Последняя империя. Книга первая - Сартинов Евгений Петрович - Страница 46

Не могли помочь и самолеты военно-морских сил. За неделю до этого авианосец США «Авраам Линкольн» был выведен из Средиземного моря и направлялся на плановый ремонт. Чтобы хоть как-то компенсировать этот пробел Англия направила в Адриатику свой лучший авианосец «Инвизибл». Но самолеты вертикального взлета «Харриер» не шли ни в какое сравнение с «Мигами» и «Сухими» сербов, их сбивали каждый день. Счет погибших натовских служак пошел на сотни, и поток гробов вызвал шок в давно отвыкших от подобного странах Европы и даже в самой Америке.

Сотни тысяч албанских беженцев, хлынув через границы, вызвали самую настоящую катастрофу. В разгар зимы было невозможно расселить, обогреть и накормить этих людей. Чтобы хоть как-то решить проблему, Македония начала пропускать толпы беженцев через свои границы дальше на запад. Ее примеру последовали Болгария и Румыния. Самолеты и поезда были переполнены черноглазыми и темноволосыми женщинами, стариками и детьми. Прозрачные границы сыграли плохую шутку со странами Европейского союза. Прежде чем развитые страны догадались перекрыть границы, в их государствах оказались тысячи новых жителей, пополнивших число попрошаек, мелких воришек и низкооплачиваемых рабочих, не гнушавшихся самой тяжелой и грязной работой.

Через неделю кровопролитных боев натовское начальство скрепя сердце отдало приказ своим войскам покинуть Косово.

— Такая война нам невыгодна, это что-то больше похожее на Вьетнам, — объяснял командующий войсками сил НАТО в Европе генерал Шлиман главам стран большой семерки. — Мы отступим за границу Югославии и вернемся к плановым бомбежкам Белграда и остальных городов. Именно эта тактика принесла успех в девяносто девятом году.

— Но не забывайте, что у сербов теперь есть С-400, я больше не пошлю своих пилотов на явную смерть, — заявил премьер-министр Англии Стоквуд.

— Мы уже уничтожили как минимум три эти установки, в ближайшие дни надеемся покончить и с остальными. Кроме того запасы ракет для них у сербов ограничены, а полная блокада страны исключает пополнение ими извне.

— Делайте хоть что-нибудь, у нас уже тридцать пять тысяч этих грязных мусульман, — раздраженно заметил канцлер ФРГ Шнейдер. — Мне хватает проблем и с курдами.

— Если война будет продолжаться еще хотя бы неделю, то Италия выйдет из числа занятых в боевых действиях и откажет в предоставлении своих баз, — нервным тоном заявил премьер-министр Италии Джузеппе Андрентини.

Все остальные прекрасно знали, что в основе этого решения стояли обычные парламентские выборы. Взрыв боеприпасов в Брундизи имел одно неприятное последствие. Вместе со всеми в складах взорвались бомбы со слабообогащенным ураном. Радиоактивное заражение было не столь уж большим, но левые и зеленые построили на этом всю предвыборную агитацию, и христианские демократы стремительно летели вниз со всех рейтинговых высот. Апдайк попробовал было усовестить своего коллегу:

— Джузеппе, половина конгресса мечтает отправить меня в отставку за эту войну, но я думаю не о своей шкуре, а прежде всего о сохранности демократических ценностей.

— Я не думаю, что вы будете рады, если у нас на Апениннах к власти придут коммунисты, — язвительно отозвался итальянец.

— Вы как хотите, но я уже отозвал своих парней из войск КЕЙФОР, — как бы между прочим заметил президент Франции Лемьер.

— Французы еще со времен вашего носатого генерала всегда балансировали на грани предательства, — язвительно заметил Стоквуд. Эта фраза оказалась самой неудачной из всего разговора. Жак Лемьер также имел своеобразное строение носа, не такое выдающееся как у Де Голля, но весьма заметное. Тысячелетние непростые отношения двух стран взорвались очередным конфликтом. Сердито засопев, француз сфонтанировал яркой и темпераментной речью:

— Я тоже знаю, что со времен безносого бульдога Черчилля вы мечтаете видеть Францию на побегушках у вашей дырявой Империи. Этого не будет никогда. Франция отзывает всех своих представителей из органов НАТО. Мы в силах постоять за себя сами, и ни один солдат другой страны больше не ступит на территорию Пятой республики.

Сказав это, Лемьер поднялся, сухо откланялся и покинул зал заседаний.

Апдайк, как раз вытащивший из кармана свою очередную сигару, наблюдал за исходом французского премьера до самой двери. Когда она закрылась, он вздохнул и с гримасой презрения заявил:

— Ну что ж, значит, лягушатники не в счет. Я чувствую, что моей стране опять придется нести груз за весь демократический мир...

Он не успел докончить эту фразу, как подошедший с взволнованным лицом Гарри Линч, нагнувшись, шепнул что-то на ухо своему президенту. Апдайк резко изменился в лице и, разведя руками, объявил:

— Господа, я вынужден срочно вас покинуть. Только что Китай начал операцию по высадке десанта на Тайвань.

Главы государств с явным сочувствием посмотрели на американского президента. Третий военный конфликт был обременительной тяжестью даже для такого государства-монстра, как США.

Но Апдайк мог бы и не спешить. Тайвань был захвачен почти бескровно. Китайские спецслужбы давно прикормили на острове грандиозную по размеру «пятую колонну». Два самолета F-16 и десяток солдат, охранявших резиденцию главы правительства, — вот и все, кто оказал сопротивление десанту. Многотысячные толпы народа восторженно встречали входившие в Тайбей войска. Подобного не ожидали даже сами китайцы.

ЭПИЗОД 39

Звонок в дверь разбудил Майкла Андерсена в десятом часу дня. Открыв глаза и оглядевшись по сторонам, он убедился, что спит, сидя в кресле, с пустым бокалам на коленях. Звонок снова выдал тревожную, так раздражавшую в свое время Мари, трель. Майкл все собирался сменить его, но за суетой повседневных дел так и не успел. Он нехотя поднялся, машинальным жестом нахлобучил на голову бейсболку и пошел в прихожую. На крыльце стоял среднего роста седовласый мужчина с приятным, располагающим лицом.

— Вы Майкл Андерсен? — спросил незнакомец.

— Да, я.

— Меня зовут Джон Марч, я к вам по объявлению.

— По какому объявлению?