Дом на горе - Мусатов Алексей Иванович - Страница 44

Митя с Костей заглянули в учительскую, в «живой уголок», в библиотеку — Вари нигде не было.

В коридоре к ним подбежал возбуждённый Колька:

— Это правда, что наша вожатая двойку получила?

— Не труби на всю школу! — осадил его Костя. — Откуда ты взял?

— Прахов Борьке Самохвалову сказал, Борька — первому звену, первое звено — второму. Теперь весь отряд знает, — не переводя дыхания, сообщил Колька.

— Связь у вас работает… — хмыкнул Костя и с безразличным видом заметил: — Ну и подумаешь, одна двойка! О чём разговор?

— Одна — это, конечно, ничего. Да у нас завтра сбор насчёт успеваемости. Борьку Самохвалова обсуждать будем. Ещё Петракова и Маню Юркину. Они на троих семь двоек имеют.

— Ну и обсуждайте на здоровье!

— Знаешь, Костя… — замялся Колька. — Борька говорит: «Раз у вожатой двойка, чего же с нас спрашивать?»

Костя заверил, что одна двойка у вожатой не имеет никакого значения, обещал при встрече сам всё растолковать Борьке Самохвалову и спросил, не видел ли Колька Варю.

— Они с Ваней Воробьёвым в нашем классе закрылись. Секретный разговор у них.

Ребята спустились в нижний этаж и постучали в дверь пятого класса. Им открыл Ваня Воробьёв.

Кроме него и Вари, которая, сгорбившись, сидела за тесной партой, в классе находилась ещё Галина Никитична.

— Вот, полюбуйтесь! — Ваня растерянно кивнул на девочку: — Пионервожатой не хочет быть… отказывается.

— Какая же я теперь вожатая? — сказала Варя. — Кто мне поверит? Завтра же весь отряд про двойку знать будет!..

— Уже знает! — сказал Митя.

— Видите, Галина Никитична, видите! — вскрикнула девочка, но вдруг осеклась: на неё в упор смотрели Костя и Митя. — Что вы уставились? Ну и пожалуйста! Без вас знаю… класс опозорила, бригаду подвела. Можете не говорить!

— Да мы и не говорим. — Костя отвёл глаза в сторону и сделал Мите знак, чтобы тот молчал.

— Галина Никитична, — вновь обратилась Варя к учительнице, — скажите вы им… Какая я, в самом деле, вожатая?

Но Галина Никитична как будто не расслышала вопроса и с любопытством оглядывала класс: самодельные портьеры на окнах, цветы на подоконниках, стопочку книг в углу на этажерке. Но больше всего внимание учительницы привлекла деревянная резная полка, уставленная самыми различными предметами: были тут какие-то камни, кости, коробочки с песком и глиной, зазубренный серп, ржавый светец для лучины и даже плетённые из луба лапти.

— Что это за выставка? — спросила Галина Никитична.

— Это мои пионеры натаскали, первое звено, — сказала Варя. — Всё больше предметы старого быта. Вот эти лапти мы у бабки Алёны выпросили… последние на всю деревню, еле-еле нашли их. Мы потом все находки в школьный музей передадим… А за цветы у нас второе звено отвечает, за библиотеку — третье.

Девочка оживилась, подошла к шкафу, достала щербатую глиняную чашу, облепленную землёй, и протянула учительнице:

— Вы посмотрите, что Колька в овраге выкопал! Уверяет, что это памятник древней Руси. Пионеры требуют в город на проверку послать.

Ребята склонились над чашей. Поцарапали пальцами окаменевшую землю, зачем-то понюхали её.

— Какая там древность! — фыркнул Митя. — Обыкновенная плошка из глины. Их в Почаеве гончары делают.

— Я тоже так думаю, — согласилась Варя. — Но ребята же требуют… надо как-то им доказать.

— Обязательно надо! — Учительница с улыбкой посмотрела на девочку: — А почему тебе всё-таки наскучило с пионерами работать?

— Мне не наскучило! — вспыхнула Варя.

Галина Никитична обернулась к Ване Воробьёву и спросила, сколько у Вари общественных нагрузок.

Ваня пересчитал по пальцам:

— Что-то около четырёх…

— Видишь, Варя, — сказала учительница, — может быть, и все беды от этого. Мечешься ты, нахватала кучу дел, везде поспеть хочешь. Придётся освободить тебя кое от каких поручений. Но из вожатых не отпустим. Пионеры, я знаю, любят тебя…

— Ещё как! — подтвердил Костя. — Только Варьке сказать надо, чтобы с умом работала! А то она всё сама да сама, нянчится с ребятами, как с детским садом… А ты организуй, дай задание, потом проверь — вот и время для уроков останется.

