Ф. М. Достоевский. Новые материалы и исследования - Коган Галина Фридмановна - Страница 191

191

В 1865 г. Крамской исполнил графический портрет Померанцева[1646].

Художники, знавшие Померанцева в Нижнем Новгороде, где он поселился по окончании Академии художеств, вспоминают:

"Из его немногих рассказов можно было понять, что он был вхож в петербургскую художественную артель, некоторые члены которой, как известно, вошли впоследствии в товарищество передвижных художественных выставок"[1647].

Картина "Праздник Рождества в Мертвом доме" хранилась долгие годы в Ленинградском музее Революции. В 1955 г. она была обнаружена Т. Г. Динесман и передана в Московский музей Ф. М. Достоевского.

III. Достоевский в документах III отделения

Долгие годы после каторги и ссылки петрашевцы находились под тайным наблюдением правительства[1648]. Достоевского не спасло и офицерское звание, полученное им в Семипалатинске. В это время надзор над ним производился двумя ведомствами: военным и гражданским. Гражданский надзор особенно усилился, когда Достоевскому было разрешено "иметь жительство в Петербурге". В 1860-е годы III Отделением "о литераторе Достоевском" заводились дела и тогда, когда он покидал Россию. Унизительность своего поднадзорного положения писатель более всего ощущал каждый раз при обращении в полицию с просьбой о разрешении выезда из столицы. Впервые он обратился с подобной просьбой в мае 1862 г. Переписка Достоевского по этому делу, по справкам Министерства внутренних дел, была "утрачена во время пожара, бывшего в здании Министерства"[1649].

Но о первой поездке Достоевского за границу в архиве III Отделения сохранились документы, свидетельствующие о том, что и вдали от России он не оставался свободным от надзора. По донесениям агентов, следивших за домом Герцена в Лондоне, Достоевский "свел там дружбу с изгнанником Герценом и Бакуниным"[1650]. На основании этих донесений имя его было внесено в список "лиц, заподозренных в сношениях с изгнанником Герценом", причем Достоевский был отнесен шефом жандармов В. А. Долгоруковым к категории тех лиц, которые посещали Герцена не из простого любопытства, а участвовали "более или менее в преступных его намерениях"[1651]. Как известно, Герцен, получивший через польских корреспондентов этот "лист имен <…> которых по возвращении будут задерживать"[1652], опубликовал его в "Колоколе"[1653]. Но об аресте Достоевского (как обычно отмечали биографы) в делах III Отделения документов не оказалось! Было "предложено при возвращении его из-за границы осмотреть его бумаги и книги", "в случае открытия <…> запрещенных книг, газет или подозрительных писем немедленно отобрать оные и препроводить в III Отделение"[1654].

Достоевский еще находился за границей, когда, следуя этому приказу, разосланному всем таможням, петербургская таможня 13 июня 1862 г. перехватила пакет, адресованный неизвестным лицом в журнал "Время" М. М. Достоевскому "для передачи писателю Ф. М. Достоевскому". 16 июня в III Отделение был вызван М. М. Достоевский, при котором и был вскрыт пакет с рукописью "Дело земского ярыжки с приписью". Он объяснил, что рукопись могла быть прислана ему для публикации в журнале "Время" не известным ему чиновником Загребаевым, от которого он недавно получил письмо с просьбой напечатать эту рукопись, "сколько можно судить по слогу этого письма, я не думаю, что рукопись эта могла быть напечатана". Показать письмо чиновника М. М. Достоевский отказался, сказав, что затерял его. Рукопись (279 страниц) осталась в III Отделении[1655]. Она находится в деле "О революционном духе народа в России и о распространении по сему случаю возмутительных воззваний, ч. 82, о литераторе Федоре Достоевском".

Как известно, под № 230 в III Отделении были заведены дела специальной следственной комиссии, созданной в июне 1862 г. (одновременно с комиссией, выявлявшей участников пожаров) для расследования источников и путей распространения прокламаций и других революционных изданий. Братья Достоевские были известны этой комиссии еще в июне 1862 г. в связи с непропущенными цензурой статьями о пожарах (ч. 2 и 10).

Когда через год, в 1863 г., Достоевский вновь обратился в III Отделение с просьбой о выдаче ему заграничного паспорта, чиновники не могли разобраться:

"который это Достоевский? — тот ли, который был сослан по делу Петрашевского, или бывший издатель газеты "Время"?"

При наведении справок было дано "уточнение": "Федор Достоевский, причастный к делу Петрашевского", и замечено, что из всех лиц, "осужденных по делу Петрашевского, кроме Достоевского, был увольняем за границу для сопровождения больной жены прапорщик Европеус"[1656]. С просьбами о выдаче ему заграничного паспорта "для поправления расстроенного здоровья" Достоевский должен был обращаться к петербургскому генерал-губернатору.

