Вечный бой - Семенов-Спасский Леонид Григорьевич - Страница 46

В своей книге Л. Г. Семенов-Спасский не ограничился повествованием о славных делах крупных ученых. Он попытался рассказать о простых врачах, чья самоотверженная и на первый взгляд будничная деятельность, не освещенная яркими лучами славы и всенародного признания, заслуживает благодарности и признательности потомков.

Нельзя без волнения читать страницы книги, посвященные героическому груду русских врачей и ученых. Вспоминаешь как яркий пример самоотверженности слова, приведенные в последней неотправленной телеграмме доктора Ипполита Александровича Деминского, которые он продиктовал за несколько часов до смерти: «Я заразился от сусликов легочной чумой. Приезжайте, возьмите добытые культуры. Записи все в порядке. Остальное все расскажет лаборатория. Труп мой вскройте как случай экспериментального заражения человека от сусликов. Прощайте. Деминский». Полный текст телеграммы воспроизведен на памятнике И. А. Деминскому в городе Астрахани.

Подвиг Ильи Мамонтова во время ликвидации чумы в Харбине, как подвиг Ипполита Деминского, был не единичным. Его повторили многие русские и советские врачи. Сегодня мы знаем, что творческим трудом, беззаветным мужеством таких людей создавались и создаются все завоевания медицины, подготавливается почва для великих открытий.

Менее полувека назад диагноз «злокачественное малокровие» звучал, как сегодня «рак». Слово «злокачественное» применительно к малокровию сейчас не употребляют; заболевшие им выздоравливают. С пересаженными органами, в том числе и сердцем, в наше время люди живут годами. Стало нормой выводить из состояния клинической смерти — «воскрешать из мертвых» — людей с заболеваниями, которые еще недавно приводили к смертельному исходу.

Конечно, исследователи, работающие в последние десятилетия над раскрытием еще непознанных тайн природы, располагают обширными техническими и другими возможностями, облегчающими их труд. Но и наше время ставит перед медиками новые вопросы, на которые можно дать ответ лишь на основании опытов на себе.

Весь мир был восхищен великолепным экспериментом доктора К. Барнарда, впервые в мире пересадившего сердце от человека к человеку. Но лишь немногим известен вряд ли превзойденный по своему мужеству опыт немецкого врача В. Форсмана, который в 1928 году ввел через собственную вену тонкий катетер — резиновую трубочку — по направлению к сердцу, чтобы извлечь из его камер кровь для исследования. Он сделал себе небольшой надрез у локтевого сгиба, взял очень длинный катетер и начал продвигать его по вене к сердцу. У ассистента возникли серьезные опасения за жизнь ученого, и он настоял на прекращении опыта. Вероятно, он не хотел брать вину на себя в случае, если эксперимент окончится смертельно. Форсман через неделю уже самостоятельно повторил свой опыт и довел его до конца. Катетер толщиной в несколько миллиметров удалось ввести на расстояние в шестьдесят пять сантиметров и тем самым достичь полости сердца. У врача не было чувства, что он совершил нечто исключительное, хотя осуществление эксперимента является доказательством мужества, которое можно сравнить с проявлением высшего героизма. Ни закон, ни клятва Гиппократа не обязывали его к этому поступку. Он совершил его из собственных побуждений, из научной любознательности. Разработанный Форсманом метод, отмеченный Нобелевской премией, впоследствии имел чрезвычайно большое значение для разработки операций на сердце.

