Мамаев омут - Мусатов Алексей Иванович - Страница 49

— Какая баржа?

— Да люди рассказывают, по реке когда-то камень из карьера возили. Для постройки ферм. Вот одна баржа и затонула. Так про неё и забыли.

— А вытащить этот камень можно? — осторожно спросил Вовка.

— А чего же, — подумав, согласился Сергей. — Если, конечно, взяться дружно.

— Ты сам говорил, что клуб нечем достраивать, — напомнил Вовка. — А если камень вытащить да в колхоз перевезти…

Сергей с любопытством посмотрел на мальчишек.

— А вы, малявки, не зря, пожалуй, в омут ныряли. Целый клад нашли. И камень что надо. Колхозу он вот как пригодится. А ну, пошли к Степану Ивановичу!

Ребята вслед за Сергеем направились к председателю колхоза.

На крыльце правления сидел Петька Мигачёв. Заметив Сергея с ребятами, он вскочил и загородил им дверь.

— Нельзя!.. Там заседают.

— А ты что, — удивился Сергей, — колхозным рассыльным заделался или сторожем? — И он заглянул в окно правления.

Никакого заседания там не было. Просто за столом разговаривали председатель колхоза Степан Иванович, бригадир строительной бригады и Ефим Мигачёв.

Прислушавшись, Сергей понял, что речь шла о колхозном клубе. Бригадир докладывал, что камень в карьере кончился, фундамент больше класть не из чего и стройку придётся пока приостановить. Правда, делу берётся помочь Ефим Мигачев. Он разыскал строительный камень и может по недорогой цене продать его колхозу.

— Да, да, — подтвердил Ефим. — Машин пятнадцать — двадцать хоть через неделю доставлю.

— Опять ты, Мигачёв, торговлишкой занялся? — недовольно покачал головой Степан Иванович. — Люди в поле работают, а ты ловчишь. И откуда у тебя камень? Слева где-нибудь перехватил?

— Нет, нет… Родственники просили продать… Из соседней деревни, — поспешил успокоить Ефим. — Цена сносная, без запроса… — И, достав из сумки кусок камня, он положил его перед Степаном Ивановичем на стол. — И камень отменный…

Председатель и бригадир осмотрели камень и согласились, что он вполне пригоден для фундамента.

— Серёжа! — Вовка подтолкнул брата под руку. — А наш камень разве хуже?..

Сергей быстро вошёл в правление. Ефим торговался со Степаном Ивановичем о цене. Получалось, что колхоз должён был заплатить Мигачёву кругленькую сумму.

— Дорого, Ефим, дорого! — перебил его Сергей. — Как липку колхоз обдираешь. А у нас, между прочим, и свой камень нашёлся. И близко, и не хуже твоего… — Он выложил на стол камень из кепки. — Посмотрите, Степан Иваныч.

Председатель и бригадир сравнили куски камня и переглянулись.

— Никак не хуже! Как будто они рядом лежали, — подтвердил Степан Иванович и спросил Сергея, откуда он достал такой камень.

Сергей кивнул за окно на Вовку и Кольку.

— Вон их спросите… ныряльщиков наших.

— Мы с Колькой в Мамаевом омуте нашли, — признался Вовка. — Там на дне целая баржа с камнем…

— Кто это «мы»? — бросаясь к Вовке, закричал Петька. — Вы чего чужое перехватываете?.. Это я камень нашёл… Я первый до него донырнул… Даже вот шишку набил… Значит, и камень наш с тять… — Петька вдруг осёкся — из окна, грозно хмуря брови, на него в упор смотрел отец.

— Та-ак… ясна картина, — усмехнулся Степан Иванович и посмотрел на Ефима. — Где же он, твой дорогой камень, Мигачёв, — в воде или на суше?

— Какая вода? При чём здесь вода? — растерянно забормотал Ефим и с досадой махнул на сына рукой. — Да ну его, путаника! Болтает невесть что. Я про камень в омуте и знать ничего не знаю…

«Вот выкручивается!» — подумал Вовка, догадавшись, что никакого другого камня у дяди Ефима нет. Ведь недаром он пришёл сегодня к омуту и прогнал их с Колькой домой.

Вовка посмотрел на Петьку — почему же тот молчит? А Петька, тяжело дыша, стоял весь пунцовый и не сводил глаз с отца. Потом он ринулся к окну, хотел что-то сказать, но вновь встретил отцовский взгляд. Петька повернулся и, опустив голову, медленно побрёл к дому.

