Хранители снов (СИ) - Суслова Ирина - Страница 29

— Вы никогда не выходите на солнце?

— Редко, — произнес он, прожевав, — а зачем? Мы лесные жители и наша кожа не привыкла к прямым солнечным лучам, а после долгого пребывания на нем, получаем ожоги.

— А как же ты будешь с нами ходить? — удивилась я, пытаясь пережевать все тот же кусок.

— Справлюсь, — отмахнулся он, — до Водяных Корпов идти не долго, так что не успею зажариться.

— Самсон тоже с нами пойдет? — полюбопытствовала я.

— Только через мой труп, — усмехнулась Калерия.

— Заманчивая перспективка, — не остался в долгу тот.

— Не уродился хранителем — сиди и молчи, — буркнула она.

— Я привратник Мартина, мое место здесь, но благодаря моей сестрице, могу отлучаться на неопределенное время, — пояснил мне Сони, проигнорировав Калерию.

— Ясно. А чем вы занимаетесь целыми днями? Как вы тут живете?

— Сони — бездельничает, — произнесла Калерия, — остальные работают.

Самсон покосился на нее, но промолчал.

— Не обращай на них внимания, это давняя любовь, — пояснил Кофикко, и продолжил: — Сони не бездельничает, как утверждает мадам, а охраняет лес от неугодных путников, блудит их от нашего селения. Мужчины охраняют животных, лечат, добывают пищу, строят, дерутся, веселятся. Женщины искусны в ядах и зельях, шьют одежду, воспитывают детей, так что наших женщин злить не стоит, — хмыкнул он.

— Да уж, если у нее под рукой химическая лаборатория, то лучше не злить, — задумчиво потянула я, и Скилты непонимающе на меня уставились. — Э — э-э, не важно. А почему ваш народ сторонится остальных?

— Ответ «из‑за вредности», тебя устроит? — спросил Кофикко.

— Вполне, — пасанула я, вспомнив, что они считают себя достойнее прочих.

— Ну, с этим еще можно поспорить, хотя это предположение не лишено смысла да, Калерия?

— Мои предположения всегда имеют под собой почву, — улыбнулась та.

В таком духе мы провели остаток дня, болтая ни о чем и по делу. Я многое узнала о жизни скилтов и удивлялась, почему же их считают вредными, вот Кофикко и Самсон абсолютно нормальные парни, может слегка резковатые, но очень милые. Хотя что‑то все же мне подсказывало, что все впереди.

Глава 18

Спать мы увалились без особых удобств, то есть где пришлось. Когда остальные уже сладко посапывали, ко мне, как на зло, сон совсем не хотел идти, и я, не долго думая, схватила рюкзак, потихоньку выползла из улья, и уселась на пороге, рассматривая ночную жизнь Лесных Скилтов. Что ж, ночью здесь намного уютней, чем днем. Везде зажжены фонари и сновало множество людей, словно сейчас разгар дня. У подножья дома Кофикко остановился парень и тихонько притаился. А когда мимо него проходил другой парень, окликнул его и о чем‑то спросил. Мое любопытство не позволило сидеть на месте, и я тихонечко подползла по суку ближе, прислушиваясь к разговору.

— … да не, я в прошлый раз там так получил, — услышала я обрывок речи.

— Да, пойдем! Время‑то сколько прошло! Или скажешь, что просто так тренируешься? Не так‑то часто это бывает, потом будешь бузить, что пропустил, — громким шёпотом возразил второй.

— Знаю… — вздохнул второй.

Я подползла еще ближе, стараясь рассмотреть говорящих. Мне стало дико интересно, про что же они говорят и что бывает так редко, о чем жалеешь, если не посмотришь.

— Кроме того, Мико там будет, — предъявил последний аргумент уговаривающий, — она уверенна, что ты придешь, а у нас в команде как раз одного не хватает. Представь, какой повод показать себя!

— Или опозорить. Она точно придет? — с надеждой спросил парень.

— Вот те зуб!

— Ладно, пошли. Только не позволяй мне как в прошлый раз… ну ты понял.

— Понял — понял, пойдем, — весело проговорил второй, и я поняла, что они уходят.

Тут, внезапно мой сук тихо треснул, но не сломался, а сильно прогнулся, сбросив меня, что я едва успела ухватиться за его край. Я хотела было взвыть и позвать на помощь, но ветка отломалась, оставив у меня в руках горсти листьев. Я сорвалась, затем зацепилась за еще одну ветку, но не удержавшись, брякнулась в кусты. При этом так сильно ударилась спиной, что прежде чем смогла вздохнуть, три раза оббежала огромное дерево вокруг.

