Суд над Танталусом - Сапарин Виктор Степанович - Страница 35

Действительно, предмет, издали похожий на бочку, при приближении к нему утратил это сходство. Теперь он напоминал скорее шляпку гигантского гриба, плавающую на воде.

Но когда Варгаш, подплывая вплотную, хотел хлопнуть ладонью, как это делают пловцы, достигшие финиша, «гриб» вдруг метнулся в сторону и, бурля воду, исчез, оставив расходящиеся круги.

— Это был жук! — воскликнул Варгаш. — Тот самый, чьих клешней мы должны опасаться.

— Куда же плыть? Нам нужен берег.

Свет возник вдруг далеко впереди. Он осветил дерево, ветви, закрученные штопором; желтые огоньки пробежали по ним — и все погасло.

— Костер?!

Через минуту свет снова появился, но уже в другом месте.

— Он движется?

При следующей вспышке дерево переместилось еще дальше.

— Не может же дерево шагать по берегу…

— Значит, двигаемся мы!

— Нас несет течением.

Венерианская ночь со светящимися, точно фосфоресцирующими облаками хуже самой темной земной ночи. Небо сливалось с отражавшей его водой. Возникал какой-то слепящий туман. Наконец слева от себя пловцы увидели островок с одиноким деревом.

Они взяли курс на него.

— Видите, мелькают какие-то тени?

— Одна похожа на тавтолона.

— Эти животные не умеют разводить костров.

— Посветите получше!

При свете фонарей неясные блики, бегающие по стволу и ветвям одинокого дерева, померкли. Но зато ясно вырисовывалась огромная туша тавтолона. Он наполовину вылез из воды. Вытянутая шея лежала на песке, словно животное спало.

— Видите? — возбужденно сказал Варгаш, хватая Горина за руку, когда оба достигли твердого песчаного дна и встали рядом.

— Вижу. Это дротик! А вот и второй…

Из туловища тавтолона торчало несколько тонких, похожих на камышины палок.

— Значит, спугнутый и раненный, он пришел сюда умирать.

— Выходит, версия Нгарробы подтвердилась.

— Тавтолоны ненумерованные. Не берусь судить категорически.

— А где тени? Те, что двигались?

— Посмотрите-ка внимательнее.

Горин взглянул на силуэт тавтолона, вырисовывающийся на фоне мерцающего света, и ему показалось, что животное шевелится.

— Это от костра. Обман зрения.

Оба разведчика вышли на берег. У подножия одинокого дерева тлел потухавший костер. Язычки пламени бегали по сложенным поленьям, иногда какое-нибудь из них вспыхивало, и тогда все дерево освещалось на короткий миг от подножия до макушки.

Варгаш подошел к костру и вдруг бесцеремонно засунул руку в перчатке в самое «пекло. Горин не успел ничего вымолвить, а следопыт размахивал перед его носом пылающей головней.

— Никакой это не костер! — объявил он. — Возьмите в руку.

Горин осторожно коснулся пальцами головешки и не ощутил тепла. Тогда он смелее схватил пылающее полено.

Оно светилось холодным фосфорическим светом. Даже сейчас, держа кусок дерева в руках, Горин с трудом убеждал себя, что полено не горит. Он размахнулся и бросил его в сторону. Полено полетело, вращаясь и, как показалось обоим, разбрасывая искры. Тотчас же раздался крик и всплеск воды, затем все стихло.

— Гм, — пробормотал озадаченный Варгаш. — Такое впечатление, что на острове не только тени.

Они стали обследовать островок. Пустой пляжик, небольшой холм, на нем дерево, под ним фосфоресцирующие венерианские гнилушки.

— И все-таки это костер! — торжествующе воскликнул Варгаш. — Смотрите!

Он рылся в груде светящихся кусков дерева, блики бегали по всему его телу. Его малиновый скафандр тоже приобрел способность светиться и пылал в темноте, как факел.

— Обломки не от этого дерева, — резюмировал Варгаш. — Никакой другой растительности на острове нет. Значит…

Хриплый крик прервал его слова.

— Вас зовут, — произнес вдруг Горин.

Звук повторился, и Варгашу тоже показалось, что он похож на что-то вроде:

— Ва-а-а-ртш!

— Лоо! — закричал Горин. — Лоо!

Он надавил подбородком клапан в шлеме, включающий микрофон для разговора вслух.

— Лоо! — повторил он.

В ответ послышался только слабый шелест ветра в ветвях дерева.

Потом плеснула вода у берега. Оба быстро повернулись в ту сторону. Овальное опрокинутое блюдо плыло, отталкиваясь лапами, как веслами, и блестя мокрой спиной.

