Свободное падение (ЛП) - Моусли Кирсти - Страница 84

Я усмехнулась, понимая, что он просто шутит.

– Ты должен попробовать, Зак. Прекрати считать, что ты недостаточно хорош из-за СДВГ. Для кого-то ты станешь самым лучшим парнем на свете, – сказала я, ободряюще хлопая его по плечу.

В ответ я получила грустную улыбку.

– Ну, это все, конечно, хорошо, но ты-то целых четыре года будешь далеко, на другом конце страны, – продолжил дразнить Зак.

Я ничего не могла с собой поделать и закатила глаза. Он никогда не переставал меня поддразнивать, но, на самом деле, мне это даже нравилось. Наверное, я буду скучать по его шуткам, когда окажусь в чужом городе одна, без друзей, и не с кем будет поговорить.

– Заткнись, Закари. – Я шагнула вперед и крепко обняла его. – Присмотри за моим братом ради меня, хорошо? Алекс будет делать вид, что он весь такой мачо-кикбоксер, но на самом деле ему будет не хватать меня гораздо сильнее, чем он покажет, – прошептала я.

Зак кивнул, ласково погладив меня по спине.

– Обещаю. – Он нежно поцеловал меня в щеку, прежде чем я отстранилась, улыбнувшись. – Я буду скучать по тебе, маленькая бунтарка. Но мы же не перестанем поддерживать связь, правда?

Я глубоко вздохнула и кивнула.

– Правда, – подтвердила я. Я сделала глубокий вдох, готовясь к следующему прощанию, и повернулась к отцу. Мама все еще рыдала в голос, доставая последние бумажные платочки из коробки, поэтому я решила дать ей еще минутку, чтобы взять себя в руки.

– Пока, пап. – Его руки крепко обняли меня, слишком сильно, слишком долго. Складывалось впечатление, что он просто не может меня отпустить, но все же, в итоге, он, застонав, отошел от меня, засовывая руки в карманы, и уставился на землю.

Я повернулась к маме и улыбнулась, посмеиваясь про себя.

– Мам, ты приедешь ко мне на следующей неделе, – напомнила я ей, качая головой.

Она глубоко вдохнула и посмотрела в голубое небо.

– Знаю, знаю. У меня просто развился синдром пустого гнезда. Наверное, мне стоило прислушаться, когда твой папа уговаривал меня завести еще детей несколько лет назад, – ответила она, смеясь и громко шмыгая носом.

– Мне все еще нравится эта идея, – сказал ей папа.

Мы с Алексом тут же поежились.

– Нет, ну серьезно! – воскликнула я. – Оставьте этот разговор до времени, когда меня уже здесь не будет, ладно? – пошутила я, обнимая маму и целуя ее в мокрую щеку.

– И когда тут не будет меня. Я тоже не желаю слышать о таких вещах, – вмешался Алекс, его снова передернуло.

Я хихикнула, ослабляя объятия, и мама отступила от меня на расстояние вытянутой руки. Я положила ладони ей на плечи и посмотрела прямо в глаза.

– Увидимся через неделю. Я люблю тебя, – честно сказала я.

Мама снова шмыгнула носом и подняла подбородок.

– Я тоже тебя люблю.

И вот пришли очередь Алекса, и это, скорее всего, будет самой тяжелой частью прощания. Мы раньше никогда не расставились. Хоть он зачастую и сводил меня с ума, мы все же были очень близки, поэтому было сложно представить, как я смогу продержаться, не видясь с ним какое-то время.

Алекс пнул камень на земле, его плечи сгорбились, как будто его ударили чем-то тяжелым.

– Будешь скучать по мне? – спросила я, наклоняя голову в сторону и стараясь быть сильной, чтобы не расплакаться. Я не желала прощаний с морем слез, я обещала себе сдерживаться.

– Нет, – сказал он, равнодушно качая головой. – А ты по мне?

Уголки моих губ дернулись в улыбке.

– Нет.

Алекс пожевал губу и снова пнул какой-то камень, прежде чем поднять на меня печальный взгляд.

– Убедись, что все вокруг тебя знают, что у тебя есть брат – чемпион по кикбоксингу, и он будет весьма счастлив надрать задницу любому парню, который только посмотрит в твою сторону. – Я услышала веселье в его голосе и рассмеялась.

– Клянусь. – Я положила руку на сердце и посмотрела на брата.

