Эверест-82 - Рост Юрий - Страница 66

После этой несостоявшейся экспедиции мечты об организации восхождения на Эверест длительное время казались несбыточными.

Возможность организации и проведения гималайских экспедиций появилась после создания в 1974 г. по инициативе А. М. Боровикова Международного альпинистского лагеря на Памире. Деятельность этого и других международных лагерей, созданных позднее и возглавляемых М. В. Монастырским, позволила подготовить финансово-материальную основу, необходимую для организации и проведения гималайских экспедиций.

В последующие годы В. М. Абалакову и К. К. Кузьмину удалось поколебать отрицательное отношение руководства Спорткомитета к организации и проведению гималайских экспедиций, а М. И. Ануфрикову и Е. И. Тамму удалось добиться положительного решения о подготовке и проведении первой экспедиции.

Мы считали, что восхождение на Эверест может быть признано спортивным, если его результат будет оценен как вклад в развитие мирового высотного альпинизма, а не восхождение по простому или ранее пройденному маршруту.

Для достижения такой цели на Эвересте необходимо было решить ряд задач:

— выбрать маршрут восхождения, который ранее не был пройден и техническая сложность которого превосходила бы другие пройденные на Эверест маршруты;

— подготовить спортивный состав экспедиции, общефизическая, техническая и морально-волевая подготовка которого соответствовала бы требованиям, необходимым для прохождения выбранного маршрута; разработать тактический план восхождения, который с учетом сложности маршрута и подготовленности участников позволил бы добиться успеха;

— обеспечить участников восхождения необходимым снаряжением, обмундированием, кислородом, радиосвязью, питанием для достижения поставленной цели в экстремальных условиях, определяемых кислородной недостаточностью (давление воздуха на высоте свыше 8000 м. менее 270 мм рт. ст.), низкими температурами и сильными штормовыми ветрами;

— разработать календарный план проведения экспедиции, обеспечивающий в имеющихся временных рамках необходимую акклиматизацию участников, обработку маршрута восхождения и организацию промежуточных лагерей, до ставку необходимых для жизнедеятельности участников оборудования, снаряжения, кислорода, питания и других средств;

— осуществить восхождение на вершину Эвереста в соответствии с календарным планом.

При выборе вариантов восхождения тренерским советом экспедиции в декабре 1979 г. были установлены два ограничения: маршрут должен быть более сложным по сравнению с пройденными и соответствовать уровню развития советского высотного альпинизма, то есть возможность его прохождения должна быть очевидной.

Этим условиям удовлетворяли два варианта восхождения: по контрфорсу южного склона с выходом на юго восточный гребень; по контрфорсу юго-западного склона с выходом на западный гребень.

Техническая сложность второго варианта была очевидной даже для неспециалиста; средняя крутизна, крутизна отдельных взлетов и протяженность сложного скального рельефа (от 6500 до 8500 м.) здесь значительно больше.

Проведенная в апреле 1980 г. разведка Эвереста позволила визуально ознакомиться с предполагаемыми маршрутами восхождений и убедиться, что маршрут по контрфорсу юго-западного склона проходим при соответствующей подготовке и будет высоко оценен международной альпинистской общественностью.

Подготовка команды восходителей состояла из двух этапов. Первый — проведение конкурса для участия в экспедиции и отбор двойного спортивного состава. Второй — отработка технических решений восхождения, совершенствование общефизических качеств, опробование обмундирования, некоторых видов альпинистского снаряжения, кислородного оборудования, средств радиосвязи, продуктов литания и др.

В конкурсе на первом этапе из 10 республиканских и городских федераций альпинизма приняло участие около 150 альпинистов-высотников. После проведения отборочного сбора в январе 1980 г. состав кандидатов был уменьшен на три четверти.

В летнем отборочном сборе, проведенном в августе 1980 г. на базе Международного альпинистского лагеря «Памир-80», участвовало 39 альпинистов, в том числе одна женщина — Э. Насонова.

В состав экспедиции вне конкурса были включены В. Иванов, Е. Ильинский и Э. Мысловский, которые были назначены руководителями спортивных групп.

Тренерским советом были разработаны критерии, которые позволили оценить личные качества альпинистов.

Альпинистский высотный опыт оценивали: участием в чемпионатах СССР в высотном и высотно-техническом классах и занятыми местами; количеством совершенных высотных и высотно технических восхождений высшей категории трудности в период с 1978 по 1980 г.

Техническую подготовленность оценивали:

— результатами участия в соревнованиях среди кандидатов в экспедицию на скальном и ледовом участках горного рельефа.

Общефизическое развитие оценивали: количеством подъемов на высоту свыше 7000 м., совершенных в 1980 г. (минимум 3); результатами прохождения травянистого склона со средней крутизной около 35° и перепадом высот от 3600 до 4000 м.; количеством подтягиваний.

Кроме этих показателей, при отборе участников экспедиции учитывали результаты «гамбургского счета», возрастной ценз и тренерские баллы, а также представительство федераций.

В результате было отобрано 26 кандидатов.

На втором этапе подготовки (зимний и летний сборы 1981 г.) было уделено внимание гималайской тактике восхождения, которая отличается тем, что маршрут к вершине обрабатывают — навешивают веревочные перила, которые в дальнейшем используют при движении, и организуют промежуточные лагеря на таком расстоянии друг от друга, чтобы за световой день можно было, выйдя из одного лагеря по обработанному пути, подняться в следующий и при необходимости спуститься обратно. Пришлось также отказаться от некоторых правил горовосхождений, привычных для нас, но создающих организационные трудности восходителям. Так, мы считали возможным одиночное хождение в исключительных случаях или по обработанному маршруту. Безусловно, отход от наших правил горовосхождения не должен влиять на обеспечение безопасности.

На первый взгляд гималайская тактика не должна усложнить проведение восхождения. В действительности это не так: если команда восходителей, как это обычно принято у нас на Памире, Тянь-Шане, имеет при себе все необходимое для жизни и преодоления сложного рельефа, то у нее есть определенная уверенность в надежности жизнеобеспечения и работы на маршруте, и многие вопросы существенно упрощаются. Совсем другая ситуация возникает, если команда рассчитывает на наличие каких-то видов снаряжения, продуктов питания, горючего на заранее обусловленном участке и чего-либо не находит. Естественно, что уставшие люди, находясь в экстремальных условиях, могут раздражаться. Такие ситуации могут возникнуть из-за множества самых разнообразных причин. Например, оставленное вне палатки снаряжение и другие предметы может занести снегом, а восходители ищут их внутри палатки. По каким-либо причинам предыдущая группа оставила в промежуточном лагере неприбранными палатки, грязную посуду и т. д. Такие, казалось бы, мелочи могут приводить к противоречиям между группами. И, безусловно, надо иметь в виду, что восходители часто поднимаются в промежуточные лагеря физически и морально уставшими, и, естественно, необходимость выполнения дополнительной непредусмотренной работы вызывает раздражение.

По этой причине применение гималайской тактики восхождения, с одной стороны, обеспечивает более высокую надежность и гарантию восхождения, а с другой — при недостаточно четкой организации может привести к отчуждению и разладу коллектива, что неоднократно происходило в гималайских экспедициях. Эти особенности применения гималайской тактики проявились при проведении восхождения на пик Комсомола во время зимнего сбора 1981 г., когда у нас не было радиосвязи между группами и базовым лагерем. На летнем сборе радиосвязи было уделено особое внимание, благодаря чему в экспедиции организационные вопросы учета наличия и расхода различного рода снаряжения, питания в промежуточных лагерях, своевременной его доставки были решены вполне удовлетворительно.