Волшебный локон Ампары (сборник) - Павлов Сергей Иванович - Страница 140

– А что, у него иное мнение на этот счет?

– Нет, в этом смысле ваши вкусы полностью совпадают. А это опасно.

– Для Меркулова – да!

– Мне кажется, твой вкус тоже того… это самое… совпадает.

– Ничего тебе не кажется. Ну, мы идем, наконец?!

Легионеры с лязгом и грохотом разобрали оружие.

– Кто скажет, где здесь видеотектор?

– У выхода. Тебе зачем?

– Надо узнать, как подвигаются дела у Крэйга. Мы раскрутили восьмую программу сигма-зондирования, а он там остался один. Кстати, для вашей группы программа.

– Вот как! Мы пятые сутки ждем программу для акустического зондажа, а они, выходит, уже сговорились за нашей спиной и выдают программы «налево»!

– Что удивительного? Мезосферники дали им взятку: двадцать метров графической записи сбалансированного термопрогноза.

– А мы полагались на их безупречную нравственность! К оружию!

– Оружие в ножны! Р-разойдись! Кру-у-гом!

– Кстати, что означает команда «кругом»?

– Это значит: разойтись по окружности с неопределенно заданным ускорением. Легионер!

– Слушайте, парни… А кто этот франт и его прекрасная дама?

– Тише, ты!.. Это Русанов с женой.

– Он теперь, говорят, крупная шишка в Ю-Центре. Вместо Маккоубера.

– Я ему не завидую. У них там сейчас какая-то чертовщина с проектом… Сплошная мистика.

– Мистики у всех у нас хоть отбавляй. Твой пересчет дельта-барической нивелировки, скажешь, не мистика?

– Нет. Его пересчет – сплошная мистификация. Разница есть.

– Ладно, довольно болтать – опоздаем к началу. Громовержец там уже мечет громы и молнии. Пошли, ребята!

– Икру он мечет, твой Громовержец. Я ему подал заявку на свипп-генератор, а он ее и смотреть не стал. Мне, говорит, проще достать здесь бочку черной икры, нежели свипп-генератор с такими параметрами.

– Верно, ребята. Снабжение безобразное. На уровне эпохи Юлия Цезаря. Надо поднять этот вопрос на активе.

– Эй, активисты! Не отставайте!..

Легионеры ушли, и в Павильоне снова воцарилась тишина.

Надия посмотрела на Леонида.

– Это правда? – спросила она.

– О чем ты? – беспечно спросил Леонид. Он понимал, какую правду она имеет в виду. – Я вижу, тебе не особенно нравится это мороженое. Принести земляничное?

– Мне не особенно нравится то, что они говорили.

– Да? А что такого они говорили?

– Они говорили, что ты теперь вместо Маккоубера.

– Это правда, – сказал Леонид. – Но разве при этом что-нибудь изменилось? Еще до ухода Маккоубера наша группа фактически возглавляла Проект. И мое теперешнее назначение – административная символика, не более того. Моя работа остается прежней.

– Ну что ж… – Она вздохнула. – Будущее покажет…

Они помолчали. Он ел мороженое и старался представить себе, о чем она думает.

– Я заметила, как внимательно ты разглядывал этих ребят. Ты кого-нибудь ищешь?

– Да, – сказал Леонид. – Мне нужен Дэн Фрост. Если ты заметишь Дэна или Бригитту…

– Зачем тебе понадобился Дэн?

– Мне нужно обменяться с ним буквально несколькими словами.

– Сегодня праздник, – сказала она.

– Я знаю, – сказал он.

– И завтра, – добавила Надия.

Он оставил мороженое и выпил фруктовой воды.

– Ну вот… – огорченно сказала она. – Я уже испортила тебе настроение.

– Нет, – возразил он. – Никто никому настроение не испортил. Мне с тобой хорошо. Просто чудесно. Сегодня великолепный праздник, и у нас отличное настроение.

– И мы потанцуем, верно?

– Да, мне очень хочется потанцевать. У меня такое чувство, будто улетал не я, а улетала ты. Я долго ждал тебя, и вот ты вернулась. Пойдем?

– Да. Мы пойдем в Зимнюю Пирамиду, Крамеру мы обещали, что будем в Зимней. Подожди, я забыла вынуть цветы.

– Крамер, наверное, не придет. Уф, какие они мокрые!

– Я тоже вся мокрая.

– Ты росистая.

– Скоро я высохну, и тебе не будет стыдно со мной танцевать. А почему не придет Крамер?

– Он двое суток не спал. Может быть, даже больше.

– Что-то связанное с Проектом?

Он не сразу нашел, что ответить.

– Видишь ли… Меня задержали на совещаниях, и Крамер взял на себя работу, которую должен был делать я. Мне очень совестно перед ним.

