Блуждающие в зеркалах (СИ) - Муравьева Ирина - Страница 58

— Всем встать! Пора снова в путь!

Луис, так и не дождавшись ответа на свой вопрос, поспешил за ним, и Роза на время осталась одна. Из того, что она уже немного знала о зеркалах, можно было понять, что «возвращение» зеркального демона не обойдется без кровавой жертвы. Вот зачем Карлу нож…А кто станет жертвой…? Лишь подумав об этом, Розе стало дурно. Она вскочила и стала звать Готфрика, пошедшего в лес вместе с Дереком раздобыть чего-нибудь съестного. Скоро вся компания собралась вместе, и Роза, слегка успокоенная тем, что хотя бы Готфрик рядом, оглядела местность в которую они попали. Это был уже край леса и Серебряные Горы казались совсем-совсем близко: так, что были видны многие их скалы и утесы, поросшие мхом. Но ничего более Роза не увидела, а ведь это было странно, так как Джош обещал к вечеру вывести их к замку Зеркального Графа…

И тут на небе начала появляться полная луна. Ее блики озарили горы, и компания замерла в восхищении: все оттенки серебра, перламутра, алого и голубого света заиграли, словно северное сияние, на камнях гор, и на миг в лесу стало светло, словно днем. Когда же все погасло, оставив лишь легкое серебряное свечение, на одном из ближайших горных уступов, взмывая вверх сотнями башен, стоял замок белого камня.

— Замок Луны был спрятан от посторонних глаз еще предками Карла. Его не увидеть, если ты не знаешь нужного заклинания! И лишь в полнолуния он доступен простым взглядам, — пояснил Дерек.

— Откуда ты знаешь? — удивилась Роза.

— Зеркала нашептали…

— Хм…А я вот часами сидел в библиотеке, разыскивая эти сведения, — вздохнул Джош, — Впрочем, не важно… Нам вверх — там нас давно уже ждут.

Сначала Мари рванулась к двери, но это, конечно же, было бесполезно: Карл побеспокоился о том, чтобы она не смогла выйти. Тогда Мари подошла к окну: решетки на нем не было, но зато внизу ее поджидали лишь обрыв и острые скалы. Только на небольшом расстоянии от окна находилась маленькая круглая башенка, видимо оставшаяся от оборонительной стены вокруг замка, ныне разрушенной.

Мари начала прощупывать стены комнаты, в надежде найти рычаг для потайного выхода, но и это было бесполезно… Видимо, Карл не спроста дал ей именно эту комнату…

И тогда Мари снова рванулась к окну. Это было сумасшествием, но если б только она могла перебраться в эту башенку, то уж из нее она точно смогла бы попасть в замок!

Мари снова стала метаться по комнате в поисках ну хоть чего-нибудь, с помощью чего она могла добраться туда. Ее взгляд упал на кровать: пожалуй, из ее досок вполне можно кое-что сообразить.

Кап-кап…Кап…

Вода падала вниз с раздражающим постоянством, стекала по стенам и образовывала целые лужи на полу.

— А что, в мое отсутствие замок никто и не подумал ремонтировать? — спросил Карл.

Эмма с упреком посмотрела на него: странное чувство юмора всегда было его отличительной чертой.

— Мы не были в этом замке с момента вашего падения, мой граф, — сообщила она.

Карл внимательно оглядел темные стены коридора, на которых красовалось множество щитов с гербами: символы всех тех родов, что некогда были в кровном родстве с родом Луны.

— Сколько прошло времени, Эмма? — спросил он, — Сто лет, или даже более? А мне кажется, что я не был здесь всего лет семь! Ведь я почти не помню ничего с того момента, когда меня самого заточили в зеркало. Осталось только ощущение, что там внутри было пусто и одиноко, как, впрочем, и во всяком зеркальном мире…

— Мы ждали вашего возвращения, мой граф, — почтительно сказала Эмма.

— Брось этот тон, я пока еще не повелитель тьмы, — холодно повернулся к ней Карл, — И ты знаешь, что я никогда и не претендовал на такую роль…

— Да, но когда-то ты был великим Зеркальным Графом, и я любила тебя за это, — сказала Эмма, и Карлу, даже в темноте, показалось, что она улыбается.

— Прошедшее время, Эмма? — ухмыльнулся он, — А что же сейчас?

