Голос в моей голове (СИ) - Дэв Ольга - Страница 39

В кабинете, впрочем, как всегда, было тихо и мрачно. Рикар подошел к большому столу из темно — красного дерева, положил ладони на столешницу.

Какого он ведет себя, как тряпка?! Ни барона, ни его людей уже нет в живых — некромант и Брандир очень хорошо постарались. Ничто теперь не мешает ему вернуть утраченные земли и прежнюю Леошу. И раз маги Жизни не в состоянии помочь ей, то Рикар обратится к противоположному лагерю. Как там зовут его кузена — некроманта? Эрстин? Вот он ему и поможет. А Рикар с чистой совестью скинет бремя с плеч, передав ему и титул, и земли. А сам отправится с Леошей в поместье отца.

Рикар, напоследок хлопнув ладонями по столу, буквально выскочил из кабинета. Первым делом он собирался найти Брандира. Зная Ястреба, можно быть точно уверенным, что он не упустит вновь обретенного племянника из виду.

— Аккуратнее! У тебя рука тяжелая! — возмутился я, потирая ладонью щеку. — Или кольца снимай, а то, как будто железкой по морде!

— Обязательно! — прошипела Таура, отступая от меня еще на шаг назад. — Зачем тебе этот мальчик?! Разговоров о том, что это твой сын, я уже наслушалась от кентавров. Говори теперь правду.

— А откуда такой интерес к обычному мальчику? — с любопытством осведомился я.

— Он — некромант! — отрезала цыганка.

— Хорошо, — вздохнул я. — Откуда такой интерес к обычному мальчику НЕКРОМАНТУ?

— Ты из тех, кто ничего не делает просто так. И мальчик с тобой не из‑за твоей жалости…

— Подожди! — оборвал я ее и, задумчиво почесывая подбородок, добавил: — Где‑то я уже это слышал… Вы сговорились?

— Пойдем! — решительно оборвала наш бессмысленный разговор Таура. — Разберемся на месте.

Не церемонясь, девушка схватила меня за руку и потащила к выходу. Я не сдвинулся с места, ошарашенный ее поведением. Уже и не помню, когда кто‑то так нагло хватал мою конечность и тащил куда‑то.

— Меня обещали повесить, — ответил я на ее вопросительный взгляд.

— Повесят, если ты снова проберешься в Лес один, без моего сопровождения. В этот раз тебе повезло. Когда кентавры упомянули, что поймали некроманта 'с листиком' мне даже не нужно было напрягать память, чтобы понять, кто это.

— И к чему тогда была эта проверка? — кивнул я в сторону комнаты, через окно которой и пробрался в этот дом.

— Кентавры настояли. Очень хотели узнать, как тебе удалось сбежать от них в первый раз, и получится ли у тебя такое повторно.

— И каковы результаты?

— Не очень ясные, — уклончиво сказала девушка.

— Да ну? — не поверил я. — А мне почему‑то кажется, что все наоборот. Только вы сами пока в них не можете поверить.

Я осторожно погладил большим пальцем тыльную сторону ладони цыганки, которая все еще продолжала сжимать мою руку. Девушка, почувствовав прикосновение, опустила глаза на наши сцепленные руки, потом вновь взглянула на меня. Но руку так и не отдернула.

— То есть ты можешь объяснить, почему тебе помогают сиды? — прищурилась она.

— Кто?! — мне показалось, или она действительно сказала…

— Сиды или сидхе, как тебе больше нравится.

Некроманту будут помогать крылатый маленький народ? Что за глупости!

— Пусть это останется моей тайной, — уклончиво сказал я.

— В том числе и для тебя самого, — продолжила Таура, не пропустившая моего удивления.

— И для меня тоже. Они, так же как и я, как вы все уже успели заметить, не делают ничего просто так. Поймаю одного крылатого проказника и обязательно расспрошу. Мы идем? Я уже начинаю беспокоиться о своем ребенке. Маленький, еще не умеющий пользоваться своей силой некромант один, в окружении викару и кентавров… Не боишься?

Таура, осознав, что может натворить от страха малолетний некромант, еще не справляющийся со своей силой, отпустила мою руку и первая вышла из дома. Я последовал за ней, предвкушая развитие дальнейших событий.

