Волшебник Подземного города - Фарланд Дэвид - Страница 14

— Ты — колдун, — сообщил ему червь. — Ты преподавал в САДИСТе.

— А ты сражался в Великой войне на стороне Темного Владыки, — парировал Смертопродавец, который за словом в карман никогда не лез. — Ты был его любимцем, Грозный Слизень, червь, грызущий сердце мира. Что за слово у тебя от него?

— Дух его до сих пор блуждает по земле и алчет крови. Но час возвращения близок.

— Да пробьет он скорее, — прошептал Смертопродавец.

— Ты был генералом в дни Великой войны, — сказал Грозный Слизень. — И твои труды так и не были должны образом вознаграждены.

— То было много лет назад, — вздохнул Смертопродавец. — Теперь я простой горностай, и притязания мои скромны.

— Мышеубийство? И безо всякой магии?

— Использованная сила есть сила потраченная, — заметил белый хищник.

— Значит, ты копишь силу? — одобрительно спросил Грозный. — Все последние сто лет? Да твои закрома должны теперь быть полны, а возможности — практически безграничны.

— Экономлю где могу, — согласился Смертопродавец. — Тем более что магия мне теперь не так уж нужна. Смекалки, зубов и когтей мне вполне хватает на жизнь.

— Но сердце все так же поет в азарте охоты, правда? — прошептал червь. — А кровь бежит быстрее при мысли об убийстве. Неужели достойная добыча не обрадует тебя?

Ах как хорошо его знал проклятый червь! При мысли об опасности и настоящем убийстве пульс Смертопродавца блаженно зачастил. Всю зиму добычей его были безвольные, оглушенные, зачарованные мыши — какой уж тут адреналин!

Бывали в прошлом времена, когда голод заставлял его брать более опасную добычу — кроликов, весом раз в десять больше него, с острыми зубами и мощными ногами, которым достаточно одного меткого удара…

— Что за добыча? — спросил Смертопродавец небрежно, фантазия его уже пустилась вскачь. Ушастые совы и лисы стройными рядами шли перед его глазами, заставляя трепетать сразу от страха и нетерпения. Однако всем мечтам суждено было пойти прахом.

— Это мышь, — сказал Слизень.

Смертопродавец сплюнул кровью на снег — алые капли на белом покрове зимы.

— Мышатина меня уже утомила, — сказал он устало. — Спасибо, такого убийства мне хватит в день по одному.

— А… — понимающе кивнул червь, — но эта мышь не так-то проста.

И перед мысленным взором Смертопродавца предстала мышь в бледно-золотой шубке, с ореховой скорлупкой на голове, под охраной других, вооруженных чем-то вроде сосновых иголок, но из сверкающего льда.

«Интересно!» — подумал он, представляя сладость ее крови.

— Этой смертью ты сможешь похваляться, — искушающее прошептал червь. — Слава твоя будет жить в веках. Это она, Золотая из легенд, что должна освободить весь мышиный род. Из миллионов и миллиардов мышей, приходивших в этот мир до сих пор, ни одна не обладала такой силой. Убей ее, и грядущие поколения восславят тебя. Ее имя Янтарка.

Жестокая улыбка обнажила острые, испятнанные кровью зубы горностая.

— С удовольствием, — мягко сказал он.

— Как нам быстрее всего добраться до черепного логова? — спросила Бена Янтарка, когда они были почти у его дома.

— Ну… — задумался он. — Ты могла бы перенести нас туда по воздуху, как уже делала в тот раз. Но тогда ты выпила из меня всю силу подчистую.

— Такие методы обычно не рекомендуются к использованию, — заявил Терн, словно какой-нибудь институтский профессор. И куда только девался неуклюжий туповатый мыш, которого они все знали? — Попасть туда — еще только полдела. Тебе понадобятся все твои силы на случай битвы.

— Мы можем полететь на птице, — сказала Янтарка. — В пещеру Ночекрыла меня принесла сова. Это гораздо медленнее, чем на волшебстве, но и куда проще.

— Тогда нам понадобится большая птица, — подытожил Терн. — Полагаю, цапля серая обыкновенная вполне подойдет, но можно взять и другой какой-нибудь подвид.

— Соколы гораздо быстрее, — возразил Бен. — Это вообще самые быстрые птицы… — Тут ему в голову пришла мысль: — А вот если бы мы знали, куда именно направляемся, можно было бы сесть на самолет.

