Камень первый. Холодный обсидиан - Макарова Ольга Андреевна - Страница 67

Глава девятнадцатая. Дочь звезд

— Орион здесь! Орион здесь! Орион, сын звезд!.. — неслось по всем коридорам, по всем звуковым кристаллам, от одного Алого Стража к другому.

В Цитадели Влады никогда не было так шумно. Теперь все эти шаги и голоса уничтожили даже эхо.

Советник Айрин обернулась на крики, возвещающие о приходе того, кого здесь совершенно не ждали; алая пола плаща плеснула по воздуху от слишком резкого движения. Советники Юга носят алое, не покрывая этот яркий кричащий цвет серым, в отличие от простых магов.

В главном зале царил беспорядок. Айрин перешагнула через опрокинутую лампу и направилась навстречу Ориону. Но тот и не взглянул на нее, когда перешагнул порог зала.

— Где Астэр? — только и спросил он.

— Я велела отнести ее в спальню, мастер, — смиренно ответила Айрин. — Сейчас ее жизнь вне опасности, лучшие маги поддерживают ее…

— Что с ней?! — тон, которым этот вопрос задан, был страшен.

Айрин выдержала этот выпад бессмертного, но не без содрогания… «Совсем как Зонар,» — подумалось Кангасску…

— Яд, надо полагать, — спокойно ответила женщина, когда собралась с силами.

— Веди меня к ней! — коротко приказал Орион и тихо, почти шепотом добавил, обернувшись к своему тезке и Кангасску: — Пойдемте со мной…

Коридоры Цитадели были высоки и светлы, из окон можно открывался потрясающий вид на море. Если бы не всюду снующие Алые Стражники, Кангасск не преминул бы забраться на один из широких подоконников и провести на нем час-другой, поглощая пирожные и наслаждаясь видом. Но сейчас здесь пахло страхом, болью и недавней битвой; Кан и Орион-человек шли, оглядываясь по сторонам, каждый невольно положил ладонь на рукоять меча. Впереди них шагал Орион, сын звезд, следом за дамой в алом плаще. Отчего-то Кангасск не сомневался, что она заседает в Алом Совете. Том самом, о котором нелестно отзывалась Влада. И почему, случись какая-нибудь неприятность, тот или иной Совет оказывается замешан?..

— Она здесь, — алая дама указала на полуприкрытую дверь из светлого ореха, украшенную изображениями какой-то древней истории, которую Кангасск когда-то помнил, но теперь уже совсем забыл.

Орион на мгновение остановился перед дверью, словно эти нехитрые картинки и ему о чем-то напоминали. О чем-то, что оставило в душе бессмертного тяжелый след…

Сделав глубокий вдох, он толкнул дверь и вошел в комнату.

Гобелены, такой же тонкой работы, как в Серой Башне. Ночной столик с раскрытой книжкой и блокнотиком для записей. Кактус ночная красавица на окошке, решивший зацвесть именно в этот невеселый вечер…

Добрую треть комнаты занимала огромная кровать с балдахином, где на шелковом одеяле лежала больная. Кангасск не мог разглядеть Астэр из-за семерых человек окружавших ее. У всех были серые плащи, покрывавшие истинный алый цвет; пятеро из семи замерли и болезненно согнулись, как… доноры…

Меньше всего Кан ожидал увидеть здесь боевую магическую единицу в действии. Неужели все настолько серьезно?..

Маги медленно расступились, пропуская сына звезд. Орион, потомок Зиги и Кангасск Дэлэмэр тоже подошли.

Как же он говорил, когда Кан спрашивал его о Мералли?.. «Есть та, кого я люблю испокон веков…» Теперь, только теперь все стало понятно: Астэр принадлежала к детям звезд, так же, как и сам Орион.

