Загадка новой ученицы - Данешвари Гитти - Страница 15

15

– Только если ты готова к тому, что все возненавидят тебя из-за испорченного концерта, – откликнулась Робекка, подталкивая Венеру в бок, побуждая что-то сказать.

– Я считаю, тебе не следует ни с кем делиться этой информацией, – решительно сказала Венера. – В конце концов, лошадь принадлежит директрисе Бладгуд. Ты же знаешь, как все здесь по ней скучают.

– Принято к сведению, – кивнула Рошель, глядя, как Оперетта поднимается на маленькую красную сцену, установленную в углу «Пожиральни». Несмотря на то что эту конструкцию соорудили только прошлой ночью, с нее уже свисали шелковистые нити паутины.

– Эй, мальчики и девочки! Хотя мне бы очень хотелось исполнить песню «Верните раскрутецкую нашу директрису, нормалы», но я не могу, – сказала Оперетта, имея в виду свою способность повергать слушателей в безумие одним своим голосом.

Затем девушка с сиреневой кожей нажала клавишу «Воспроизвести» на переносном аудиоцентре, заранее поставленном на сцену, и заиграла на гитаре.

– «В нашей школе она – сердце и душа, она просто звезда, она мегакрута», – пела под заблаговременно записанную фонограмму Оперетта.

– А голос у нее и правда приятный, – пробормотала Робекка.

– И на гитаре играет tres[32] талантливо, – добавила Рошель.

– «Так верните раскрутецкую нашу директрису, нормалы!»

– Посмотрите на лица окружающих, песня им ужасно нравится, – сказала Венера, заметив, что глаза всех присутствующих заволокло мечтательной дымкой.

– Спасибо, спасибо большое! – выкрикивала Оперетта, допев песню. – А теперь, прошу прощения, мне пора съесть подрумяненный бутерброд с арахисовым маслом и бананом.

– Мне не хватает директрисы Бладгуд, – прорыдала Фрэнки, размазывая слезы по нежно-зеленым щекам.

– Мне тоже, – с чувством пробормотала Дракулаура, обнимая Фрэнки.

– У меня такое чувство, будто мое сердце проглотила акула, – проговорила Лагуна, качая головой. – Лучше бы нынешняя ситуация изменилась, потому что мы нуждаемся в директрисе Бладгуд. Она нужна нам, чтобы прекратить всю эту чушь со стеной. Я хочу сказать, разве нормалы не понимают, что морские обитатели не могут жить взаперти на земле?

– Эта песня была бы намного лучше, если бы ее спела я. Я ведь замекошчательная певица, – похвасталась Торалей, сидевшая под руку с Клео.

– Замекошчательная? Уж скорее ужаснокошная, – поддела ее мумия.

– Я не позволю им тебя забрать! – воскликнул Худьюд, с разбегу обнимая Фрэнки.

– Спасибо, Худьюд, – пробормотала Фрэнки. – Но что ты будешь делать, если нас всех здесь запрут?

– Предполагаю, что это против всех твоих принципов, Рошель, но я думаю, нам нужно пойти на чердак, даже если мы из-за этого опоздаем на урок. Нужно выяснить, что написано в остальных бумагах. Нужно докопаться до сути, узнать, что замышляют мисс Подлетыш и ее сообщники, – сказала Венера. – Мы нужны Школе монстров.

– Действительно, ты права: опоздать на урок – это идет вразрез со всем, во что я верю. Что же до лошади в Пожиральне, я чувствую, что ввиду смягчающих обстоятельств можно сделать исключение, – торжественно ответила Рошель.

– Полагаю, это значит, что мы идем на чердак… снова, – нервно пробормотала Робекка.

Трио направилось к выходу из «Пожиральни».

Глава девятая

Когда прозвенел звонок, означающий конец обеда, Робекка, Рошель и Венера украдкой двинулись к лестнице на чердак. Девушки медленно поднимались по холодным каменным ступеням, все еще вспоминая страх в глазах одноклассников. Каждая втихомолку надеялась, что Вайдоны нет дома. Потому что в противном случае они совершенно не представляли, что делать дальше.

Рошель прорезала паутину, просунула в дыру голову и спустя несколько секунд высунулась обратно с улыбкой от уха до уха. Вздохнув с облегчением, Венера и Робекка быстро последовали за подружкой в необыкновенную комнатку. Девушки снова восхитились мастерством Вайдоны, несколько секунд рассматривая изящные кружевные вещи, разбросанные вокруг.