А Ефим, поднявшись из-за стола и пятясь к двери, для видимости опять завёл разговор о строительном камне, который якобы лежит у него в другом месте.

— Ты уж, Мигачёв, ври, да не завирайся, — оборвал его Степан Иванович. — От колхозной жизни совсем ты отбился и совесть потерял: наше добро нам же и продаёшь, как распоследний торгаш. И Петьку в это грязное дело втягиваешь. Иди лучше да подумай, как дальше жить будешь. И о сыне подумай.

И, высунувшись из окна, председатель долго смотрел вслед уходящему Петьке.

По грибы

По грибы мальчишки вышли большой компанией. Ещё по дороге в лес они договорились, что никто из них не станет кричать: «Чур, мои грибы, чур, мой курень!» — а будут собирать грибы все вместе, и каждый вернётся домой с полным кузовком.

В лесу грибники ходили кучно, далеко не разбредались, часто аукались и на каждый радостный возглас: «Нашёл, нашёл!» — сбегались друг к другу.

Правда, находка оказывалась не такой уж богатой: всего лишь несколько источенных улитками сыроежек или скользких, точно намыленных, маслят.

Мальчишки набрасывались на грибы и быстро разбирали их по кузовкам.

В одну из таких встреч у грибной находки из чащи леса вылез Петька Мигачёв.

Он был снаряжён, как заправский грибник: одет в тёплый ватный пиджак, подпоясан верёвкой, на ногах — высокие резиновые сапоги.

— И ты за грибами? — удивился Вовка. — А почему с нами не пошёл… мы же тебя звали.

— Шумите вы очень, — отмахнулся Петька. — А я люблю один за грибами ходить.

Вовка с недоверием покосился на Петькину корзину: она была раза в два больше любого ребячьего кузовка.

— И ты такую махину до полного наберёшь?

— Будь спокоен, — усмехнулся Петька. — Я такие грибные места знаю — закачаешься. А как ваши дела? Нашли что-нибудь?

— Идут помаленьку, — сказал Колька Силкин. — Мы уже донышки закрыли.

— Тоже мне, — фыркнул Петька, заглядывая мальчишкам в кузовки. — Маслята да опята… мусор один, а не грибы. С такой добычей лучше в деревню не показываться — засмеют. Вот какие грибы надо собирать. — И он показал на дно своей корзинки, где уже лежали смуглые подберёзовики, красноголовые подосиновики и крепкие, как камешки, белые грибы.

— А нам не попадаются… — вздохнув, признался Вовка. — Видать, мало их ещё народилось.

— Искать не умеете, вот и мало, — наставительно сказал Петька. — Чего вы на одном месте толпитесь? На пятки наступаете друг другу? Врассыпную надо ходить, в лес поглубже забираться. — И, махнув ребятам рукой, он полез в частый осинник.

Мальчишки растерянно переглянулись. И впрямь этот Петька знает грибные места и, конечно, наберёт грибов больше всех. А потом пойдёт через всю деревню, будет хвалиться своей добычей и посмеиваться над неудачливыми ребятами.

— А давайте следом за Петькой пойдём, — предложил Колька. — И все его места вызнаем…

— Ещё чего, — с досадой сказал Вовка. — Сами должны грибы найти. Пошли вот подальше… И не будем друг другу на пятки наступать.

Договорившись, что встретятся часа через два в Толченовском бору, у сторожки лесника, мальчишки углубились в лес.

И правда, чем дальше в лес, тем грибов становилось всё больше.

Сначала Вовка хватал всё подряд — и старые грибы, и молодые, и сыроежки, и опята с маслятами, и свинушки.

Кузовок стал заметно пополняться. Потом в изобилии пошли подберёзовики и подосиновики, стали попадаться белые грибы.

Они росли большими семьями-куренями: вокруг стариков с бурыми шляпами набекрень толпились молодые грибки в белёсых, точно облитых сметаной, колпачках. Вовка еле успевал срезать их ножом.

Вскоре кузовок наполнился до самого верха. А глаза находили всё новые и новые грибы.

Тогда Вовка высыпал грибы на землю и принялся их разбирать. Он отрезал корни, отбрасывал в сторону старые грибы, опята, сыроежки, маслята, свинушки и аккуратно укладывал в кузовок только молодые крепкие шляпки подосиновиков, подберёзовиков и белых грибов.