Азиатские христы - Морозов Николай Александрович - Страница 153

— Вы, — ответил он, — будете прежде всего наедине посажены на стул в комнате и кругом обведена черта мелом. Потом появится слабый свет начнутся разные звуки потом и страшные видения. Они будут на вас бросаться, а вы будете отражать их данною вам шпагой, но ни в каком случае вы не должны переступить черты, иначе дело может окончится смертью. Готовы ли вы на такое испытание?

— Вполне готов! — ответил я

— Но ручаетесь ли , что не переступите через черту?

— Ручаюсь!

— Как вы можете говорить так спокойно! Ведь будет нечто ужасное.

— Только не для меня, — ответил я. — Сражаясь с этими духами, я прежде всего буду им говорить: вы ничего не можете со мной сделать! Ведь если б из квартир, где занимаются оккультными науками, выносились время от времени трупы, то на это давно было бы обращено внимание правительств! Чтобы не предпринимали чудовища, я буду чувствовать себя в полной безопасности.

— Откуда у вас такая уверенность?

— Раз ночью, в Шлиссельбургской крепости, у меня был такой кошмар. Мне казалось, что я в Индии стою, прислонившись к утесу в чаще джунглей, совершенно безоружный. Вдруг джунгли раздвинулись и прямо передо мной явился огромный тигр. Спасенья нигде не было. Он смотрел прямо мне в лицо огненными глазами, а я прямо на него. Прошла, казалось мне, минута или две в этой неподвижности. Вдруг мне пришла в голову мысль: но ведь ничего этого быть не может, хоть все и так ярко, как в действительности и ничем отличить нельзя. Я сразу почувствовал спокойным и сказал ему:

— Ты ничего со мною сделать не можешь! Ведь ты только мой сон!

Тигр зарычал страшным голосом, повернулся и ушел. А я проснулся с сердцебиением. Так я отнесусь и к тому, что у вас увижу при испытаниях.

Мой новый знакомый внимательно посмотрел на меня. Угостил чаем, рассказал кое что о чудесах недоступных стран Индии и, когда мы расставались сказал, что занятия в его тайной школе оккультных наук начнутся не ранее как через два месяца, а когда будет время он сам зайдет ко мне и приведет куда нужно.

И не пришел…

Второй раз неудача была с приехавшим в Петербург через год или два знаменитым медиумом Гузиком, приехавшим из Австрии. Один из сеансов должен был происходить у хорошо знакомого мне доктора, лечившего также и внушением. Я и моя жена заявили себя первыми кандидатами… Но сеанс произошел без нас; я сам предложил Гузику через одного из членов Общества Любителей Мироведения сделать сеанс в зале его заседаний для президиума. Он обещал и назначил время. Мы все собрались, а он не явился, извинившись на другой день болезнью и отказавшись приехать. А третий раз мне пришлось встретить на балу, устроенном Максимом Ковалевским в его доме. Туда был приглашен известный спирит. Меня с ним тотчас познакомили и предложили сделать опыт. Спрятать что-нибудь где-нибудь, а потом все время думать об этом месте, а он прочтет мои мысли и найдет. Я спрятал свою гребенку за спинкой одного дивана в одной из комнат, доступных для гостей. Он взял меня двумя пальцами за кисть руки и предложил идти по комнатам. Все время он метался то вправо то влево, увлекая меня за собою, я держал в уме место своей гребенки, но не обнаруживал ничем. Вот мы прошли мимо дивана, он метнулся к нему, я не сопротивлялся и не ослаблял руки, мы миновали место и возвратились в прежнюю комнату. Гости следовавшие за нами, стали улыбаться. Лицо его выразило полное отчаянье, его пальцы, сжимавшие мою руку, дрожали.

— Пойдемте еще раз, — сказал он с отчаяньем. Вы очевидно не все время думали о том месте и предмете.

Опять началась прежняя история. Мне стало очень его жалко и вот, когда мы снова проходили мимо дивана, и он к нему потянулся, я нарочно ослабил свою руку. Он повалился на диван и проведя рукой между мягкой его спинкой и сиденьем, с торжеством вынул оттуда мою гребенку!

Понятно что я нигде не описал этого случая, как подтверждение возможности читать мои мысли:

Но не такого ли происхождения и большинство описанных очевидцами удач? Ведь действительно бывает очень жалко видеть мученья этих людей, и невольно становишься их участником и желания как-нибудь выйти из тяжелого положения.

А они становятся от этого знаменитостями.