Новичок в Антарктиде - Санин Владимир Маркович - Страница 86

Битва при Ватерлоо, или Как играют в футбол в Антарктиде

Приближался день выхода в море. Разгрузка «Оби» шла без помех, строители на берегу вот-вот должны были закончить монтаж нового дома, и мы пользовались каждой возможностью, чтобы ещё разок побывать на острове. Между судном и островом с утра до вечера курсировали плавающие машины, которые прямо из воды выходили на берег и своим ходом доставляли на место грузы и пассажиров. С острова на «Обь» шёл встречный поток экскурсантов, наших и чилийских полярников, высокие стороны соревновались в гостеприимстве, то есть угощали друг друга «чем бог пошлёт», крутили кинофильмы, вели беседы и обменивались сувенирами.

В один из таких дней начальник чилийской станции Хорхе Вилья нанёс капитану Купри визит дружбы.

— Мистер Купри, — спросил Хорхе Вилья — а почему бы нам не сыграть в футбол?

— Превосходная идея, — сказал капитан.

— Значит, по рукам? — спросил Хорхе Вилья.

— По рукам, — сказал капитан.

— Пусть победит сильнейший, — поднимая рюмку, провозгласил Хорхе Вилья.

— Ол райт, — поднимая рюмку, сказал капитан.

Хорхе Вилья отплыл на катере готовить свою дружину, а на «Оби» состоялось экстренное совещание футболистов.

— Возьмём у чилийцев реванш за поражение нашей сборной на первенстве мира в 1962 году? — спросил капитан.

— Возьмём! — хором заверили футболисты.

В этот день на Ватерлоо стояла великолепная летняя погода — градусов пятнадцать ниже нуля, ветер умеренный, с порывами до сильного. Для игры был выбран свободный от снега участок берега, покрытый галькой. Одной боковой линией служило море, другой — бушующая толпа болельщиков, в которую затесалась дюжина бездельников-пингвинов, больших любителей всякого рода зрелищ. Пингвины оживлённо переговаривались и с большим нетерпением ожидали начала матча.

И вот под овации зрителей на поле в тренировочных костюмах выбежали футболисты. Их приветствовал Капитан Купри. На капитане была тёплая шуба, он мог говорить интересно и долго, но посиневшие от холода футболисты отчаянно дрыгали ногами и бросали на оратора красноречивые взгляды. И капитан, произнеся скороговоркой традиционные слова любви и дружбы, закончил речь предупреждением: запасным голкипером в заявку нашей команды включена буфетчица «Оби» Даша.

От имени чилийцев с галантным протестом выступил правый защитник Хорхе Вилья. Он заявил, что, если «сеньорита Дашья» станет в ворота, чилийцы заведомо проиграют, ибо вместо града мячей будут осыпать красивую сеньориту градом комплиментов.

Капитан Купри великодушно принял протест и объявил международную встречу по футболу Чили — СССР открытой. На поле сразу же ринулись футболисты, застрочили кинокамеры.

— Спешите запечатлеть наши незабываемые лица! — взывал центрфорвард Гена Арнаутов. — Выбирайте ракурс! Я мужественнее всего выгляжу в профиль!

Главный судья Дима Шахвердов прогнал болельщиков с поля, дал свисток, и игра началась. И как началась! Чуть ли не превратившиеся в сосульки футболисты с такой прытью забегали по полю, что из гальки посыпались искры. Поначалу игрой овладели чилийцы. Будучи яркими представителями латиноамериканского футбола, они неистово любили мяч и ни за что не желали с ним расставаться. Каждый чилиец, овладев мячом, считал священным долгом обвести всех противников, сделать самому себе пас пяткой, коленкой и головой и в падении ударить по воротам. Особенно отличался левый крайний Алексис Заморано. Его финты заставляли болельщиков стонать от восторга, а удары были столь коварны, что лишь фантастические прыжки нашего несравненного вратаря, радиста из Мирного Бориса Жомова, спасали команду от верных голов.

Но вот игра выровнялась. Обнаружилось, что в скорости наши футболисты превосходят чилийцев, особенно Женя Славнов, бортмеханик полярной авиации. Скорость, с которой он перемещался по полю, потрясала воображение (после матча Женя признался, что забыл надеть тёплое бельё и спасался от простуды). После одного великолепного рывка он оставил позади себя защитников, вышел один на один и ударил по мячу с такой силой, что выползший на берег тюлень был буквально выброшен обратно в море.

