Камень третий. Дымчатый обсидиан - Макарова Ольга Андреевна - Страница 50

— Что заскучал, седой? — произнес богатый почти ласково, но в его тоне так и сквозили чувство собственного превосходства и привычка повелевать. Эдакий «хозяин жизни»; должно быть, вылитый Кроган в молодости…

— Устал просто… — неохотно отозвался Кангасск.

— Иди поговори со Святым отцом вперед меня, — радушно, с небрежной хозяйской щедростью разрешил воин.

Кан отказываться не стал: ибо избавиться от общества этого фанатичного вояки и вновь увидеть дневной свет ему хотелось как можно скорее. Вскоре он, следуя примеру своих предшественников, опустился на одно колено и приготовился слушать.

Как ни странно, Кроган молчал. Долго молчал.

— Кто ты? — хрипло произнес он и, резко выбросив вперед костлявую руку, схватил Кангасска за плечо. — Я чувствую тебя, но не вижу! Не вижу! — забормотал он взволнованно и вдруг, отпрянув, с ненавистью произнес: — Ты! Ты принес эту белую тьму с собой! Ты подобен исчадьям зла — изумрудным драконам, но ты… человек!.. Как возможно такое?!. Твой свет затмевает все. Я слеп в нем… Убирайся!!! — он сорвался на крик.

Богатый воин, что уступил Кангасску свою очередь, сгреб в охапку маленького ученика Крогана, что держал в руках его меч, и, бесцеремонно отобрав у мальчика оружие, потянул стальной клинок из ножен.

— Нет! — остановил его Кроган. Властный голос бывшего разбойника был все еще при нем. — В моем храме и в моем городе не прольется крови. Пусть идет. Проводите его к выходу и верните оружие.

Пробормотав что-то гневное, богатый с лязгом задвинул меч в ножны…

Уже наверху, с восторгом созерцая небо и солнце, Кан вспомнил жуткие зеленые огоньки его глаз. Даже не будь на них первого облика Лихта, выглядели бы не менее жутко и многообещающе.

«И чего я сюда пришел…» — усмехнулся про себя Кангасск. Бесшабашная самоуверенность, охватившая его в тот момент, ему совсем не нравилась: раньше, стоило ему вляпаться в какую-нибудь неприятную историю, он переживал неделю… сейчас же… все-таки тринадцать лет блужданий по чужим мирам не прошли даром…

Глава двадцать первая. Избранный берег

На руины Таммара спускалась ночь. Редкие огоньки Лихтов, вспыхивающие на разрушенных улицах, не могли противостоять ей и лишь немного рассеивали мрак. Горели и костры: вместе с тьмой пришел ночной холод.

Кангасск устроился на ночлег в четырех стенах без крыши — вместо нее было звездное небо. Костра он разводить не стал, благо добротная и чистая походная одежда и так позволяла сохранить тепло, да и с ужином возиться не хотелось: перекусил сухим пайком путешественника и попил воды из фляги — все на этом.

Из города его никто не гнал, потому, поразмыслив, Кан решил переночевать здесь, чтобы утром, уже на свежую голову, двигаться дальше. Куда двигаться, он пока что не представлял…

В пустом дверном проеме показался чужой Лихт, а затем из-за разбитого косяка выглянула любопытная голова.

— Вот ты где, Ученик миродержцев, — сказал знакомый женский голос, с неизменной марнсовской хрипотцой: это была Магда, охранница таммарских ворот.

— Что, выгоняете? — беззлобно ухмыльнулся Кан, разведя руками.

— Нет, что ты… — девушка улыбнулась и переступила порог. — Память миродержцев все еще свята в этих проклятых местах. Что бы ни говорил Святой Кроган, а она дороже его слов. Никто тебя не выгонит, Кангасск Дэлэмэр…

— Хорошо, — тихо рассмеялся Кан, — а то я уж думал, ты пришла объявлять меня изгнанником.

— Нет, — Магда покачала головой. — Просто хотела поговорить. Моя сестра Ия сменила меня на воротах, и у меня свободное время. Да и когда еще выдастся случай перекинуться парой слов с последним Учеником миродержцев? — она улыбнулась. — Можно присяду рядом?