– Не думай, я понимаю: дело есть дело… Но не слишком ли часто вам приходится жертвовать личным временем?..

Они вышли из Павильона. На движущихся тротуарах народу прибавилось – основной поток направлялся в Летнюю Пирамиду. Многие были в маскарадных костюмах и полумасках. Обычно в Летней Пирамиде собиралась молодежь, и, судя по всему, там затевалось нечто экстравагантное. Древнеримского отряда уже не было видно, но рев легионерских глоток был слышен издалека: «Подари мне пояс Ориона!..» Возле кабинки видеотектора сиротливо стоял одинокий щит, а хозяин щита – легионер, которому надо было связаться с каким-то Крэйгом, – находился в кабинке и оживленно жестикулировал перед экраном. Шлем и меч он повесил на рукоятку контактного рычага.

– Этот, видать, зацепился надолго, – сказал Леонид. – Боюсь, маскарад закончится без него.

– А в Летней, наверное, ждет его девушка, – сказала Надия. – И может быть, она сегодня его не дождется.

Леонид промолчал.

– Меня всегда удивляли этот размах и постоянная спешка. Неужели нельзя работать и жить поспокойнее?

– Нет, – оказал Леонид. – Нельзя. Извини, что я говорю об этом так коротко. Но, судя по прошлому опыту, я просто не умею доходчиво объяснять вещи, над которыми мало задумывался… Говоришь – поспокойнее? Не знаю. Наверное, можно, если очень уж постараться. Но кому это надо?

– Мне, например. И той девушке, которая ждет этого парня.

– Вот ты о чем… Н-да… Проблема века.

– Нет, – сказала она. – Это очень старая проблема. И очень жестокая…

– Неразрешимая?

– Я бы так не сказала. Вечная.

– Тогда это проще. Как бочка черной икры. Если можно вечно мириться с вечной проблемой, значит, она решается каждый раз компромиссным путем. Верно?

– Верно. И мне приятно, что ты задумался над вещами, которые раньше мало тебя волновали. Теперь я верю, что у нас будет все хорошо.

– Вот видишь! Все будет у нас отлично.

В Зимней Пирамиде было очень светло, шумно и весело. В зените пирамидальной верхушки на огромной высоте сияло по-летнему яркое, теплое солнце. На синих стенах инеем сверкали белые морозные узоры, посередине зала в окружении фонтанов и голубых елей блестел в бассейне обросший сосульками айсберг. Айсберги, изрешеченные широкими полостями гротов, громоздились в каждом углу Пирамиды, а в гротах медленно вращались круглые платформы. Зал был запружен людьми. Гремела музыка, почти везде танцевали, где-то в отдалении пели, прихлопывая в ладоши, со стороны эстрадных площадок доносились раскаты громкого смеха.

Вихрь карнавального танца втянул Леонида и Надию в центр. Веселый шум плескался в зале волнами серпантинных лент, сыпался сверху блестящим дождем конфетти, вспыхивал звездами увеселительных огней. Больше половины танцующих были в масках.

Потом Надия немного устала, и они покинули танцевальное поле, вышли к эстрадным площадкам и задержались у ледяного катка среди любителей балета на льду. Балет был очень красочным, мастерство исполнителей – выше всяких похвал, но особенное удовольствие зрителям доставил комический танец с участием дрессированных пингвинов.

– Взгляни-ка туда!.. – Надия подергала Леонида за рукав и показала на медленно вращающуюся платформу кафе «Ледяной грот».

Леонид досмотрел. На платформе было несколько свободных столов.

– Если ты успела проголодаться, мы там поужинаем, – сказал он.

– Ты, не понял. Я видела Фроста.

Леонид еще раз взглянул на платформу. Теперь он смотрел на людей.

– Поздно, – сказала Надия. – Стол, за которым они сидели, уехал в грот.

– Дэн и Бригитта?

– Нет. Бригитту я бы узнала. Ты подойдешь один?

– Ну вот еще! – сказал он, и они пошли вместе.

Стол, где сидел Фрост, находился у края платформы, и край этот успел продвинуться глубоко под нависающий массив «ледяной» горы. Стеклянная облицовка грота мягко светилась зеленым, но после яркого света в зале было такое впечатление, будто здесь полумрак. Рядом с Фростом Леонид разглядел темноволосую смуглую девушку в черной полумаске. Дэн что-то ей говорил, и она негромко смеялась. Смех казался знакомым, но у Леонида была хорошая зрительная память, и он мог бы поклясться, что никогда раньше эту девушку не встречал. Дэн увидел Надию, обрадованно вскинул брови, потом увидел Леонида, поднялся навстречу. Это был плотный, коренастый человек, довольно неуклюжий на вид, с непропорционально большими руками, – один из лучших пилотов-барражировщиков системы Юпитера. Протянутая для пожатия рука Леонида утонула в его широкой ладони.