– Вперед, – поторопила остальных Венера, – возможно, у нас мало времени.

Потом девушка с зеленоватой кожей осторожно заправила виноградные лозы в рукава, приподняла ковер и принялась ощупывать деревянный пол в поисках поднимающейся доски.

– Нашла, – воскликнула она через несколько секунд, поднимая доску.

– Не понимаю, – пролепетала Робекка, уставившись в тайник.

– Я тоже, – пробормотала Венера, вытаскивая единственный лист бумаги. – В прошлый раз здесь было не меньше шести-семи страниц.

– Evidemment[33], она успела их перепрятать или выбросить, – ответила Рошель, наклоняясь и заглядывая в маленький темный тайник. – Бу-ля-ля, глазам своим не верю.

– Тогда дай нам посмотреть! – пискнула Робекка.

Рошель вытащила из щели в доске обрывок ткани кораллового цвета и показала его Венере и Робекке.

– Разорванное платье мисс Подлетыш, – пробормотала Венера. – Какой-то нормал пытался ее похитить, как же! Она порвала платье здесь, а потом выдумала историю с похищением!

– Я думаю, этот тайник здесь не для того, чтобы что-то прятать, это что-то вроде почтового ящика. Вайдона и мисс Подлетыш обмениваются информацией, оставляя здесь послания, – пояснила Рошель и тут же случайно разорвала клочок ткани острыми когтями.

– Но зачем оставлять друг другу записки, если можно просто спокойно поговорить лицом к лицу? – поразилась Робекка.

– Личная встреча всегда сопряжена с определенной долей риска. Их могли подслушать или увидеть вместе. К тому же у них разный график, – пояснила Рошель, а Венера наклонилась и схватила лист бумаги.

– «Встреча состоится в четверг, в 12.01 ночи за густой рощей меховых деревьев. Следи за нами внимательно», – прочитала Венера вслух.

– Следи за нами? – повторила Рошель. – Это подразумевает, что кто бы ни написал это письмо, он тоже будет ждать встречи. Иначе он или она просто написал бы «следи за ними».

– Батюшки! И какие у нас соображения? Зачем нужна эта встреча? – нервно пробулькала Робекка.

– Не знаю, но завтра ночью в 12.01 мы это выясним, – ответила Венера.

– Так, девушки, давайте уйдем отсюда, пока она не вернулась, – сказала Рошель, направляясь к двери. – Если поторопимся, еще можем успеть на домогадство вовремя.

После домогадства и оставшихся уроков подружки наскоро перекусили в Пожиральне и пошли обратно в Покои Крови и Моркови. Хотя все трое радовались, что наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки, они не могли дождаться, когда же закончатся следующие двадцать четыре часа.

– Венера, в последнее время я много думала о Чюли, – сказала Рошель, забираясь в кровать.

– Я рада, что кто-то наконец-то понял, как цветуще прекрасен мой растительный человечек, – откликнулась Венера, поливая своего питомца водой и подмигивая.

– Я думаю, нам стоит отправить его к знакомому Ки, который проверяет зрение. Пара очков помогла бы Чюли отличать еду от друзей. Точнее, отличать еду от Ру и Пенни, – с улыбкой закончила Рошель, пребывая в твердой уверенности, что идея будет полезна для всех заинтересованных сторон.

– Рошель, Рошель, Рошель, – с надрывом повторила Венера, ставя на место лейку и пристально глядя на облаченную в пижаму подругу. – За свою жизнь Чюли пережил примерно восемь пар очков, четыре из которых точно были его.

– Je ne comprends pas[34]. Что значит «пережил»? – спросила Рошель.

– Думаю, Венера хочет сказать, что он их съел, – пояснила Робекка, укладывая мрачную Пенни с собой в кровать.

Солнце только-только взошло, когда Робекку разбудило шуршание бумаги, которую подсовывали под дверь Покоев Крови и Моркови. Девушка рывком села в кровати. Робекку внезапно охватило знакомое чувство, будто она куда-то опаздывает, из глаз у нее пошел пар, и она соскочила с постели. Однако медная девушка не успела еще толком проснуться и уронила свою механическую пингвиниху на пол. А поскольку Пенни была сделана из металла, раздался громкий звук падения, разбудивший Рошель и Венеру.

вернуться

32

Очень (фр.).

вернуться

33

Очевидно (фр.).

вернуться

34

Я не понимаю (фр.).