Он вздохнул и потянулся, чтобы открыть дверцу Ровера со стороны водительского сидения.

– Езжай осторожно. Не вешай нос. И не позволяй этим придуркам из летней школы себя обижать, – велел он. – Один звонок, и через шесть часов я буду у тебя, если понадоблюсь.

– Туда ехать девять часов, – самодовольно заявила я.

Алекс пожал плечами.

– Если потребуется, я доберусь туда за шесть, – пошутил он. Внезапно он вздрогнул и перевел взгляд с меня на горизонт. – Я не хочу прощаться, так что просто садись в машину. Скоро увидимся. – Алекс яростно кусал свою губу, и я чувствовала, что скоро он ее поранит, но это был его способ справляться. Он не хотел проявлять слабость. Наверное, так его и учили на тренировках: не проявляй слабость, иначе противник использует ее против тебя.

– Скоро увидимся, – согласилась я. Оглянувшись, я заметила, что папа обнимает вновь разрыдавшуюся маму, наверняка от ее слез на его рубашке останется мокрый след, но ему, скорее всего, было все равно. Папа встретился со мной взглядом, и его глаза сообщили мне больше, чем слова. Я знала, как ему будет не хватать меня, как он будет сходить с ума от беспокойства из-за того, что я где-то там, справляюсь в одиночку, после всего, через что недавно прошла.

Я ободряюще улыбнулась ему, прежде чем поймать взгляд Зака и помахать ему. Я не стала ждать новых прощаний, просто села в машину и пристегнула ремень безопасности, позволяя Алексу захлопнуть дверцу. Его рука сжала раму открытого окна так, что костяшки пальцев побелели, а затем он развернулся и пошел в дом, не сказав ни слова.

Я сглотнула комок в горле. Но все же я не сомневалась, что мой отъезд – правильное решение. Здесь я задыхалась, мне нужно было сбежать от воспоминаний, которые в этом месте вызывала каждая мелочь. Я завела машину и заметила, что Зак последовал за Алексом в дом. Я улыбнулась про себя, понимая, что тот сдержит обещание и позаботится о моем брате.

Я крутанула руль, решив не оглядываться. Автомобиль выехал на дорогу, и когда я проехала мимо трех соседских домов, я начала паниковать. Моя нога отпустила газ и зависла над тормозом. На секунду я заколебалась и посмотрела в зеркало заднего вида. Там стояли мои родители и наблюдали за мной. Я усомнилась в правильности своего решения, все мужество в мгновение ока испарилось, и я вдруг поняла, что, возможно, не настолько сильна, чтобы бросить все и начать сначала.

Когда я уже всерьез собиралась нажать на тормоз и, развернув автомобиль, остаться здесь, папа поднял руку, помахав мне на прощание, а затем, обняв маму, повел ее в дом.

Мои глаза остекленели, и я посмотрела на дорогу. Папин поступок вернул мне уверенность. Он не стоял, ожидая, что я вернусь, он помахал мне на прощание и пошел в дом. Он верил в меня больше, чем я сама.. У него даже не возникло сомнений насчет того, что я действительно уезжаю. Очевидно, он не видел, как моя нога зависла над тормозом, и не почувствовал, что мой разум наполнен сомнениями. Он помахал мне, прогоняя неуверенность, поэтому я вновь нажала на газ и поехала вперед.

Одновременно с исчезающей за моей спиной родной улицей исчезали и мои сомнения. У меня все получится. Я это точно знала. Конечно, будет трудно, но это действительно то, чего я хотела. Возможно, в один прекрасный день моя сердечная боль исчезнет, и я смогу подумать о Люке, не чувствуя, как внутри все разрывается. Возможно, однажды я даже буду счастлива. Кто знает.

Эпилог

Медальон висел там же, где и весь последний год с небольшим, – на столбике у спинки моей кровати. Сейчас из-за яркого солнечного света он красиво переливался всеми цветами радуги. Каждый раз, когда я смотрела на него, воспоминания накрывали меня с головой. Обычно в такие вечера я, как правило, плакала в подушку, пока не усну. Последнее время это случалось гораздо реже, чем раньше. Можно даже сказать, что я в какой-то степени, двигалась дальше. Ну, на самом деле, конечно, «двигалась дальше» – это сильно сказано, но моя жизнь хотя бы вышла за пределы комнаты, в которой до этого я все время сидела в пижаме и ела мороженое. Я понимала, что полностью никогда не преобладаю над тем, что случилось.