Она была стройная и высокая. Пожалуй, даже выше Ориона, если поставить их рядом… Те же чудесные уши. Только пушистый мех, на голове уложенный в две косички, исчезающие за ушами, а на самих ушах аккуратно подстриженный — бел, как снег. Из-под полуприкрытых век видно, что большущие глаза дочери звезд небесно-голубого цвета. Как у спокойного Серега, наверное…

Астэр была прекрасна. И тем больнее видеть, как умирает такая красота. Как под чудесными глазами пролегают тени. Как бледнеет кожа и со щек исчезает последний румянец… У Кангасска все дрожало в груди и на глаза наворачивались слезы. Он опоздал. Он виноват. Никто больше. Это ему, Кангасску Дэлэмэру следовало сейчас лежать в беспамятстве и тихо умирать. Ему. А не Ей…

Никто не знает, чего стоило Ориону, сыну звезд взять себя в руки: секунду назад он болезненно, беззвучно вздрагивал, уткнувшись в холодную ладонь любимой; сидел на коленях перед ее кроватью, убитый горем. И вот он встал — и уже отдает команды, так, будто его лично все это не касается…

— Иди сюда, парень, — подозвал он Стражника, свободного от работающей семерки. — Что известно о яде?

— Ничего конкретного, — пожал плечами молодой маг. — Рана мистры Астэр поверхностна и незначительна. Мы предполагаем, что ядом был смазан клинок.

— Клинок нашли? — сухо осведомился Орион.

— Никак нет, мастер, — покачал головой маг. — А на клинках других воров яда нет, мы проверили.

— Кто-нибудь из этих воров остался жив?

— Один… то есть, одна… это девушка.

— Вы расспросили ее?

— Нет…

— Почему?!

— Но… Советник Айрин велела не тратить времени, а заняться поисками уцелевшего вора…

— Ясно… Кангасск! — окликнул его сын звезд; Кан вздрогнул от неожиданности. — Этот парень отведет тебя к девчонке. Расспроси ее. Если что, пусти в ход харуспекс, да все что угодно. Я должен знать, что это за яд!.. Пожалуйста, сделай это для меня… я должен остаться здесь. Чтобы не дать Астэр умереть…

— Конечно, Орион, — горячо произнес Кангасск, — я сделаю что смогу.

— Я с ним пойду, — сказал Орион-человек. Сын звезд кивнул.

Вдвоем они направились вслед за Стражником. Тот был молод и чем-то напоминал Кангасску Флавуса. То ли спокойным, не по годам мудрым взглядом, то ли своей наивной доброжелательностью. Неудивительно, что Кан проникся к нему симпатией.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Айнан Смальт, — ответил молодой Стражник. На перекрестке коридоров он остановился, задумавшись, потом решительно свернул налево. — Я просто студент, — добавил он застенчиво. — Нас всех подняли по тревоге… Странные дела творятся…

— Это точно, — согласился Кангасск. — Скажи, как все произошло?

— В Цитадель проникли воры, — начал объяснять Айнан. — Не знаю, как это им удалось. Там и охраны-то никто не держал, потому что проникнуть внутрь без разрешения кого-то из бессмертных или их приближенных невозможно… — студент задумчиво потер левое ухо. — В общем, кто-то из подмастерьев мистры Астэр воров заметил и поднял тревогу. Тут и началась резня. Четверо служителей Цитадели убиты, трое тяжело ранены, все воры, кроме той девчонки, убиты тоже. А мистра Астэр, видимо, проснулась от шума; она сражалась безоружной. Удивляюсь, что дело закончилось одной царапиной… если бы не яд…

— А что та воровка, которая осталась жива? — вступил в разговор второй Орион.

— Она не пострадала. Никакого сопротивления не оказала тоже, — Айнан пожал плечами. — Кажется, у нее шок.

Он остановился возле неприглядной двери (в кладовку, видимо), на которую совсем недавно навесили несуразно тяжелый магический замок.

— Ее здесь заперли, — сказал Стражник. Немного помедлив, он с сожалением произнес: — Она ничего так… симпатичная. А после этой выходки ей чистого неба теперь всю жизнь не видать…

— Открывай, — вздохнул Кангасск.

В кладовке было темно, где-то в уголке слышался тихий плач. Не сговариваясь, Кангасск и Айнан засветили по Лихту. Они вспыхнули в темноте, как два маленьких желтых солнышка; Кан, привыкший к прохладным Северным Лихтам, с удивлением заметил, что на Юге световой шар слегка жжет ладонь.