В 1860-е годы эту должность исполнял А. А. Суворов, известный в кругах революционно настроенной интеллигенции как человек, способствовавший облегчению судьбы М. Л. Михайлова и других участников революционного движения. "Отстоял Суворов", — писал о нем в письмах к друзьям Герцен, рассказывая о действиях петербургского генерал-губернатора в дни студенческих волнений[1657]. Суворов же предупредил Достоевского, уверенного в возвращении ему всех гражданских прав после освобождения из острога, что он находится под надзором полиции[1658]. Доклады Суворова о просьбе Достоевского по поводу отъезда за границу написаны с сочувствием к "самому отчаянному и безвыходному положению писателя", "страдающего припадками падучей болезни". И возможно, не без содействия Суворова Достоевский получал заграничные паспорта в 1862, 1863, 1864 (в то лето, имея разрешение, не выехал за границу в связи с болезнью брата) и в 1865 гг. Такое разрешение было выдано ему и в 1867 г. Петербургский градоначальник Ф. Ф. Трепов, "испрашивая разрешение" для выезда Достоевского за границу, писал шефу жандармов Н. В. Мезенцеву: "Достоевский, находясь в 1859 г. под секретным полицейским надзором в течение 5 лет по болезненному своему состоянию ежегодно получал заграничные паспорта по сношению бывшего военного генерал-губернатора с 111 Отделением собственной его величества канцелярии, имея в виду, что Достоевский и ныне ходатайствует о дозволении отправиться за границу по случаю одержащей его падучей болезни, удостоверенной врачами и служившей и прежде основанием к вышесказанным разрешениям, а равно и то, что во все время нахождения его под надзором полиции он оказывался поведения одобрительного, он, генерал-адъютант Трепов, не встречает со своей стороны никакого препятствия к удовлетворению сего ходатайства".

Интересна переписка чиновников III Отделения на этом письме:

"Кто он такой?" — спрашивает адресат Трепова (очевидно Мезенцев).

вернуться

1646

И. Н. Крамской. Каталог выставки к столетию со дня рождения. — М.-Л., 1937. — С. 56.

вернуться

1647

Богородский Ф. С. Нижегородские художники // Искусство. — 1963. — № 11. — С. 64-65.

См. также: Кондаков Н. Список русских художников к юбилейному справочнику имп. Академии художеств. — Т. II. — СПб., 1914. — С. 150:

"Константин Петрович Померанцев. Род 1835. Вольноприходящий ученик Академии художеств с 1850 по 1863 г. Получены медали в 1855, 1856, 1857, 1858 гг. В 1863 — звание художника по живописи исторической с правом на чин XIV кл.".

вернуться

1648

Донесения по делу о Буташевиче-Петрашевском и его товарищах. По разысканию Липранди и донесениям Антонелли о Буташевиче-Петрашевском и его сотоварищах // ЦГАОР. — Ф. III Отд. — Д. 214.

Материалы этого дела дают представление о дальнейшей судьбе каждого из петрашевцев. Однако они никогда не публиковались полностью. Исследователями привлекались из него лишь документы, связанные с процессом по делу петрашевцев (см. Щеголев П. Е. Петрашевцы. — М., 1928; Бельчиков Н. Ф. Достоевский в процессе петрашевцев. — М.: Наука, 1971, и др.). Часть 13-я этого "дела" "Об инженер-поручике Достоевском", начатая 22 апреля 1849 г. предписанием об аресте Достоевского, содержит материалы о нем до 1880 г. и дает представление о сведениях о Достоевском, имевшихся в документах III Отделения. До сих пор в сообщениях о надзоре за Достоевским были использованы лишь дела Новгородского и Тверского архивов. Неполная копия "дела" 214 хранится также в ЛБ ("Копии бумаг, относящихся к делу Буташевича-Петрашевского и его сотоварищей (ч. 13, № 214, дело инженер-поручика Ф. М. Достоевского), сняты А. Г. Достоевской в июле 1898 г., с разрешения начальника архива III (бывшего) Отделения собственной его императорского величества канцелярии. 47 бумаг") — ф. 93.I.42. Впервые некоторые документы из этого дела были сообщены И. С. Зильберштейном в кн.: История одной вражды. Переписка Достоевского и Тургенева. — Л.: Academia, 1928. — С. 57-59, 116-117.

вернуться

1649

ЦГИАЛ. — Ф. 1286. — Оп. 24. — 1863. — Д. 127. — Л. 6.

вернуться

1650

ЦГАОР. — Ф. III Отд. — 1 эксп. — Д. 230. "О революционном духе народа в России и о распространении по сему случаю возмутительных воззваний". — Ч. 82, "О литераторе Федоре Достоевском".

вернуться

1651

Герцен. — Т. XVI. — С. 427.

вернуться

1652

Письмо Герцена к В. В. Стасову 28 июля/9 августа 1862 г. — Там же. — Т. XXVII. — Кн. 1. — С. 250.

вернуться

1653

Там же. — Т. XVI. — С. 229.

вернуться

1654

ЦГАОР. — Ф. III. Отд. — 1 эксп. — Д. 230. — Ч. 82. — Л. 2.

вернуться

1655

В рукописи описывается быт петербургских канцелярий, главное действующее лицо — "маленький человек" Иван Иванович Мародеров, читатель журнала "Время"; дано множество ссылок на повесть Достоевского "Двойник".

вернуться

1656

ЦГАОР. — Ф. III Отд. — Д. 214. — Ч. 13. — Л. 67.

вернуться

1657

Письмо Герцена к сыну 2 октября 1864 г. // Герцен. — Т. XXIII. — Кн. 2. — С. 514.

вернуться

1658

Письма. — I. — С. 222, 406.

Ходатайство Суворова о разрешении Достоевскому выезда за границу впервые опубликовано И. С. Зильберштейном в кн.: История одной вражды. Переписка Достоевского и Тургенева. — С. 57-59.