Харон обратно не перевозит (сборник) - Азимов Айзек - Страница 94

Я посмотрел на Рику. Прижатая к столу, она казалась совершенно обессиленной. Меня взбесила ярость, с которой рослый детина нападал на хрупкую девушку. Заранее простив себе любую жестокость, я собирался вмешаться, как все взрывоподобно закончилось! Уклоняясь от ударов, Рика резко бросила корпус влево. Используя инерцию противника, подсекла обе его ноги. Он падал, когда сложенные замком ее руки обрушились ему на затылок. Стукнувшись головой об стол, противник судорожно вцепился в скатерть и, увлекая ее за собой, сполз на пол. Грохот падающей посуды ознаменовал финал.

Дунув на разметавшуюся челку, Рика подмигнула и потерла ребра ладоней.

— Что происходит?! — властный возглас отца заставил нас обоих вздрогнуть: вся скоротечная схватка проходила безмолвно. — Что это значит, Вет? — отец, а следом мама, вошли в столовую.

— Боже!.. — только и смогла промолвить мама, охватив взглядом поле битвы.

— Ответь же, наконец, — потребовал отец, — кто эти люди?

— Понятия не имею, — я пожал плечами. — Мы сидели, беседовали… Они ворвались через окно. Пришлось проучить. Хулиганы, наверное. Мам, вызови Службу безопасности.

— Сейчас, сынок…

Рика подошла и негромко спросила:

— Может, сперва кое — что узнаем? — она указала глазами на поверженных.

Я мотнул головой:

— Бесполезно. Будут молчать.

Трех минут не прошло, как у крыльца опустился патрульный гравилет. В комнату вошли трое агентов. Отец встретил их у порога.

— Добрый вечер, уважаемый Эльм. Что случилось? — осведомился старший.

— Хотел бы я знать! Вот эти двое ворвались через окно. Сын и гостья вынуждены были защищаться.

— Чистая работа! — осмотрев лежавших, старший обернулся ко мне. — Ваш?

Я не успел ответить.

— Этот мой, — негромко сказал Рика, опустив глаза.

— Ваш?! — он соразмерил габариты победительницы и побежденного и недоверчиво покачал головой. — Шутите, девушка?

— Правда, — подтвердил я.

— Профессиональные удары… Откуда вы с ними знакомы? — спросил старший агент.

Мы молча воспроизвели на ладонях наши курсантские знаки.

Его лицо расплылось в улыбке.

— О! Коллеги!

Больше вопросов он не задавал, а обернулся к одному из помощников:

— Миша, приведи этих в чувство!

Мы с Рикой с улыбкой переглянулись: знал бы этот старший агент, что лежащие на полу в гораздо большей степени его коллеги. Ну да ладно. Хвастаться, над кем одержали победу, мы, понятно, не стали.

Тем временем оба субъекта пришли в себя. При взгляде на нас глаза их лучили злобу. Как я и ожидал, на вопросы они отвечать не пожелали. Молчали, словно немые.

— Ничего, разберемся. Давайте их в гравилет. Всего доброго, Эльм. Если что — вызывайте. Но, думаю, с таким сыном, а особенно с такой гостьей, — старший улыбнулся Рике, — опасаться нечего.

Патруль улетел.

— Идите в гостиную, я должна здесь убраться. А вообще спать пора! — выставила всех мама.

Недоверчиво хмыкнув в мой адрес, отец ушел к себе. А мы отправились заканчивать прерванную беседу.

XV

— Так на чем мы остановились? — я включил свет и предложил Рике кресло. — Да! Ты сказала, что я шучу с огнем, желая объясниться с Фоггом. Мол, во — первых, все, что о нем рассказала — лишь версия, а во — вторых?..

— Уже не актуально. Хотела тебя предостеречь от подобного нападения. Потрясающе! Они ворвались именно в этот момент!

— Да уж. Чего не бывает… Ну, ладно. Уже поздно. Пора поговорить о дне завтрашнем.

— Подожди! — перебила Рика. — Утром ты меня еще кое о чем просил. Я сделала, хоть было нелегко. Не помнишь?

— Имеешь в виду запрос в Единый информаторий относительно литературных интересов Фроса? Когда только успела и как?!

— Какая разница? Смогла.