В ответ на это Эмма подошла ближе и страстно поцеловала его.

— Как я скучал по этому, — облизнул губы Карл.

— Разве эта девчонка не целовала тебя? — спросила Эмма и в ее голосе послышалась нотка ревности.

Карл засмеялся:

— Не так, — ответил он.

Эмма хотела было возмутиться и спросить, о чем это он, но они уже остановились возле небольшой дверцы красного дерева, и Эмма поняла, что сейчас она все равно не будет услышана. Место, в котором они сейчас оказались, всегда было священным для Карла.

Он открыл дверцу и вошел в небольшую комнату с одним только окошком, свет от которого был настолько тусклым, что Эмма чуть не споткнулась о какой-то крошечный столик, когда последовала за возлюбленным. Тот же, судя по всему, знал эту комнату идеально, и ему не нужен был даже факел, чтобы ориентироваться в ней.

— Знаешь, Эмма, ведь это была именно маленькая девочка, кто спас меня из зеркального плена…

Эмма ничего не ответила, отчасти из понимания, что Карл сейчас говорит более сам с собой, отчасти потому, что ей-то всегда казалось, что если кто и должен был его спасти — то это она — но увы…

Когда демон покинул тело Карла и скрылся в зеркалах, она сбежала, пытаясь спасти, в первую очередь, себя. Тогда она и не знала, какую участь уготовят ее любовнику. Эмма надеялась, что Карла бросят в тюрьму Серебряных Гор, откуда она легко могла бы организовать побег. Но его палачи придумали шутку поизобретательнее. Обессиленного Карла заточили в одно из зеркал и наложили на него печать богини Луны, запрещающую другим зеркальным духам проникать внутрь, помогать или общаться с их графом.

Затем это зеркало продали с аукциона, вместе с сотней других таких же зеркал, чтобы ни один из последователей графа не смог найти его.

И Эмма так и не нашла, хоть она и пыталась, из года в год продлевая себе жизнь за счет зеркал… Она даже не почувствовала, когда он вернулся…И лишь случайно она снова увидела своего любовника: в Мирабелле. Он и Мари убили ее сестру: старуху — заклинательницу зеркал. Эмма, мечтая отомстить, хотела было убить и без того мешающих ей блуждающих в зеркалах, и тут она узнала в молодом человеке своего графа…

— Так странно, — вернул ее назад из воспоминаний голос Карла, — У девочки было мое зеркало, и она часами сидела перед ним, разговаривая со своим отражением, и мечтая о друге. Она хотела этого так сильно, что я смог явиться ей в зеркальной глади… Знаешь, она вовсе не испугалась…Такая милая маленькая девочка. Лишь спросила: «Эй, что вы там делаете?», а я, по-моему, ответил, что хочу быть ее другом…Я подло дурил малышку, пока не заставил ее нарисовать на зеркале печать и разбить его. Так я смог вырваться на свободу, но что стало с девочкой, я не знаю…Когда попадаешь в реальный мир после сотни лет зеркального заточения, ты будто новорожденный младенец. Я начал понимать где я, лишь в одной из захолустных больниц королевства. Тогда я ничего не помнил, но постепенно начал сознавать, что мне лучше рядом с зеркалами. Повинуясь их зову, я стал бродить по королевству, хоть это и было чертовски трудно в моем состоянии. А потом я встретил Мари — уже вторую маленькую, наивную девочку на моем пути. Ее я использовал даже хуже, — Карл как-то грустно усмехнулся, и Эмма снова почувствовала укол ревности.

— А знаешь что, Эмма? — вдруг обратился к ней Карл, — Я ведь почти не помню Сильвию! Образ моей младшей сестры теперь слился с образом той малышки, что освободила меня, и, немного, с образом Мари…

— Сегодня мы отомстим богине Луны за вашу сестру! — резко и не в тему сказала Эмма, хоть как-то пытаясь отвернуть мысли Карла от этой маленькой выскочки Мари.

— Да, наверное, — сказал Карл, — Если, конечно, богиня Луны помнит такие мелочи, как то, что однажды сгубила одну верящую в нее девочку…

Было удивительно почему, когда дружная команда под руководством Джоша карабкалась к замку, их не остановил ни один из стражей. А вернее и останавливать-то их было некому: замок, похоже, никто не охранял.