Собрание сочинений - Бродский Иосиф Александрович - Страница 118

118

VIПрекрасная акустика! Строительнедаром вшей кормил семнадцать летна Лемносе [56]. Акустика прекрасна.День тоже восхитителен. Толпа,отлившаяся в форму стадиона,застыв и затаив дыханье, внемлеттой ругани, которой два бойцадруг друга осыпают на арене,чтоб, распалясь, схватиться за мечи.Цель состязанья вовсе не в убийстве,но в справедливой и логичной смерти.Законы драмы переходят в спорт.Акустика прекрасна. На трибунаходни мужчины. Солнце золотиткудлатых львов правительственной ложи.Весь стадион – одно большое ухо.«Ты падаль!» – «Сам ты падаль». – «Мразь и падаль!»И тут Наместник, чье лицо подобногноящемуся вымени, смеется.VIIБашняПрохладный полдень.Теряющийся где-то в облакахжелезный шпиль муниципальной башниявляется в одно и то же времягромоотводом, маяком и местомподъема государственного флага.Внутри же – размещается тюрьма.Подсчитано когда-то, что обычно -в сатрапиях, во время фараонов,у мусульман, в эпоху христианства -сидело иль бывало казненопримерно шесть процентов населенья.Поэтому еще сто лет назаддед нынешнего цезаря задумалреформу правосудья. Отменивбезнравственный обычай смертной казни,он с помощью особого законате шесть процентов сократил до двух,обязанных сидеть в тюрьме, конечно,пожизненно. Не важно, совершил литы преступленье или невиновен;закон, по сути дела, как налог.Тогда-то и воздвигли эту Башню.Слепящий блеск хромированной стали.На сорок третьем этаже пастух,лицо просунув сквозь иллюминатор,свою улыбку посылает внизпришедшей навестить его собаке.VIIIФонтан, изображающий дельфинав открытом море, совершенно сух.Вполне понятно: каменная рыбаспособна обойтись и без воды,как та – без рыбы, сделанной из камня.Таков вердикт третейского суда.Чьи приговоры отличает сухость.Под белой колоннадою дворцана мраморных ступеньках кучка смуглыхвождей в измятых пестрых балахонахждет появленья своего царя,как брошенный на скатерти букет -заполненной водой стеклянной вазы.Царь появляется. Вожди встаюти потрясают копьями. Улыбки,объятья, поцелуи. Царь слегкасмущен; но вот удобство смуглой кожи:на ней не так видны кровоподтеки.Бродяга-грек зовет к себе мальца.«О чем они болтают?» – «Кто, вот эти?»«Ага». – «Благодарят его». – «За что?»Мальчишка поднимает ясный взгляд:«За новые законы против нищих».IXЗверинецРешетка, отделяющая льваот публики, в чугунном вариантевоспроизводит путаницу джунглей.Мох. Капли металлической росы.Лиана, оплетающая лотос.Природа имитируется с тойлюбовью, на которую способенлишь человек, которому не всеравно, где заблудиться: в чаще илив пустыне.XИмператорАтлет-легионер в блестящих латах,несущий стражу возле белой двери,из-за которой слышится журчанье,глядит в окно на проходящих женщин.Ему, торчащему здесь битый час,уже казаться начинает, будтоне разные красавицы внизупроходят мимо, но одна и та же.Большая золотая буква М,украсившая дверь, по сути дела,лишь прописная по сравненью с той,огромной и пунцовой от натуги,согнувшейся за дверью над проточнойводою, дабы рассмотреть во всехподробностях свое отображенье.В конце концов, проточная воданичуть не хуже скульпторов, все царствоизображеньем этим наводнивших.Прозрачная, журчащая струя.Огромный, перевернутый Верзувий, [57]над ней нависнув, медлит с изверженьем.Все вообще теперь идет со скрипом.Империя похожа на триремув канале, для триремы слишком узком.Гребцы колотят веслами по суше,и камни сильно обдирают борт.Нет, не сказать, чтоб мы совсем застряли!Движенье есть, движенье происходит.Мы все-таки плывем. И нас никтоне обгоняет. Но, увы, как малопохоже это на былую скорость!И как тут не вздохнешь о временах,когда все шло довольно гладко.Гладко.XIСветильник гаснет, и фитиль чадитуже в потемках. Тоненькая струйкавсплывает к потолку, чья белизнав кромешном мраке в первую минутусогласна на любую форму света.Пусть даже копоть.За окном всю ночьв неполотом саду шумит тяжелыйазийский ливень. Но рассудок – сух.Настолько сух, что, будучи охваченхолодным бледным пламенем объятья,воспламеняешься быстрей, чем листбумаги или старый хворост.Но потолок не видит этой вспышки.Ни копоти, ни пепла по себене оставляя, человек выходитв сырую темень и бредет к калитке.Но серебристый голос козодоявелит ему вернуться.Под дождемон, повинуясь, снова входит в кухнюи, снявши пояс, высыпает нажелезный стол оставшиеся драхмы.Затем выходит.Птица не кричит.вернуться

56

Лемнос – остров в Эгейском море, служил и служит местом ссылки.

вернуться

57

Верзувий – от славянского «верзать».