— Опять этот жук…

— Он, оказывается, и кричит.

— И к тому же знает ваше имя.

Слабый свет озарил путешественников сзади. Голубые блики забегали по рукавам скафандров.

Обернувшись, они увидели Лоо, стоявшего позади них с головешками в руках.

— Лоо! Черт! — крикнул Варгаш.

— Вот так жук! — Горин принялся трясти Лоо за руку.

Лоо в свете ламп от шлемов землян лучился самой чистой радостью. Он отбросил ненужные сейчас головешки.

— Где ты прятался? Почему не вышел сразу? Кто похитил вибролет?

— Где люди, которые убили кулу?

Вопросы сыпались до тех пор, пока спрашивающие не сообразили, что Лоо с его запасом слов все равно не в состоянии ни понять, ни ответить им.

Первым опомнился Варгаш.

— Нет, Так нельзя. Давайте по порядку. Где ты был?

Лоо показал на озеро и произнес слово, означающее «вода».

— Так. Понятно. Что ты там делал?

— Глядел, — ответил Лоо.

— На кого?

— Ты, — пояснил Лоо и ткнул Варгаша рукой в грудь. — Ты, — Лоо показал на Горина.

— Он не сразу узнал нас, — догадался Горин. — Наши прожекторы оставляют человека в тени. Пока мы не осветили себя головешками, когда стали рыться в костре, Лоо не мог узнать нас.

— Хорошо. А кто устроил костер?

Варгаш подвел Лоо к светившимся гнилушкам и показал на них рукой.

— Лоо, — ответил юноша. Он гордо выпрямился. Чувствовалось, что он очень доволен.

— Зачем? — допытывался Варгаш.

Но Лоо только улыбался.

Оба с сожалением посмотрели на юношу.

— Вибролет? — спросил Варгаш. — Ж-ж… — И он зажужжал, замахав руками, словно крыльями.

Лицо Лоо стало жестким.

— Хц, — сказал он с оттенком негодования.

— Что значит «хц»?

— Может быть, «украл»? Он первый раз произносит это слово.

— Вряд ли в их языке есть такое понятие. Скорее, «взял» или «отнял».

— Хц, — повторил Лоо. И вдруг сморщил лицо, стал приседать и размахивать руками. Потом выпрямился, гордо уставился в небо и так забарабанил кулаком по грудной клетке, что она загудела.

Что— то знакомое промелькнуло в сморщенном лице Лоо.

— Узнаете? Он представляет того типа, чей труп мы нашли в вибролете, — сообразил Горин. — Значит, Хц — имя.

— Но каким образом вибролет очутился у него?

Оба выжидающе смотрели на Лоо.

Юноша начал топтаться на месте, вминая в рыхлый песок свои ступни с перепонками. Он сам хотел бы сейчас рассказать все.

В его голове проносились картины недавних событий. Поход в зарослях. Он кружит над лесом, в то время как люди пробираются внизу. Потом привал на какой-то странной поляне: ее покрывала трава красного цвета. Хц рвал траву, подносил людям к носу, те, оттопырив клапаны, жадно вдыхали. Постепенно они приходили в возбужденное состояние, начали ссориться. Лоо пытался уговорить людей покинуть нехорошее место. Он хотел скорее вывести их к воде. Но его попросту отпихивали, если он оказывался у спорящих на дороге.

Хц повелительным жестом, словно он был по-прежнему вождем, приказал Лоо показать ему летающее яйцо. И Лоо, на которого вдруг напало необъяснимое легкомыслие, с какой-то непонятной торопливостью подчинился. Он помог Хц усесться в кресле и нажал рукой рычаг «Внимание» — единственный рычаг, которым Лоо умел пользоваться. В следующий момент Хц вместе с аппаратом поднялся в воздух. Лоо запомнил его торжествующую и испуганную гримасу. Хц, наверное, сам не понял, как это произошло.

Потом Лоо почувствовал, что грудь его словно наливается чем-то теплым и бурлящим. Он шагнул вперед, оттолкнул оказавшегося поблизости Быра и стал возбужденно выкрикивать. Что кричал, он потом не мог вспомнить. Очнулся на траве. Ветер обдувал его лицо. Люди с зевотой поднимались на ноги, мрачные, вялые, недовольные. Когда ветер донес запах травы, Лоо почувствовал, что он сейчас вывернется наизнанку. Вероятно, нечто подобное ощутили и другие, потому что многие захлопнули клапаны ноздрей, и все дружно пошли за Лоо, когда он повел их прочь.