Сказки славянских народов - Каралийчев Ангел - Страница 28

Сказала, обернулась белой лебедью и улетела в окно.

Заплакал Иванушка, загоревал и пошёл, куда глаза глядят. Долго ли шёл, коротко ли, близко ли, далёко ли — повстречался ему седой старик.

— Здравствуй, дедушка! — говорит Иванушка.

— Здравствуй, добрый молодец! — отвечает старик. — Чего ищешь, куда путь держишь?

Рассказал бедняга старику своё горе.

— Эх, Иванушка, — говорит старик, — зачем же ты лягушачью кожу спалил? Жена твоя хитрей-мудрей отца своего, Кощея Бессмертного, уродилась, он за то разгневался на неё и приказал ей три года квакушей быть. Ну, делать нечего, вот тебе клубочек: куда он покатится, туда и ты иди.

Иванушка поблагодарил старика и пошёл за клубочком.

Шёл-шёл полями да лесами, попадается ему навстречу медведь.

«Дай убью медведя!» — думает Иванушка. А медведь говорит ему человеческим голосом:

— Не убивай меня, Иванушка! Когда-нибудь я пригожусь тебе.

Пошёл Иванушка дальше, глядь — летит над ним селезень. Натянул Иванушка лук, хотел было пустить в селезня острую стрелу, а селезень и говорит ему человеческим голосом:

— Не убивай меня, Иванушка! Будет время — я тебе пригожусь.

Пожалел Иванушка селезня — не тронул его, пошёл дальше. Глядит — бежит ему навстречу косой заяц. Натянул он свой тугой лук, прицелился, а заяц говорит ему человеческим голосом:

— Не убивай меня, Иванушка! Будет время — я тебе пригожусь.

Пожалел Иванушка зайца, пошёл дальше. Вышел к синему морю. Глядит: на берегу, на жёлтом песке лежит щука-рыба. Лежит, рот разевает.

— Ах, Иванушка, — молвила щука человеческим голосом, — сжалься надо мной, брось в синее море!

Сжалился Иванушка над щукой, бросил её в море, а сам пошёл берегом за своим клубочком. Долго ли, коротко ли — прикатился клубочек к избушке. Стоит та избушка на курьих ножках, кругом себя поворачивается.

Говорит Иванушка:

— Избушка, избушка, повернись к морю задом, ко мне передом!

Избушка по его слову повернулась к морю задом, а к нему передом. Вошёл Иванушка в избушку и видит: лежит на печи Баба Яга, костяная нога. Лежит — зубы точит.

— Зачем ко мне пожаловал, добрый молодец? Волей или неволей? — спросила она гостя.

— Ах, Баба Яга, костяная нога, ты бы меня накормила прежде, напоила да в бане выпарила, тогда бы и выспрашивала!

Баба Яга накормила его, напоила, в бане выпарила, и Иванушка рассказал ей, что ищет жену свою прекрасную.

— Знаю, знаю! — говорит Баба Яга. — Она теперь у злодея Кощея Бессмертного. Трудно будет её достать, нелегко с Кощеем сладить. Его смерть — на конце иглы, та игла — в яйце, то яйцо — в утке, та утка — в зайце, тот заяц — в кованом ларце, а тот ларец — на вершине старого дуба. А тот дуб Кощей Бессмертный пуще глаза бережёт.

Рассказала Баба-Яга, как к тому дубу пробраться, поблагодарил её Иванушка и пошёл.

Вот пришёл он к Кощееву дубу, а как ларец достать — не знает. Вдруг откуда ни возьмись медведь: обхватил лапами дуб и выворотил его с корнями. Ларец упал с макушки и разбился на мелкие кусочки. Выскочил из ларца заяц и пустился наутёк, но тут погнался за ним тот заяц, которого Иванушка пожалел, догнал, ухватил и разорвал пополам. Вылетела из того зайца утка и поднялась высоко-высоко в небо. Тут селезень за уткой полетел, догнал, крылом её сшиб. Выронила утка яйцо, и упало то яйцо в синее море.

Загоревал Иванушка, стоит на берегу и плачет. Вдруг подплывает к берегу щука-рыба и держит в зубах яйцо.

Иванушка схватил яйцо и разбил его о камень. Достал иглу и отломил у неё кончик. Только отломил, Кощей Бессмертный заметался туда-сюда, повалился наземь и ноги протянул.

