Лунная радуга. Чердак Вселенной. Акванавты - Павлов Сергей Иванович - Страница 155

– Предстоит порядочная возня… – Глеб вздохнул, прикидывая, сколько времени уйдет на монтаж регистраторов и прочей контрольной аппаратуры вокруг этого участка туннеля и в каюте чудака-лаборанта, если, конечно, легенда про черную пыль подтвердится.

Неприятно, завыла сирена. Шеф показал на стену и крикнул:

– Я наблюдаю за ней, а ты – вокруг и в общем. Понял?

Неожиданно потемнело. Глеб почти ничего не успел заметить: в одно мгновение вокруг образовалось что-то вроде темного сфероида, изрезанного по меридианам узкими полосами света. Появилось странное ощущение, будто сфероид медленно и тяжело поворачивается вокруг невидимой оси, и будто сквозь тело прошла волна раскаленного воздуха…

Толчка не было. Вернее, не было такого мягкого толчка, какой ожидался. Было нечто, очень похожее на оплеуху. Затем молниеносное исчезновение сфероида и… ощущение падения. Падать было невысоко, но, как и при всяком падении, больно. Глеб испытал двойной удар – снизу и сверху. Он крякнул, перевернулся на бок и сел. Рядом крякнул и сел Калантаров.

– Ушиблись? – спросил кто-то участливым голосом.

Глеб осмотрелся, дико вращая глазами, и сначала ничего не понял. Он находился в огромном зале, похожем на зал третьей секции вакуум-створа… Да, это был вакуум-створ. Вне всяких сомнений. Настоящий вакуумствор с его погрузочно-разгрузочными механизмами и широкими патернами, распахнутыми на причальную площадку. По ту сторону патерн ярко светились трюмы космического корабля – сквозь гул, металлический лязг, жужжание, звонки доносились команды: «Мираж», пятый трюм, подавайте контейнер!» – «Сурия, подключили насос?.. Хорошо. Начинайте слив малого танка!» Глеб ошалело встряхнул головой.

– В себя приходит, бедняга… – сказал участливый голос. – И чего это к нам вдруг повалили? Утром, как снег на голову, сюда свалилась мартышка ростом с нашего Карлсона, теперь вот двое человекообразных пожаловали. Хи-хи…

– Помолчи, – оборвал его бас. – Это же сам Калантаров и один из физиков, которые на «чердаке»… Может, они эксперимент проводят, понял? А ты – «хи-хи». Соображать же надо!

– Да я разве против? – оправдывался первый голос. – Пусть себе проводят. Только зачем в нашей секции проводить? Карлсону вот ящиком в глаз залимонили, одного мальчонку из биологов чуть не сгубили. После ихних экспериментов в продовольственных складах нужно воскресники организовывать. Вот тут и начинаешь соображать.

Глеб переглянулся с Калантаровым. Физиономия шефа действительно выглядела очень забавной. Раньше Глеб никогда не видел его таким растерянным, изумленным, испуганным и смущенным одновременно.

– Эй, вам нужна наша помощь?

– Где разговаривают? – спросил Калантаров, озираясь по сторонам.

– Там, – кивнул Глеб, – наверху… На мостике дистанционного управления.

Он поднял глаза. С мостика, опасно перегнувшись через поручни, смотрели трое. Двоих Глеб узнал: старшего диспетчера Горелова и техника Карлсона, у которого правый глаз едва виднелся между нашлепками биомидного пластыря, занимавшими четверть лица.

– Почему вы молчите? – спросил Карлсон. – Вам нужна наша помощь?

– Нет, – отозвался Глеб, потирая ушибленный локоть. – Мы отдыхаем. Было бы кстати, если бы кто-нибудь принес сюда шахматы.

– Потрясающе!.. – произнес шеф. – Микродистанционный ТР-перелет!

– Нам просто повезло, – мрачно заметил Глеб. – Будь эта микродистанция чуточку подлиннее, нам с вами пришлось бы обмениваться впечатлениями в открытом пространстве. Бр-р-р… Причем вам повезло дважды. Вы очень удачно финишировали на моей спине. Как самочувствие? Серьезных ушибов нет?

Калантаров поднялся на ноги, крякнул, потер бедро.

– Порядок, – сказал он, странно улыбаясь. – Между прочим, я впервые побывал в гиперпространстве…

– Между прочим, я тоже, – сказал Глеб. – И знаете ли, меня это как-то не восхитило.

