочитанные книги, делясь друг с другом своими мыслями. Ну, и как девочке, Марусе хотелось нравиться Захару.

— Витя, не пили девочку. — Оля собирала в сумку вещи, разбросанные сыном по комнате.