Операция “Зомби” - Самаров Сергей Васильевич - Страница 62

– А зачем вам понадобились два капитана? Вы же ничего не понимаете в генетике.

– Вам трудно судить о том, в какой области знаний я что-то понимаю, в какой являюсь полным профаном, хотя вы имеете право допустить, что такие области существуют. Я легко обучаюсь даже в своем возрасте, а мы с вами, судя по всему, ровесники. Сейчас я могу даже на равных разговаривать с Андрюшей в специфических вопросах его узкой специализации. Уверяю вас в этом. Но что касается ваших капитанов, вы правы. Они мне и не нужны. Они нужны другим людям, которые платят мне большие деньги за то, что я смогу с помощью установки выкачать из их памяти.

– К счастью, хоть они благополучно ушли от вас.

– Пустяки. Я уже отдал приказ на их уничтожение. Так будет спокойнее. Когда я обрел уверенность, что установка будет работать, я перестал нуждаться в таких мелких суммах, как пара миллионов долларов – именно эту сумму могла бы принести операция.

– Конечно, – слегка ехидно сказал Легкоступов. – У вас большие планы. Только суждено ли им сбыться – покажет время.

– Время покажет, что оно не на вашей стороне. – Тихомиров так нехорошо, со злорадством усмехнулся, что и генерала, и Андрея передернуло от неприятного предчувствия. – Вы напрасно надеетесь на полковника Мочилова и его людей. Их встретят соответствующим образом. Наш местный генерал уже привел свои ракеты в боевое состояние. Объятия распростерты во все небо. Пусть летят...

3

Гроза пришла!

Что может быть лучше плохой погоды! Эта погода как специально создана для работы спецназа. Так легко невидимым и неслышимым передвигаться в грозу, так легко совместить удар или выстрел со вспышкой молнии или раскатом грома. Я начинаю думать, что сама природа всерьез взялась нам помогать.

Единственное, что плохо, это если гроза затянется. Тогда не сможет вовремя прилететь подмога. Геннадий Рудольфович уже позвонил, наверное, полковнику Мочилову. И подмогу стоит ждать достаточно быстро.

– Ждать и догонять... это выше моих сил! – в ответ на мои мысли Пулат выдал свой постулат. – Здесь просто некому противопоставить себя нам. Я бы и один с ними справился. Хоть вместе, хоть по отдельности.

Он обработал Сережу по всем правилам допроса противника в боевой обстановке. И после этого проявил гуманизм – устроил ему удобное ложе, пригнув к кочкам большие охапки камыша. Чуть ли не детская колыбелька, хотя больше похоже на гнездо птеродактиля. И получилось даже достаточно высоко от воды. Пиявки не сразу доползут. Теперь Сережа спокойно спит, с великим счастьем приняв слоновью дозу снотворного как избавление от болтливости маленького капитана. Но ответить на все вопросы Сережа не смог. Пулат списал это на зомбированность охранника. Что-то блокирует его память, даже речь становится невнятной, когда вопрос задается особо важный и конкретный.

– Ты меня уговорил. – Я вздохнул так основательно, словно Пулат ко мне применял меры воздействия такие же, какие применял недавно к охраннику. На самом деле я, как спасения от пыток, ожидал его уговоров, чтобы не уговаривать маленького капитана самому.

– Сколько часов проспит наш дорогой друг? – кивнул я на Сережу.

– Завтрак проспит – это точно. Но к обеду, если пиявки до него не доберутся, может и очухаться.

– А если доберутся?

– Большая потеря крови – низкое кровяное давление – сонливость. Возможно, ближе к ужину догадается, что опух он не от моих ударов, а от укусов комаров. Тогда сможет встать. Со связанными руками – не со связанными ногами. Ходить иногда можно. Но ориентироваться нам все же лучше на обеденное время.

Я согласился.

– Думаю, до обеда мы управимся.

– Стоит сообразить, как лучше действовать. Можно на уничтожение живой силы. Но тогда трудно разобраться с теми, кого следует уничтожать, кого можно оставить до лучших времен. Одни могут оказаться простой наемной рабочей силой, вторые просто необходимы для следствия как важные свидетели и как обвиняемые, без веского слова которых все обвинение развалится.