…Авор меня не разочаровал. Он все еще оставался за тем деревом, где я его оставил. Маленького мальчика было практически не видно за внушительными крупами кентавров. Но Таура, растолкав непарнокопытных, проложила путь себе и индифферентно шагающему следом мне. Пятилетний пацан стоял в самой угрожающей, по его мнению, позе — ноги на ширине плеч, руки подняты на уровень груди, а пальцы растопырены. Но больше меня порадовали его глаза — черные провалы на маленьком бледном личике. Далеко пойдет малыш!

— Почему молчишь? — едва слышно спросил я у Ларики.

'Что бы я тебе ни сказала, ты все равно поступишь по — своему, — пробурчала девушка. — И есть ли смысл говорить что‑то, если ты совершенно не обращаешь на меня внимания?'

— Наконец, здравая мысль за все время! — похвалил я. — Продолжай в том же духе, а я пока разберусь с твоим чересчур ретивым братом.

— Ты с кем разговариваешь? — обернулась Таура. — Успокой его!

Оттеснив ее в сторону, я выступил вперед. Авор отмер, повернул голову в мою сторону и облегченно выдохнул.

— Авор, мой смертный приговор отменили. Опусти руки и иди сюда.

Мальчишка еще пару секунд вглядывался в мое лицо, потом вздрогнул, тряхнул головой, после чего его глаза 'обрели белки'. Авор беспомощно уронил руки и бросился ко мне. Чуть не сбив с ног, он обхватил меня за талию и прижался щекой к животу. От неожиданности я обхватил его за плечи, чуть вздрагивающие от плача. А он еще долго держался. Старался сохранить лицо, чтобы я не считал его плаксой, а теперь не выдержал напряжения. Я качнул головой, прося Тауру и остальных сгинуть. Кентавры послушались только после знака цыганки покинуть нас.

— И не надейся, ты от меня не избавишься до тех пор, пока я не доставлю тебя к сестре, — пробормотал я, не зная, как еще успокоить пацана.

— Угу, — согласно всхлипнул он.

— И если тогда смысл разводить мокроту?

— У, — качнул он головой.

— Вот и прекращай. Иначе если ты продолжишь пускать слюни и сопли на мои штаны, то они вскоре станут мокрыми. И как меня с огромным пятном на штанах будут воспринимать эти копытные? Не нужно им давать лишний повод посмеяться надо мной.

Всхлипнув последний раз, Авор отстранился и утер лицо рукавом рубашки. Я не удержался и опустил глаза на свои штаны. Вполне терпимо.

— А теперь пойдем, я познакомлю тебя с красивой девушкой. Ты, конечно, еще мал, но…

'Не продолжай!' — оборвала меня Ларика.

— И не собирался. Сама потом ему все расскажешь. Лет через десять.

Авор поднял на меня опухшие покрасневшие глаза.

— Ларика, — пояснил я. — Снова эта Ларика.

— И ты даже не хочешь узнать, что с этим мальчиком не так? — спросила Таура.

— Мне неинтересно. Главное, чтобы до Каролты он остался жив и здоров.

— Ну да, — девушка, улыбнувшись, откинулась на спинку кресла — качалки. — После той сцены я теперь тебе не поверю. Никто не поверит.

— Я могу и это объяснить, — парировал я.

— Я даже догадываюсь, что ты можешь сказать. Так что? Неинтересно?

— Ну, хорошо, — я подался вперед. — Если тебе непонятно такое простое предложение, я отвечу тебе как можно подробнее. Мне совершенно неинтересно, почему ты так резко побледнела, когда внимательно посмотрела на Авора, неинтересно, какая легенда связана с его появлением у некромантов и неинтересно…

— Зачем тебя будет преследовать весь Дартолисс? — закончила Таура.

— Да… Что?! Весь? Не преувеличиваешь?

— Нисколько. Ты слышал о том, что викару являются Хранителями Легенд?

— Я никогда не воспринимал всерьез эти сказки для взрослых.

— А твой правитель наоборот. Особенно трепетно он относится к одной из них. Так называемая Легенда о Детях Жизни и Смерти. Слышал?

— Это о появлении сильнейшего мага Жизни и не менее сильного некроманта?

— Значит, слышал. Авор один из этих двух магов.

— Неужели маг Жизни?

— Не ёрничай. Легенды — не просто сказки. Нам ли об этом не знать.

— Допустим, — кивнул я. — И ты думаешь, что правитель знал о том, что Авор не простой некромант?