Город. Все живое… (сборник) - Саймак Клиффорд Дональд - Страница 128

128

В «Разведке» отношения между человеком и машиной приобретают еще более напряженный характер. Поначалу кажется, что все это забавно: прогуливающаяся швейная машина, самопечатающая пишущая. Но тут же выясняется, что одна высокая договаривающаяся сторона разговаривает с другой высокой отнюдь не дипломатическим языком: «Не суйся, Джо, не путайся в это дело. А то плохо тебе будет». Похоже, что на этот раз нам объявляют военные действия. Главный герой рассказа, репортер Джо, принимает, может быть, не самое правильное, но зато очень человеческое решение. Вооружившись куском водопроводной трубы, он в одиночку решается постоять за весь род людской. Все живое может договориться между собою, а вот живое и неживое едва ли.

В рассказе «Изгородь» кто — то извне берет человечество на полный пансион. Ничего не надо делать, не о чем беспокоиться, бери что хочешь, трать сколько хочешь, занимайся чем хочешь. Венец экономического развития. Цель этого меценатства, правда, не названа, но предположим даже, что в ней нет ничего зловещего.

Нет, оказалось, что и этот вариант благоденствия не проходит, так как теряется смысл человеческого существования. И, конечно, тут же находятся бунтовщики, которые не признают дарового рая, предпочитают жить в хижинах без электричества, самостоятельно выращивать огурцы на грядках, но не сдаваться. Вот в этом искони присущем человеку мятежном духе, в неизбежно просыпающемся сопротивлении любому насилию, любым диктатурам — залог развития или даже самого существования людей.

Есть у К.Саймака рассказ «Дом обновленных», по моему мнению, один из лучших. Я позволю себе сослаться на него (рассказ издавался у нас), чтобы завершить мысль о том, что только истинная духовность, истинная человечность способны дать роду людскому возможность торжествовать на всех исторических перекрестках, решающих встречах, во всех переломных моментах. В этом рассказе тоже идет речь о неизвестных галактических благодетелях, но выводы, которые последовали из сходной ситуации, совершенно противоположны тому, что мы видели в «Изгороди». Подарки добрых дядей из космоса в «Доме обновленных» мы принимаем без всякой неприязни. Почему? Да потому, что там диалог идет на равных. Всемогущие космические друзья дарят замечательный дом одинокому старику, бывшему правоведу, не из жалости, не из любопытства, не для тайных наблюдений над ним, а потому, что нашли в докторе Фредерике Грее разумное существо, равное им по мудрости, доброте, чувству справедливости. Видимо, для любого живого разума бесспорно, что самый ценный капитал во Вселенной — духовные, а не материальные ценности. На таком рандеву нет ни победителей, ни побежденных.

При чтении «Дома обновленных» невольно вспоминаются классические строчки Беранже:

Господа! Если к правде святой Мир дороги найти не умеет — Честь безумцу, который навеет Человечеству сон золотой!

А не служит ли фантастика типа «Дома обновленных» вот таким «золотым сном», утешительной: пилюлей, подсовываемой читателю взамен «святой правды», в поисках которой немного позаплутался современный мир? И стоит ли нам сейчас воздавать честь профессиональным утешителям? Какие там контакты с пришельцами, какие духовные обмены, если земляне, принадлежащие к одному биологическому виду, иногда даже говорящие на одном и том же языке, и то не в силах понять друг друга и до сих пор воображают, что могут вколотить в головы оппонентов свои убеждения с помощью ракетных установок!

Но правы все — таки сочинители утопий. Потому что проповедуют они не золотые сны, а самое святое — правду гуманизма. Да, дорога к ней трудна, но никакого другого выхода у человечества нет.

Всеволод Ревич