— Восхищен, но, к сожалению, а может, к счастью — не знаю… — я замялся. — В общем, это оказалось не столь необходимым. Нет, конечно, я тебе очень благодарен. Однако сама понимаешь, что я надеялся узнать — не интересовался ли он чем — нибудь связанным с фейерверками. А все встало на свои места после разговора со вдовой Вэла. Я же тебе рассказал: она сообщила, что идею подал Фрос. Так что… — неловко мне было: по существу, заставил Рику проделать напрасную работу. Какого труда, наверняка, это стоило.

Но выслушав мою сбивчивую извинительную тираду, она осталась невозмутимой.

— Не стоит оправдываться, Вет. То, о чем ты говоришь, я усвоила. Однако моя работа может оказаться не такой уж бесполезной. Обнаружилось кое — что любопытное. Сразу скажу: действительно Фрос дважды изучал какое — то пособие по пиротехнике. В январе и апреле. Но я сейчас не об этом. Скажи, ты помнишь, кто он по специальности?

— Биохимик — адаптатор, Служба колонизации, — машинально ответил я.

— Верно. А ведомо ли тебе, что он был или, по крайней мере, пытался стать настоящим энциклопедистом?!

— Ну?! Интересно!

— И мне тоже. Настолько, что я не ограничилась рамками твоей просьбы изучить его заказы за последнее полугодие. А охватила последние три года. Да! — предварила Рика мой вопрос. — Конечно, я полюбопытствовала, что это за человек, — ведь ты про него ничего не сказал, — и узнала о его участии в экспедиции…

— Не томи. Давай дальше!

— Так вот, — не спеша продолжала она. — До экспедиции на Терфу Фрос пользовался информаторием нечасто. Знакомился в основном с работами по специальности и из смежных областей. А вот после, месяца два спустя, — взрыв!.. Да сам взгляни. Весь список я перекинула на себя.

Рика пошла в столовую к компьютеру, где мама все еще ликвидировала последствия сражения. Через несколько минут появилась с несколькими листами. Молча их протянула. Пластик был густо исписан.

— Это за два года! — изумился я.

— Даже чуть меньше… Обрати внимание на тематику. А последний лист для сравнения: за весь год до экспедиции.

С него я и начал. Десятка два специальных работ, несколько развлекательных гипнофильмов, заявки на музыку… Отложив этот лист, углубился в остальные. Разительное отличие! Чего тут только не было!

— О какой тематике ты сказала? Здесь сущий винегрет! И математика, и история, и техника, и философия, и даже не знаю как назвать: работы на стыке наук… А это что?! «Основы теории музыки с иллюстрациями» и следом «Принципы информационного компьютерного обмена»… и дальше так?

— Да, — ответила Рика. — Я ж сказала, похоже, он решил стать энциклопедистом.

— Нет, скорее это напоминает… — я покрутил пальцем у виска. Может, он так до конца и не излечился после Терфы? Смотри, тут указано время. Больше трех часов он ничего не изучал — стало быть, заказывал ускоренный просмотр. И так с самых первых дней…

— Не забывай! Фрос после Терфы был еще в одной экспедиции. Проходил медицинский тест — контроль. Так что сдвиг психики маловероятен.

— Много эти врачи знают! Факт — то налицо. Вот чем им надо было поинтересоваться. — Я потряс листами. — А не тест — контролем!

— Что ты разошелся? Успокойся, — попыталась она меня урезонить. — Материалы эти надо проанализировать…

— Что тут анализировать?! — я вновь взорвался. — Три дня бегаю, высунув язык, с ног валюсь от усталости, головой рискую. А разгадка — то вот! Эти врачи проглядели сумасшедшего маньяка, который дошел до убийства людей. И ты еще весь вечер молчала! Сразу надо было это показать!..

Я замолчал, поймав себя на том, что кричу. Какое право я имею в чем — то упрекать Рику? Сам ведь попросил о помощи, и она раскопала то, что мне найти не удалось: разгадку! Теперь, когда все стало на свои места, тяжким грузом навалилась усталость от прошедшего дня. Я едва не засыпал. Откинув голову на спинку кресла, с трудом удерживал враз потяжелевшие веки.

— Извини, Рика, — пробормотал я хрипло.

Она подошла и, склонившись, провела мне ладонью по волосам.

— Устал, милый, — прошептала в самое ухо. — Я не сержусь.

Вот так мы мирились когда — то, в пору взаимной любви…