Пособие по выживанию - Руденко Елена "Элен Уайт" - Страница 107

— Эллинор! Где твое воспитание?! — воскликнула Кассандра, недовольно поджав губы.

— Все вашими стараниями! — хмыкнула я, присев на стул, что всегда считала своим. Рядом со мной оказался незнакомый мне паренек, и я украдкой рассматривала его. На вид ему можно было дать лет двадцать пять. Взгляд затравленного зверька, профессорские очки, бегающие глазки, тонкие руки без намека на мышцы, тонкие пальцы пианиста (лучше бы он контрабас за спиной таскал). Все это свидетельствовало о том, что передо мной типичный ботаник, который прячется под маминой юбкой. Интересно, что он здесь делает? Дальний родственник? Или внебрачный сын Кассандры? Я мельком глянула на мачеху. Нет, сходства определенно нет.

«Ты до сих пор не догадалась?» — спросил Дан, а Кир лишь согласно хмыкнул.

— Малкольм, познакомься. Эту невоспитанную девицу зовут Эллинор. С прискорбием сообщаю, что она моя падчерица, хотя я об этом искренне сожалею, — процедила мачеха, но на нее прикрикнул отец, попытавшись устыдить. Ага, нашел ту, что знает, что такое стыд. Мне интересно, как можно одновременно сладко улыбаться этому мальчишке и шипеть на меня так, что под стол впору заползти?

«Годы практики!» — хихикнул Дан.

«А ну не ройся в моих мыслях!» — пристыдила я сына, но проще было доказать столбу, что он кактус, чем воззвать к совести сынишки.

«У меня ее нет!» — гордо сказал Дан.

«И куда она делась?» — удивилась я.

«По наследству не передалась!» — ехидно отозвался ребенок.

— Приятно познакомиться, — ласково улыбнулась я парню, а он немного испугался то ли моей улыбки, то ли моего очарования, то ли просто меня. Дернувшись, он разлил вино, а я беззвучно хихикнула. Мачеха же рассудила по-своему и зло стрельнула глазами в мою сторону, как бы предупреждая.

— Элли, мы знаем, что ты ждешь ребенка, — тихо начал отец, — и этот благородный джентльмен согласился взять тебя в жены и воспитывать ребенка как своего. Ты не можешь воспитывать ребенка одна, а он в состоянии помочь…

— Да что ты ее уговариваешь! Потаскуха! Нагуляла ребенка и еще носом вертит! — зашипела мачеха, мигом скинув маску приязни. Кажется, у парня с перепугу задергался левый глаз.

— Я, пожалуй, пойду! — проблеял жених.

— Сиди! — рявкнула мачеха.

— Слушайте, я замужем! Замужем! — выделяя каждую букву, сказала, демонстрируя перстень.

— Ты сейчас что угодно готова наврать! Еще и дешевку эту тыкаешь в глаза. Подделка это! Я же вижу! Сама небось купила! — крикнула на меня мачеха. Я уже собиралась возмутиться, но не успела.

— А что тут происходит?! — Громогласный голос Алекса раздался в комнате. Все замерли и испуганно уставились на него. Что же там такого страшного? Повернувшись, я не увидела ничего страшного. Ну, Властелин, ну, Черный, ну, пара шрамов на лице. Подумаешь! Ах да, еще Алекс нацепил на себя черный плащ (куда ж без него — имидж это наше все!) и создал иллюзию из черных клубов дыма вокруг с электрическими искрами.

«Позер!» — хмыкнула я мысленно, хотя и была рада видеть мужа. Теперь главное, чтобы он опять не начал закатывать сцену ревности, увидев что-то не то. Черт, он же сейчас этого жениха прибьет!

— Ваше величество! — Кассандра вскочила из-за стола, согнулась в поклоне.

— Наше, — согласился Алекс, присаживаясь. Малкольм, когда на него перестали обращать внимание, попытался скрыться, но не тут-то было. Создав из воздуха клетку, Алекс заточил парня туда.

— Алекс, отпусти ребенка, он не виноват, — попросила я, с мольбой глядя в глаза супруга. Любимые серые глаза напоминали грозовую тучу, но было видно, что сцены ревности не будет. Вот только мачехе, скорее всего, не поздоровится…

Алекс легко мне кивнул, давая понять, что зла на парня не держит, и отпустил его. Малкольм убежал, пока столь грозный господин не передумал.