Он вскочил. Проверяя ноги, сделал несколько приседаний. Пощупал грудь, плечи и спину, решил, что с такими ушибами жить еще можно, крикнул наверх:

– Эй там, на мостике! Покажите нам место, где шлепнулась обезьяна.

– Примерно тут же, – пробасил Горелов.

– Нет! – спохватился Карлсон. – Я видел! Гораздо левее! – Он быстро спустился с мостика и показал где.

Глеб измерил расстояние шагами. Разница была солидная: между точками первого ТР-финиша и второго он насчитал пять с половиной шагов.

– Ну вот, – сказал он Калантарову. -Неплохо было бы выпить лимонного сока, но в продовольственный склад нас теперь, конечно, не пустят. Из соображений предосторожности. Скверно… Я и не знал, что гиперпространство так неприятно сушит во рту.

Со стороны могло показаться, будто бы Калантаров внимательно слушает собеседника.

– Нас ждут в диспетчерской, – тихо напомнил Глеб.

– М-да, – пробормотал Калантаров. Взглянув на часы, поднял брови, повертел головой. – М-м… всегда забываю, где тут выход на лифт.

Путь наверх проделали молча. Глеб усталости не чувствовал, но разговаривать не хотелось. Сама по себе транспозитация не произвела на него особого впечатления, и он не совсем понимал наивную взволнованность Калантарова: на физиономии сего ученого мужа, ранее являвшего собой образец солидности и хладнокровия, легко можно было прочесть плохо скрытую ошеломленность. В другое время это позабавило бы Глеба, но сейчас он подумал об Астре, и сразу же возникло тягостное ощущение неуверенности, если не сказать – досады. Обстоятельства требуют как можно быстрее разделаться с ТР-запуском, который нужен только для «просто Федота», и вот

– поди ж ты! – среди ТР-летчиков оказалась именно Астра… Ни встретиться, ни поговорить нормально не сумели. Все вышло как-то глупо и бестолково.

У входа в кольцевой туннель шеф обрел наконец свою обычную самоуверенность.

– Как настроение, оператор? – спросил он, останавливая Глеба за рукав.

– Конечно, сегодняшний ТР-запуск – это своего рода формальность, однако нужно, чтоб все без сучка и задоринки, с минимальным расходом энергии. Для представителя техбюро расход энергии – особая статья, и с этим надо считаться. Многое зависит от тебя.

– Я бы сказал, что многое еще зависит от эр-эффекта.

– На стартовой тяге эффект не наблюдался ни разу.

Глеб усмехнулся. Аргумент шефа был явно слабоват, хотя какие-нибудь полчаса назад показался бы Глебу решающим.

– Мы имеем дело со спорадической эр-позитацией, – напомнил Глеб. – Нужно ли…

– Нет, – перебил Калантаров. – Просто нужна рабочая гипотеза абсолютно нового направления. Направления, которого не коснулся Топаллер.

«Странно, – с удивлением подумал Глеб. – Либо шеф считает меня скудоумным, либо не доверяет самому себе. Или то и другое вместе. Нет, решительно мы перестали понимать друг друга с полуслова!..»

– Согласен. Что за гипотезу предлагаете вы?

– Выбор невелик, – уклончиво ответил Калантаров. – Ну, скажем, все чудеса можно было бы объяснить «вязкостью» гиперпространства – правда, с великой натяжкой. Или, скажем, математическим опусом…

– …Или тем, что где-то в глубинах галактики работает чужая ТР-установка.

Калантаров медленно поднял на собеседника изучающий взгляд.

– Я сказал это, чтобы доставить вам удовольствие, – устало пояснил Глеб. – Могу добавить, что о ТР-установке внеземного происхождения я догадался несколько раньше. Но это была неимоверно фантастическая мысль, и к ней надо было привыкнуть. Однако кувырок в вакуум-створ убедил меня окончательно. Я понял, что это – попытка межзвездного ТР-перехвата. Я даже понял, почему перехват не удался.

– Почему? – спросил Калантаров.

– Недостаток энергетической мощности и очень размытая фокусировка чужого эр-поля.

– Видимо, так… – Калантаров вздохнул, озабоченно пошевелил губами. – Кстати, тебя по-прежнему одолевает искушение слетать на Землю? Я имею в виду отпуск, который давно тебе обещал.

– Который давно мне положен. – Глеб тоже вздохнул. – Ну какой теперь отпуск? Меня одолевает искушение заняться наконец стоящим делом. Я имею в виду межзвездную транспозитацию.