Волшебник Подземного города - Фарланд Дэвид - Страница 3

3

Слизень же перевернулся на бок, демонстрируя кольцо страшного алого шрама, рассекавшего его тело надвое.

— Когда-то ты был всего лишь моим хвостом. Я расчленил себя, чтобы дать тебе жизнь, и теперь моя боль требует возмещения. Приди ко мне! Такова твоя судьба. Мы встанем во главе армии скользких гоблинов и покорим весь мир!

— А что, если я не хочу покорять мир? — съежившись, забормотал Полоз Норный. — Я хочу сказать — можно я просто буду хорошим сыном? Или мне теперь тоже нужно стать чокнутым тираном, как ты?

— Узри же! — ревел между тем Грозный Слизень, указуя мордой в сторону боковой пещеры. — Наши рабы уже трудятся не покладая… себя.

Полоз Норный содрогнулся от ужаса. Он робко вытянулся… потом еще немного вытянулся, чтобы, не сползая с места, заглянуть за угол, в темный коридор. От увиденного дрожь прокатилась по всей его пищеварительной системе.

За углом пещера расширялась, обрамляя громадную яму. Стены ее вздымались высоко-высоко вверх, где круглое жерло распахивалось прямо в открытое небо.

По периметру провала, словно винтовая лестница, вилась и вилась вниз тропинка.

Яма зияла глубиной в милю, если не больше, но и там не заканчивалась, а тонула в сплошной тьме.

И вдоль всей тропинки, сколько хватало глаз, теснились тени. То были мыши, крошечные бурые мыши; иногда в общей массе мелькали их белые лапки и хвостики. Все они мелкими прыжками, как одна, спускались вниз и вниз, во тьму. Глазки у некоторых были совершенно стеклянные, словно у лунатиков. Другие же… о, другие шли, несмотря на то, что плоть их уже почти сгнила и мелкие белые косточки торчали наружу. Это были зомби — мыши, что шли, повинуясь приказам, даже в смерти.

И на ходу мыши, живые вместе с мертвыми, пели:

Роем, роем и копаем, Язвой почву изгрызаем. Словно гномы, роем ход; И когда он приведет, Под суглинком, под корнями, Под железными костями, В глубину, где вечный пламень Плавит в лаву даже камень, Пепла тучи над землей Встанут, как мушиный рой.

— Что ты делаешь? — Полоз в ужасе воззрился на Грозного Слизня. — Зачем тебе нужно, чтобы армия мышей раскопала вулкан?

Слизень снова засипел и захрюкал, а затем издал низкий, чрезвычайно флегматичный хохот.

— Грррро-хо-хо! — сказал он, словно какой-нибудь адский Санта-Клаус.

* * *

В этот самый момент на заднем дворе неподалеку от Бенова дома, на газоне, сидела стайка мышей, совещавшихся о том, как именно они будут завоевывать мир. И надо же такому случиться, что Латония Пумперникель как раз в этот самый момент выглянула из окна.

Она, собственно, искала свою кошку Домино. В ночи до нее, помнится, доносились тоскливые кошачьи вопли, после чего их источник необъяснимым образом куда-то делся.

Тут ей на глаза попалась хорошо вооруженная банда на газоне, и миссис Пумперникель поняла, что Домино никуда не делась — ее дели! Выставили, изгнали с собственной территории! И хорошо, если не съели!

— Боже милостивый! — фыркнула она. — Этого еще мне не хватало! Да там целая мышиная армия!

Миссис Пумперникель уже стукнуло восемьдесят девять, и на своем веку она перевидала немало странных вещей, но шайка кровожадных грызунов была, пожалуй, самой из ряда вон выходящей.

Окружающие считали, что у миссис Пумперникель не все дома. В бытность свою в Мексике, в городке Тако-Фео, как-то раз после полудня (была еще сильная гроза с крупным градом) она увидала, как с неба рухнул ангел с переломанным крылом. Ангел оказался тетенькой средних лет, приземистой и немалой окружности. Удар молнии сшиб ее влет, основательно подпалив перья — а они были белые и коричневые, с сине-зелеными глазками на концах, как у павлина.