Побежал Иванушка в Кощеевы палаты и нашёл там свою суженую, по рукам и ногам связанную. Развязал он её и отвёл в родной дом. Там и прожили они в любви и согласии целых сто лет.

Граф-кабан

Словенская народная сказка

В старые времена жила в своём замке богатая графиня. Детей у неё не было, а ей очень хотелось иметь детей — по целым дням она грустила и втихомолку проливала слёзы. Однажды мимо её замка прогоняли стадо свиней с поросятами. Увидела она их и вздохнула.

«Ах, если бы и я могла родить, — промолвила она, — пусть даже поросёнка!»

Услышала её старая колдунья и сыграла с ней злую шутку: не прошло и года, родился у графини — кто бы думали? — не ребёнок, а поросёнок. Сын графини рос, как все дети, говорил по-человечьи, но весь был покрыт щетиной, да и привычки у него были какие-то свинячьи.

Когда молодой граф подрос, он сказал матери:

— Я хочу жениться, матушка! Найди мне невесту.

«Какую же невесту выберешь для этакого жениха!» — подумала графиня, но так как сын настаивал на своём, она уступила, отправилась в хижину одного бедного крестьянина, у которого было три дочери, и стала сватать его старшую дочь.

Родителям не хотелось выдавать свою дочку за кабана, но, рассудив, что она станет графиней, будет жить в довольстве и не оставит их своими заботами, они согласились.

На свадьбу съехалось множество знатных гостей. Все уселись за огромный стол, и начался пир на весь мир. Молодожён был очень весел, шутил, танцевал — всё как полагается на собственной свадьбе! Под вечер он незаметно выскользнул на двор и плюхнулся в глубокую лужу. Вывалявшись по уши в грязи, он вернулся в зал и стал тереться о свадебное платье своей молодой жены.

Гости начали над ним смеяться, укорять его, а молодая так рассердилась, что брякнула перед всеми:

— Муж мой свинья и свиньёй останется!

Опечалился молодой граф, услышав эти слова. Не пьёт, не ест, в угол забился. Вечером, когда пришло время молодым идти в свои покои, граф-кабан встал на пороге и сказал своей жене:

— Уходи домой! Ты не жена мне.

Стыдно ей стало, она расплакалась и вернулась в отцовский дом.

Прошёл год. Опять граф стал просить мать, чтоб она нашла ему невесту. Отправилась графиня в хижину бедного крестьянина сватать его вторую дочь. Долго отказывались родители, но наконец согласились.

Снова устроили пышную свадьбу. Среди веселья молодожён и со второй женой поступил, как с первой, а она повторила слова своей сестры, что, мол, её муж — свинья и свиньёй останется. Вечером граф-кабан и её прогнал.

На следующий год молодой граф опять пристал к матери — жени да жени. Она не соглашалась, уговаривала его отказаться от своего намерения, но он рассердился и пригрозил, что если мать не найдёт ему невесту, он от замка камня на камне не оставит. Делать нечего, пришлось графине в третий раз ехать к бедняку-крестьянину — сватать за сына младшую дочку. Но родители упёрлись и не давали ей слова сказать:

— Двух дочерей осрамил, а теперь и третью собирается! — твердили они.

Тогда вмешалась младшая дочь:

— А что, разве он не человек? По-человечьи рассуждает и говорит. Это он по милости злой колдуньи носит свиную личину, поэтому его нужно пожалеть, а не смеяться над ним!

Раз так, родители согласились.

Приготовились к свадьбе. Знатных гостей съехалось видимо-невидимо. Всем хотелось посмотреть, что сделает граф-кабан с третьей женой. Под вечер молодожён пошёл на двор, вывалялся в луже и стал тереться о платье своей жены.

Гости начали над ним смеяться, укорять его, кое-кто и с кулаками на него полез. Но молодая сказала, как отрезала:

— Он мой муж и может делать со мной, что захочет! А вы не суйте нос в чужие дела!...

Гости обиделись и разъехались. А граф-кабан ещё больше развеселился. Пили и пировали до полуночи. Когда молодые пришли в свои покои, граф-кабан сбросил с себя свиную шкуру, и перед изумлённой девушкой предстал такой красавец, что ни в сказке сказать, ни пером описать!