— Надо и других восьмиклассников к работе привлекать, — добавил Ваня. — На сбор позови, поручение дай… — И он выразительно посмотрел на Митю и Костю.

— Слушай, Варя, слушай! Советы дельные, — поддержала его учительница. — Главное, тебе сейчас не разбрасываться, все силы на учение собрать.

— Так, Галина Никитична, — взмолилась девочка, — раньше пионеры каждому моему слову верили… А теперь как будет?

— Думаю, за одну двойку они тебя не осудят.

— Сбор у меня завтра… И как раз насчёт успеваемости.

Ваня посоветовал повременить пока со сбором, дождаться лучших дней.

— А зачем ждать? — лукаво поглядывая на девочку, сказал Костя. — Пусть Варька с пионерами опытом поделится… Как она двойку огребла…

— Вот-вот! — вспыхнула Варя. — Самая подходящая тема! Ещё и смеёшься!..

— Я без шуток, — принялся защищать своё предложение Костя. — Пионеров всё равно не проведёшь. Вот ты им честно, прямо и расскажи, как ещё работать не умеешь, как разбрасываешься, почему двойку схватила… Думаешь, что это ребятам на пользу не пойдёт?

— Сбор действительно может быть поучительный, — согласилась с Костей Галина Никитична. — Вот только как Варя?

— Хорошо, — подумав, сказала Варя. — Будет завтра сбор! Только с условием: придётся потрудиться и ещё кое-кому. Пусть Костя с Митей тоже на сбор придут и расскажут, как они сами работают…

Митя развёл руками:

— Мы-то при чём?

— Не вздумайте отказываться! — Ваня погрозил ребятам пальцем. — Сами недавно в пионерах ходили.

— Если уж на то пошло, Фёдора Семёновича на сбор пригласить надо, — сказал Митя.

— Ой, верно! — вскрикнула Варя. — Как же я не догадалась! Может, ещё деда Новосёлова позвать? Он про сына расскажет, как тот учёным стал… — Она вырвала из тетради лист бумаги и села за парту: — Давайте тогда план сбора наметим… Подсказывайте!

Ребята склонились над партой. Галина Никитична вышла из класса и осторожно прикрыла за собой дверь.

Глава 13. СТРАДА

В конце занятий Галина Никитична задержала восьмиклассников, чтобы поговорить об очередных делах. Но не успела она открыть собрание, как в класс вошли Ваня Воробьёв и Саша Неустроев. Они о чём-то пошептались с учительницей, после чего та обратилась к ребятам:

— У Саши есть к вам просьба.

— Это можно! — охотно ответил за всех староста Сёма Ушков и многозначительно поглядел на ребят: вот, мол, какая нам честь выпала!

— Я к вам, ребята, от молодёжи вечерней школы, — начал Неустроев, пригладив волосы. — Наши ребята в учении малость отстают. Отвыкли они, позабыли многое. Вот мы и просим помочь нам…

— Это я посоветовал к вам обратиться, — добавил Ваня Воробьёв. — Вы же народ сильный.

Неустроев и Ваня, переглянувшись с учительницей, сели за парту, и Косте показалось, что глаза у них были хитрые прехитрые.

Галина Никитична между тем сделала вид, что просьба Неустроева застала её врасплох:

— Очень, конечно, лестно, что о нашем классе идёт такая слава. Но мне кажется, что она сильно преувеличена. Впрочем, мы сейчас можем проверить, кто как успевает.

Учительница раскрыла классный журнал и неторопливо начала читать отметки.

Мелькали пятёрки, четвёрки, попадались двойки, но троек было больше всего.

И чем дальше читала Галина Никитична, тем всё ниже наклонялись школьники к партам, словно хотели спрятаться или провалиться сквозь землю.

— Как видите, картина не очень отрадная, — сказала в заключение учительница. — Едва ли мы сумеем чем-либо помочь вечерней школе.

— Да-а, обстановочка не из важных! — огорчился Неустроев. — Ребят самих хоть на буксир бери… Придётся, пожалуй, к девятому классу обратиться.

Он поднялся и, небрежно кивнув ребятам, вместе с Ваней вышел из класса.