Местные женщины ходили за ангелом, кормили его тортильями с орхидеевым нектаром и в конце концов поставили обратно на крыло.

Когда ангел улетел, пошли слухи, что он отправился прямиком на небеса, прихватив с собой все молитвы горожан, и, что интересно, за прошедший после этого год все старухи в Тако-Фео стали молодыми и красивыми, все лысые мужчины обзавелись дивной шевелюрой, а черные бобы дали самый большой за всю историю урожай.

Переехав в Орегон, Латония принялась активно общаться с соседями и всем рассказывать про ангела. Так что неудивительно, что теперь при виде ее люди шептались: «А, это Латония, у нее всякой дури в голове больше, чем на летней распродаже».

Рассказы о мышиной армии тоже не особо улучшат ее репутацию, Латония это прекрасно понимала.

Но ведь надо было что-то делать! На дворе обосновалась армия мышей. Они могли напасть на ее кошку и попортить ее.

«А еще и этот бедняга младший Чаровран из соседнего дома», — подумала Латония.

Бен ведь исчез посреди ночи как раз после того, как купил мышь! А теперь его родители вне себя от горя рыщут по городу, везде выглядывая своего сыночка.

«Может, эти злые грызуны убили мальчика? — задумалась миссис Пумперникель. — Или похитили его? Может быть, где-то там, в лесах, они заставляют его копать для них норы!»

Бедняжка Бен! Он так и стоял у нее перед глазами: роет ногтями какой-то широкий туннель, весь грязный, а кругом — миллионы мышей, и все тыкают в него разными острыми предметами!

Может быть, они захватили в плен и Домино — и теперь она тоже роет!

Ситуация требовала немедленных и решительных мер.

Латония кинулась в спальню, нырнула в кучу грязного белья на дне платяного шкафа и с торжествующим клекотом извлекла видеокамеру.

«Я стою на пороге величайшего открытия в истории Земли, — поняла Латония Пумперникель. — Мыши вооружаются и образуют отряды, готовясь к войне. Это самый большой скачок в эволюции млекопитающих с тех пор, как… как были изобретены пружинные ходули!»

Глава третья

ИСПОЛНЕНИЕ ЖЕЛАНИЙ

Если хочешь знать, каков зверь на самом деле изнутри, пообещай исполнить одно его желание.

Руфус Мухолов

Мыши побежали опять штурмовать мусорный бак. Остался один только Терн, который, хлюпая, кинулся к ногам Янтарки и обнял их.

— Прости, что я привел к вам блох! — сказал он, и глаза его наполнились слезами. — Я не хотел! Я понимаю, мне надо было увести их в леса и дать себя сожрать. Я должен был отдать свою жизнь за других. Это было бы так благородно…

— Тихо, тихо… — Янтарка успокаивающе погладила его по шерстке. — Все уже хорошо. С блохами покончено.

— Я такой глупый, — жаловался Терн. — Я знаю, я глупый. Все так говорят. «Ты тупее кучи навоза», — они говорят. А еще: «Ты тупее лягушачьих соплей».

— Одно то, что кто-то так говорит, — сурово отрезала леди Чернопруд, — еще не значит, что это правда. Ты — добрый мыш, а в доброте великая сила.

— Нет, — честно сказала Янтарка, — он и вправду тупее лягушачьих соплей.

— Янтарка, — взмолился Терн, — когда ты вернешь себе силу, ты сделаешь меня умным? Я хочу быть таким же умным, как другие мыши.

— Гм… — Янтарка вопросительно посмотрела на Бена. — Я смогу сделать его умнее?

В последнее время, подумал Бен, она что-то многовато думания оставляет ему. Тем не менее он послушался и с минутку подумал.

— Ну, может быть, ему хватит парочки лишних мозговых клеток…

— Не знаю, что такое мозговая клетка, — сказала Янтарка, поглядев на Терна, — но если все так просто, то я, конечно, сделаю тебя умным.

— Ура! — Терн запрыгал как безумный и запел: — Я буду уууумныым! Я буду уууумныым! Янтарка сделает меня гееееением!