Число врачей, проводивших опыты на себе, чрезвычайно велико, и мы никогда не узнаем, как велико оно в действительности. Опыты на себе охватывают все разделы медицины. И в разделе о заразных болезнях и бактериологии опыты на себе занимают первое место. Именно эти опыты, как видно из книги Л. Г. Семенова-Спасского, носили наиболее драматический характер. Вспомним хотя бы опыт семидесятитрехлетнего Макса Петтенкофера, который в 1892 году на глазах у свидетелей, чтобы доказать правильность защищаемой им теории, выпил культуру холерных вибрионов. История борьбы с заразными болезнями хранит имена многих русских ученых. Начало галереи великих русских врачей, внесших серьезный вклад в изучение особо опасных заболеваний, открывает имя Д. С. Сушинского (Самойловича), который принял личное участие в борьбе с девятью эпидемиями чумы. Открытие В. М. Хавкиным противочумной вакцины оказалось решающим в борьбе с этим грозным заболеванием. Едва ли в кратком послесловии стоит приводить имена других прекрасных русских ученых и врачей, которые, следуя славным традициям медицины в борьбе за человеческую жизнь, всегда рисковали своей жизнью, зачастую отдавали ее.

Их опыты принадлежат прошлому. Но опасные инфекционные болезни еще существуют, и всё новые и новые отряды самоотверженных борцов за здоровье человека вступают в смертельную схватку с ними.

Повседневная работа врача, без сомнения, часто бывает героической, даже если он просто выполняет свою профессиональную обязанность. Это касается врача, который осматривает заразного больного и не думает о себе, это может быть хирург, безвозмездно отдающий свою собственную кровь редкой группы тяжелому больному после многочасовой операции... Это естественный героизм врача, которому сотни и тысячи раз приходится рисковать своим собственным здоровьем и здоровьем своих близких, так какой подчиняется высшему человеческому закону — закону своей совести. И особого внимания удостаиваются люди, обладающие мужеством добровольно приблизиться к пониманию сути тяжелой болезни или биологического явления, отваживающиеся лично испытать на себе их действие, чтобы как можно быстрее ответить на вопросы, еще неизвестные науке, в интересах людей.

Полеты людей в космос, на Луну сегодня никого не удивляют. Мы справедливо восхищаемся человеческим гением, умноженным на достижения техники. С величием этого успеха несравнимо ничто. История человеческого героизма обогатилась новой блестящей главой.

Значительный вклад в дело завоевания космического пространства принадлежит медикам нашей страны. По праву первым в этом ряду стоит профессор Л. А. Орбели, который произвел в 1933 и 1938 годах два опыта на себе, имевших большое значение для авиационной и космической медицины. Изучая проблемы физиологии человека в условиях высотных полетов, он оставался в камере пониженного давления до тех пор, пока не потерял сознание. Аналогичный опыт был повторен им в отсеке подводной лодки, лишенной подачи кислорода. По предварительному указанию Л. А. Орбели опыт был прекращен только после потери им сознания. Многие врачи с опасностью для жизни проводили опыты на себе для того, чтобы установить условия, при которых возможен полет человека в космос. Завершением длинного ряда предварительных полетов был полет в 1964 году на борту космического корабля «Восход» молодого советского врача Б. Е. Егорова, лично испытавшего влияние космического полета на человеческий организм. Беспримерным в истории медицины стал подвиг врачей и медицинских сестер блокированного Ленинграда, Трудно поверить, что в то трудное, голодное время многие врачи и ученые не только лечили больных, но и проводили научные эксперименты. Примеров можно привести множество. Наиболее близкий мне и автору книги Л. Г. Семенову-Спасскому: наш общий учитель, ведущий онколог страны, член-корреспондент АМН СССР профессор А. И. Раков, защитил докторскую диссертацию в 1944 году, работая в военном госпитале на базе больницы имени И. И. Мечникова. Слушая рассказы учителя, нам трудно было представить и оценить степень мужества и верности своему долгу медиков тех грозных блокадных лет, которые работали в нечеловеческих условиях. И важен не столько результат поступка, сколько нравственный итог взлета человеческой души.

Хочется верить, что нынешнему поколению медиков не придется испытать всего того, что выпало на долю наших учителей в годы минувшей войны.

Стремительное развитие естественных наук ставит перед медиками новые, порой трудноразрешимые проблемы. Одна из них — защита человека от радиоактивных излучений, будь то космические лучи, последствия атомных взрывов или аварий на атомных электростанциях. И как всегда, врачи выходят на передний рубеж в борьбе с невидимым и коварным врагом.