Когда долгожданный воздух поступил в мои легкие, тихонько простонала и выкинула листья, все еще находящиеся в моих ладонях. Задрав голову вверх, простонала еще больше, удивляясь, как я умудрилась не сломать себе шею. Оглядевшись вокруг, приметила вдалеке тех самых парней, которые стали причиной падения и подумала, что не зря пролетела вниз столько метров, чтобы так и не узнать, куда же они собрались. Потерев ободранные локти, я по — максимому запомнила расположение дома Кофикко и, стараясь быть незаметной, последовала за скилтами.

Шли мы минут пятнадцать, все вокруг стремились в одну сторону, весело подтанцовывая и напевая заразительные мотивчики. Я же все больше пряталась в тени многочисленных деревьев и думала, что самостоятельно мне не в жизнь не найти дома Кофикко, но поворачивать смысла уже не было. Ладно, хоть посмотрю, ради чего я сегодня заделалась белкой — летуньей.

Наконец, мы вышли на небольшую поляну, размером примерно с половину футбольного поля. Деревья на ней отсутствовали, и я поняла, почему скилты стремились сюда ночью — не было солнечного света. Зато обычного освещения — хоть отбавляй. Вокруг поляны находилось множество фонарей, висевших на деревянных кольях, а над ней, в воздухе, витали какие‑то то ли эльфы, то ли букашки, освещая середину.

Понятно, что это арена для какой‑то игры. Люди набились по две стороны поля, еще две оказались пусты. С одной даже свет не горел, а с другой, стояли две огромные палатки — одна зеленая, другая красная.

«Команды», — промелькнула догадка.

Чтобы остаться незамеченной, мне пришлось ждать, пока все займут места возле поля и лишь тогда я вышла позади них, но видно ничего не было. Недолго думая, и приметив неподалеку небольшое деревце, я поздравила себя со смекалкой и ловко на него забралась. Теперь и поле было как на ладони, и я сама укрыта тенью и листвой.

Через минут пять раздался вой неведомого мне духового инструмента и на поле вышел хлюпенький старикашка с длинной, белой бородой и хорошо поставленным голосом объявил:

— Да начнется четыре тысячи пятьдесят седьмой бой Лесных Скилтов и богулов!!!

После этих слов он живенько ретировался и, из палаток стали выходить игроки в зеленой и красной одежде, соответствовавшей цвету команды. В каждой было по шесть человек и как только они показались, мне пришлось закрыть уши от женских визгов. В числе зеленой команды я усмотрела двух виновников моего падения и заметила, как к одному из них подбежала хорошенькая девушка с белокурыми волосами и курносым носиком, повязав на его руку ленту, которая прежде держала ее волосы. Быстро чмокнув парня в щеку, девушка устремилась обратно к своим подругам, которые заговорчески на неё смотрели. Скилт на минуту прибалдел, из чего я сделала вывод, что это и есть та самая Мико, которая стала решающим звеном в его участии здесь.

После этого, от команд отделилось по одному игроку, судя по всему, капитанов и бросили жребий. Первыми были красные. Все шестеро под пронзительный ор вышли на середину поля. Трое остались там, а остальные трое подошли к неосвещенному краю, напряженно вглядываясь в темноту и замерев, явно чего‑то ожидая. От любопытства у меня чесались уши, и я устроилась поудобнее, ожидая, что же будет дальше.

Неожиданно, из темноты послышался низкий, леденящий кровь вой и тяжелый топот копыт. Из леса медленно вышел огромный темно — коричневый зверь и остановился напротив игроков, роя копытами землю, вот — вот собираясь наброситься. Я икнула от страха. Такого чудища мне еще не приходилось видеть. Как там старикашка его обозвал? Богул? Зверь был просто огромный! Намного больше бешенного быка на корриде: два скрюченных рога торчали из его черепа, а из пасти виднелись острые саблезубые клыки. На холке вырисовывался огромный горб, что казалось, будто это не горб, а гора мышц. Хотя, скорее всего, так оно и было. Спереди у богула были лапы, а сзади копыта и длинный костяной хвост, усеянный шипами. Это против него они будут драться?! Голыми руками? Зверь, между тем, рыл землю под ногами и издавал жуткий вой, устрашая противников.