— Что ж, думаю, нам пора познакомиться… — угрожающе сказал Алекс, окинул взглядом комнату, безразлично скользнул по мачехе и остановился на отце.

— Да, простите, ваше величество, меня зовут Энтони. — Папа встал и поклонился Алексу.

— Называйте меня Александром. Все-таки вы родственник моей любимой супруги. Я слышал, тут какое-то недоразумение вышло с моими детьми? — спросил Алекс, сделав ударение на слове «моими».

— Александр… — начала мачеха, но супруг ее перебил, сверкнув глазами.

— Я разрешил родственникам Элли называть меня по имени, а вы к этому не имеете ни малейшего отношения! — тихо и угрожающе сказал Алекс.

— Простите, ваше величество, — пролепетала мачеха, сжавшись, и вновь склонилась в низком поклоне.

«Ха! Знай наших!» — победно рассмеялся Дан, видя, как мачеха растеряла весь свой пыл после одного взгляда моего мужа.

— А сейчас простите нас, но нам пора, государственные дела, знаете ли, — сказал Алекс, подавая мне руку.

— Но Элли только приехала… — попытался остановить его папа.

— Лично против вас я ничего не имею, но я слишком люблю жену, чтобы оставлять ее наедине с этой особой! — сказал Алекс, кивнув головой в сторону Кассандры. — В другой раз мы постараемся задержаться.

Попрощавшись с Марфой и папой, я подождала, пока Алекс даст мне руку, и мы пошли к дракону. Супруг был зол и имел полное право злиться. Мало того что я его не предупредила, он, наверное, решил, что это новая попытка изменить ему. Было горько, и я едва сдерживалась, чтобы не расплакаться.

ГЛАВА 45

Элли

Когда мы оказались в замке, Алекс оставил меня в гостиной и сделал попытку запереться в кабинете, но я залетела туда следом за ним.

— Алекс, это не то, что ты подумал, — быстро сказала я. Не хотелось повторения, но чувство дежавю преследовало.

— Тебе не кажется, что история повторяется? — немного грустно улыбнулся Алекс.

— Заметь, прошлый раз я тоже говорила правду! — ответила ему.

Алекс отвернулся и некоторое время просто стоял, глядя в окно. Я немного потопталась в нерешительности, после чего подошла ближе и положила руку на плечо любимого.

— Не сердись, — практически прошептала, прижавшись щекой к спине.

— Элли, как ты могла подумать, что я сержусь? Я верю тебе. — Муж развернулся, осторожно взял в руки мое лицо.

— Веришь? — едва не замурлыкала я, все еще не веря в услышанное. Ведь прошлый раз он мне не верил… хотя ситуация была немного другой…

— Верю, — подтвердил любимый. — Я злился на твою мачеху. Последние события не добавили мне уверенности в близких, но в одном я не могу сомневаться. Ты и дети — самое дорогое, что у меня есть. И я готов выпрашивать у тебя прощения хоть три сотни лет, если понадобится. — Легкий поцелуй в губы завершил нежную исповедь. Потом еще один. Не видя сопротивления, он продолжил. Новый поцелуй был полон страсти. Он знал, что я простила. Я сама с радостью показывала всю степень любви и нежности. Алекс вторгся языком в мой рот, исследуя, показывая всю горечь вины и сладость радости. Я таяла от его ласк, забыв обо всем.

«Вот это киношку показывают! Мать, это и есть пресловутый аист?! Он уже летит?» — присвистнул Дан, а я молниеносно пришла в себя.

— Алекс, стой! — тихо сказала, все еще пылая от страсти, и принялась быстро высвобождаться из объятий мужа, чтобы избежать соблазна. Соблазн недоверчиво уставился на меня серыми глазами и, кажется, был недоволен и озадачен внезапными переменами в настроении.

«Ну, вот, такой кайф обломала!» — прокомментировал мои действия Дан. Я оставила реплику без ответа. Алекс целовать меня перестал, но из объятий не выпустил и нежно погладил вдоль позвоночника.

— Что случилось?! — обеспокоенно спросил муж.

— Милый, ты можешь мне не верить, но то, что я тебе сейчас скажу, — правда.

— Элли, что такое?

— Помнишь, я тебе рассказывала, что дети говорят со мной? — спросила я и, дождавшись осторожного кивка, продолжила: — Они не только говорят, но все слышат и видят. А я не могу при них заниматься развратом! — закусив губу, сказала ему.