— На что-что сесть? — переспросил тут же заинтересовавшийся Терн.

— Это такая машина для летания по воздуху, — пояснил Бен. — Вон там как раз один такой летит!

Он указал лапкой на «Боинг-474», величаво следовавший к северу. Он только что взлетел с салемского аэродрома и пока поднялся не больше чем на триста метров.

— Невероятно! — вскричал Терн. — Машина, которая летает! И ведь даже крыльями не машет! Я и раньше такое видел, но думал, это гигантский москит или что-то вроде того.

— Ну… они куда больше москитов, — скромно сказал Бен, как будто изобретение самолета было его личной заслугой. — Там внутри сидят сотни людей.

— Гм… — протянул Терн, на мордочке которого явственно отражалась работа нового могучего ума. — Возможно, мы могли бы построить машину, работающую на минимальном количестве магической энергии. Это вряд ли будет слишком сложно.

Десять минут спустя Янтарке пришлось потратить немного магической силы на то, чтобы кое-что кое с чем скрепить. Крышка от мусорного бака стала основой мышиного летательного аппарата. Под нею располагались мотор и пропеллер от газонокосилки миссис Пумперникель. Сверху приспособили небольшую подушечку, чтобы смягчить вибрацию, а перевернутый черепаший панцирь защищал седоков от ветра.

В итоге получилось вполне приличное летающее блюдце.

— Вуаля! — воскликнул Терн, когда все было готово. — Воздушный корабль, что и требовалось доказать. Уверен, он полетит. Но, конечно, нам понадобится немного магической энергии, чтобы запустить его.

— Он вряд ли особенно тяжелый, — прикинула Янтарка.

Все четверо мышей забрались на агрегат, и Янтарка применила чуть-чуть магии, чтобы включить зажигание и запустить мотор. Тарелка прянула в небо, отмахав сто метров в три секунды. По пути она с любопытством вертелась по сторонам, видимо озирая окрестности, потом повисела немного, раздумывая, и решительно устремилась обратно к земле — кажется, полет ее не впечатлил.

— Помогите! Мы разобьемся!! — заорал Бен.

Одним мановением пальца Янтарка выправила тарелку и задала ей такую скорость, что только ее и видели. Через мгновение они уже неслись на восток, к шоссе, и дальше, над зелеными холмами Орегона, к высоченным, поросшим ельником и все еще увенчанным снежными шапками Каскадным горам.

Бен глядел на пролетающие внизу дома и улицы, машину родителей он узнал даже с такой высоты. Мама медленно ехала через квартал, и ему показалось, что сквозь ветер и расстояние он слышит, как она его зовет.

Латония Пумперникель сделала все, что могла, чтобы предупредить мир о надвигающейся мышиной угрозе. За последние пару дней она позвонила в ЦРУ, в ФБР, президенту Соединенных Штатов, в штаб-квартиру ООН и даже в органы санитарного контроля штата.

Никто ей не внял.

Вот они попляшут, когда увидят, что у нее есть доказательства!

Латония Пумперникель заняла наблюдательный пост на чердаке. Теперь у нее была совершенно новая цифровая камера с приближением и даже возможностью делать снимки в полной темноте.

О, она сняла все! Она все видела и зафиксировала на пленке, как мыши разбирают ее газонокосилку и строят из ее деталей и крышки от мусорного бака — между прочим, совершенно нового! — что-то вроде космического корабля.

«Это же летающая тарелка!» — догадалась она, с пулеметной скоростью щелкая, как хитроумная штуковина взлетает и с громким «фрррррр» исчезает вдали, оставив за собой только тающий серебристый след.

И разумеется, никакие это на самом деле не мыши! Это пришельцы, которые просто выглядят как мыши. Они, наверное, потерпели крушение и теперь пытаются улететь обратно домой.

«Ну точно, инопланетяне всегда так делают», — сказала она себе.

И тут с Латонией случилось настоящее озарение. Ну конечно! До сих пор она звонила в совершенно неправильные организации! Ей нужно никакое не ФБР — ей нужны «Люди в черном».[6]

6

«Люди в черном» — в популярной западной культуре представители некой тайной организации, которая знает об инопланетянах все. О них было снято два популярных кинофильма с таким названием. Но на самом деле все куда таинственнее и страшнее.