Спустя минуту тактическая зрелость нашей команды проявилась в игре в одно касание. Повар Ваня Волокитин дал пас Славнову, Славнов — Арнаутову, Арнаутов блестящим финтом ушёл от Хорхе Вилья, замахнулся и мощным ударом ноги вырыл из поля не меньше двух пудов гальки. Дирижёр болельщиков Валерий Фисенко взмахнул рукой, и стадион дружно рявкнул:

— Ма-зи-ла!

Пока «мазила» растирал ушибленную ногу, игроки обеих команд с гиканьем и свистом понеслись спасать мяч, улетевший в море. Спасли. Игра возобновилась. Первый тайм ничья: 0: 0.

В перерыве к нашим болельщикам пришло с «Оби» подкрепление. Ребята рассказали, что первый помощник капитана Ткачёв в бинокль наблюдает за матчем и ведёт репортаж по судовой трансляции. Кроме того, старпом Сергей Алексеевич велел передать, что в случае поражения вся футбольная команда будет до конца рейса чистить картошку на камбузе. Поэтому второй тайм начался такими атаками наших футболистов, что чилийский вратарь прыгал, как кузнечик, вытаскивая самые безнадёжные мячи. И лишь два раза его мастерство оказалось бессильным.

Сначала Ваня Волокитин, прорвавшись по центру, редким по красоте ударом вбил в сетку ворот зеваку-пингвина. Гол не засчитали, так как судья решил, что Ваня был в офсайде. Судью освистали.

Зато второй гол стал украшением матча. Арнаутов, перед которым маячил огромный неначатый мешок картошки, яростно лез в самое пекло. И его усилия не пропали даром. Выбрав момент, когда сильнейшим порывом ветра чилийского вратаря выдуло из ворот, Гена точным ударом вогнал мяч в сетку. Боже, что творилось на стадионе!

— Гол забил Арнаутов — Советский Союз! Арнаутов — это антарктический Пеле! Гип-гип-ура замечательному бомбардиру!

От этих ликующих возгласов (автором которых, кстати говоря, был сам Арнаутов) все болельщики пришли в экстаз. А замечательный бомбардир, выгнув дугой грудь, гоголем прохаживался по полю и небрежно ронял;

— Автографы потом! Фисенко, отнеси мой лавровый венок на камбуз!

Этот гол так и остался единственным.

Несколько слов в заключение. Когда полтора месяца спустя «Обь» пришла в Ленинград, мы были весьма удивлены: среди многотысячной толпы встречающих не оказалось представителей футбольной общественности — ни Гранаткина с памятным кубком, ни Морозова, ни Гуляева, ни других корифеев, уверенно ведущих наш футбол от одной победы к другой.

— Лезь из кожи вон, забивай решающий гол, а тебе и букета цветов не преподнесут… — ворчал Арнаутов.

Его недоумение разделяли все участники и свидетели исторического матча Чили — СССР, вписавшего новую замечательную страницу в летопись антарктического футбола.

Антарктида осталась за кормой

За время долгого и утомительного плавания вдоль берегов континента я не раз представлял себе эту картину — как скрывается вдали Антарктида. Да и не я один: полярники, многие из которых не были дома уже полтора года, спали и видели во сне, как «Обь» берет курс на север.

Думать об этом было и радостно и грустно. Почему радостно, вряд ли стоит объяснять, а грустно потому, что полярник, расставаясь с Антарктидой, не знает, увидит ли он когда-нибудь вновь этот материк, в который вложил кусок своей жизни.

И когда «Обь» вышла в пролив Дрейка, десятки человек столпились на корме, чтобы пережить необычайно трогательный и волнующий момент исчезновения за горизонтом последней скалы ледового континента.

Увы! На прощание природа преподнесла нам два досаднейших сюрприза.

Представьте себе, что вы смотрите по телевизору хоккейный матч, и в самый напряжённый момент, когда у ворот дикая свалка, а шайба мечется, скачет как сумасшедшая от клюшки к клюшке, режиссёр передачи переключает картинку на экране, чтобы крупным планом показать очаровательную блондинку со вздёрнутым носиком. В другое время вы и сами, цокая языком от удовольствия, глазели бы на эту блондинку, но сейчас хватаетесь за голову и шлёте режиссёру исключительно сердечные пожелания, форма которых зависит от состава сидящих рядом с вами зрителей.