– Это точно. К тому же мы в своей стране, а для меня это важно, – привел и свой аргумент маленький капитан. – Лучше бить аккуратно, но отключать надолго. Чтобы потом не помешали нам спокойно отдыхать и развлекаться. Но мне не хочется всех собирать в болото. Надо найти что-то более интересное. Есть здесь запасные камеры не для смертников?

– Плевать на них. Никого я таскать не собираюсь. Пусть будут лежать там, где их удар настигнет. Есть задачи поважнее. Что в первую очередь захватывают при революциях?

– Почту, телеграф, телефон, банк.

– Электростанцию. Насколько я понимаю, линию электропередач сюда не подвели. Значит, станция своя. Тогда мы им всю связь обрубим.

– Логично. Все энергетические возможности городка, насколько я могу догадаться, должны сосредотачиваться в котельной.

– Вот ее и следует в первую очередь записать на свой лицевой счет. А что за помещение рядом с котельной? Ты не обратил внимания?

– Я так думаю, что это гараж. Меня сюда привозили на шикарном джипе «Форд-экскурсион». В него отделение солдат с вытянутыми ногами поместить можно.

– Меня – на джипе «Тойота».

– Такие авто грешно оставлять под открытым небом. Да я и не видел здесь под открытым небом ни одной машины.

– Можно подумать, что по дороге от тюрьмы к озеру, от озера к гостинице, от гостиницы к столовой, а потом до стадиона ты только тем и занимался, что искал глазами джип.

– Я не искал. Но если бы он стоял под чистым небом, я увидел бы его.

– Я тоже, – согласился я. – Но что это нам дает?

– Лишить местное ополчение вместе с электричеством и транспорта – это голубая мечта моего детства.

– Охрана там должна быть?

– В обычное время – едва ли. После нашей активизации – я бы на их месте поставил.

– Охранников мало. Скорее всего, пост из одного человека. Не больше.

– Скорее всего...

– Вперед?

– Вперед!

Оставив Сережу на попечение комаров и пиявок, мы двинулись вдоль берега. На двух верхних этажах корпуса, где нас держали в карантине-тюрьме, горел яркий свет. Когда небо затянуто такими восхитительно мрачными тучами, этот свет показался праздничной иллюминацией. Не иначе местные вампиры устроили свой бал. По берегу мы прошли мимо корпуса, оттуда поднялись выше, даже не стараясь спрятаться, посмотрели на административный корпус – там тоже во многих окнах горит свет. Еще через пятьдесят шагов стала видна гостиница. Прогуливающегося генерала, как надеялся, я не увидел. Здесь получилась промашка. Гулять в такую погоду слишком подозрительно. И он, похоже, понял это. В принципе, он и не нужен нам. Вовлекать генерала в боевую операцию – что можно придумать глупее? Надо или самим воевать, или его охранять. Совмещать две вещи сложно, тем более что спецназовцы ГРУ совсем не охранники по своему профилю. Скорее даже наоборот. Пусть генерал будет в святом неведении.

Котельная и здание, стеной примыкающее к ней, – гараж устроились сразу за пригорком, чуть в стороне от остальных корпусов. Наезженная дорога явственно показывала, что Пулат прав – гараж должен быть именно здесь.

Ударил гром. Пока еще чуть в стороне. Очевидно, какие-то высшие силы так отметили начало нашей операции. А когда мы оказались уже у гаражных ворот, закрытых изнутри, на лицо упали первые крупные капли дождя.

Тут сразу и началось!

Мы оба знакомы с тропическими ливнями, потому что в свое время немало попутешествовали по странам с тропическим климатом. Местной грозой нас не прошибешь.

Но и здесь мы успели вымокнуть насквозь, едва только пройдя вокруг стен гаража и убедившись, что дополнительных дверей там нет, а окна все закрыты стеклянными блоками-кирпичами, с трудом пропускающими свет. Так в гараж не забраться. Устраивать штурм – дать время на вызов подмоги.

– В котельную, – скомандовал я. – Там должен быть дежурный машинист. Дежурный машинист по долгу своей службы просто обязан становиться лучшим другом гаражному сторожу, если только сторож не всегда пьян. Они если пьют, то стараются даже пить вместе.