— Конечно, — Кангасск подвинулся, освобождая место: сидел он на чудом сохранившейся деревянной крышке погреба, ибо дерево не тянет из человека тепло так, как камень.

Магда присела рядом. Девушка она была хрупкая и Кана не потеснила. Некоторое время молчали: трудновато сразу найти тему для разговора с человеком, которого видишь первый раз в жизни…

— Может костер разведем? — сказала наконец Магда. — А то холодно…

— Извини, хворосту не припас, — сказал Кан и, не долго думая, снял плащ и набросил его на плечи девушке. — Так лучше?

— Лучше, — согласилась она. — Только теперь ты замерзнешь…

— Я потерплю, — отмахнулся Кангасск.

— …Говорят, ты с Кайсаном не поладил? — спросила Магда, заглянув ему в лицо.

— Это кто? Богатый хмырь в храме? — беспечно отозвался Кан.

— Да…

— Ну да, не поладил, можно сказать… Не по нраву я чем-то пришелся вашему Святому отцу, а этот… Кайсан, да?.. воспринял это как личную обиду.

Магда вздохнула.

— Ты так беспечно говоришь об этом, — сказала она, кутаясь в плащ. — А на самом деле тут нет ничего смешного. Все очень даже серьезно.

— А кто он вообще, этот Кайсан? — спросил Кангасск, попутно запалив теплый Лихт и передав его девушке, чтобы та могла погреть руки.

— Спасибо, — обронила Магда. — А Кайсан… говорят, он заправляет половиной банд на бывшей Ничейной Земле… — она пожала плечами. — Богат, силен и с ума сходит от речей Святого Крогана.

— Это я заметил… — вставил слово Кангасск.

— Не знаю, зачем ему это, но он смотрит на Святого Крогана как на бога. Даже взял Таммар под свое покровительство. С тех пор тут относительно спокойно, но с таким покровителем мы живем как под занесенным мечом… никогда не знаешь, что взбредет Кайсану в голову.

— Это я заметил тоже… — добавил Кан, вспомнив вальяжную щедрость и самодовольный тон богатого.

— Зря ты поссорился с ним, Кангасск Дэлэмэр, — сокрушенно покачала головой Магда. — Миродержцев он не уважает, как и его учитель… из-за их сына… Так что, если Кайсан решит отомстить тебе, его ничто не остановит.

Кан пристально посмотрел ей в глаза. Черные, блестящие в свете Лихта… казалось, в них стояли слезы.

— Глаза у тебя замечательные, — весело отметил он. — И зови меня просто Кан.

— Хорошо… Кан… — вздохнула Магда. — Когда ты собираешься уходить из города?

— Завтра, наверное, с утра…

— Чем раньше, тем лучше… Вот, возьми это… — девушка сняла серебристый браслет со своего запястья и протянула его Кангасску. — Это знак Крогана. Те, кто носит этот браслет, считаются его последователями. Ни Кайсан, ни его люди не тронут тебя, если такой браслет будет на твоей руке.

— Спасибо, Магда, — Кан осторожно отстранил ее руку. — Но не надо мне кроганских браслетов. Тебе он больше пригодится.

— Что ты! — попыталась возразить девушка. — Марнадраккарцы после войны наперечет; никто и пальцем не посмеет меня тронуть.

— Все равно не надо, — мягко, но решительно отказался Кангасск.

Печально опустив плечи, Магда вновь защелкнула браслет на своем запястье. «Какая у нее тонкая рука, все таки… И как только браслет не падает?..» — с сочувствием подумал Кангасск.

— Что с твоей рукой? — вдруг спросила Магда, остановив взгляд на правой руке Кана, неподвижно лежащей поперек его бедра.

— Не двигается.

— Почему? Что случилось?..

Больше о Кайсане в этой ночи не прозвучало ни слова. А говорили много еще о чем. Кангасск поведал о том, как потерял руку, и главное — в бою с кем, и поразился: оказывается, Магда знала Милиана. Тринадцатилетний мальчик, прошедший с одним мечом почти всю Дикую Ничейную Землю, запомнился ей навсегда, как и те, кто был с ним…