Стихотворения - Лермонтов Михаил Юрьевич - Страница 39

39

Солнце осени

Люблю я солнце осени, когда,Меж тучек и туманов пробираясь,Оно кидает бледный, мертвый лучНа дерево, колеблемое ветром,И на сырую степь. Люблю я солнце,Есть что-то схожее в прощальном взглядеВеликого светила с тайной грустьюОбманутой любви; не холоднейОно само собою, но природаИ все, что может чувствовать и видеть,Не могут быть согреты им; так точноИ сердце: в нем все жив огонь, но людиЕго понять однажды не умели,И он в глазах блеснуть не должен вновь,И до ланит он вечно не коснется.Зачем вторично сердцу подвергатьСебя насмешкам и словам сомненья?

Поток

Источник страсти есть во мнеВеликий и чудесный;Песок серебряный на дне,Поверхность лик небесный;Но беспрестанно быстрый токВоротит и крутит песок,И небо над водамиОдето облаками.Родится с жизнью этот ключИ с жизнью исчезает;В ином он слаб, в другом могуч,Но всех он увлекает;И первый счастлив, но такойЯ праздный отдал бы покойЗа несколько мгновенийБлаженства иль мучений.

К***

Не ты, но судьба виновата была,[108]Что скоро ты мне изменила,Она тебе прелести женщин дала,Но женское сердце вложила.Как в море широком следы челнока,Мгновенье его впечатленья,Любовь для него, как веселье, легка,А горе не стоит мгновенья.Но в час свой урочный узнает оноЦепей неизбежное бремя.Прости, нам расстаться теперь суждено,Расстаться до этого время.Тогда я опять появлюсь пред тобой,И речь моя ум твой встревожит,И пусть я услышу ответ роковой,Тогда ничего не поможет.Нет, нет! милый голос и пламенный взорТогда своей власти лишатся;Вослед за тобой побежит мой укор,И в душу он будет впиваться.И мщенье, напомнив, что я перенес,Уста мои к смеху принудит,Хоть эта улыбка всех, всех твоих слезГораздо мучительней будет.

Ночь

В чугун печальный сторож бьет,[109]Один я внемлю.Глухо лаютВдали собаки.Мрачен сводНебес, и тучи пробегаютОдна безмолвно за другой,Сливаясь под ночною мглой.Колеблет ветер влажный, душныйВерхи дерев, и с воем онСтучит в оконницы.Мне скучно,Мне тяжко бденье, страшен сон;Я не хочу, чтоб сновиденьеЯвляло мне ее черты;Нет, я не раб моей мечты,Я в силах перенесть мученьеГлубоких дум, сердечных ран,Все, – только не ее обман.Я не скажу «прости» надежде,Молве не верю; если преждеОна могла меня любить,То ей ли можно изменить?Но отчего же? Разве нетуПримеров, первый ли урокВо мне теперь дается свету?Как я забыт, как одинок.Шуми, шуми же, ветер ночи,Играй свободно в небесахИ освежи мне грудь и очи.В груди огонь, слеза в очах,Давно без пищи этот пламень,И слезы падают на камень.

К себе

Как я хотел себя уверить,Что не люблю ее, хотелНеизмеримое измерить,Любви безбрежной дать предел.Мгновенное пренебрежешьЕе могущества опятьМне доказало, что влеченьеДуши нельзя нам побеждать;Что цепь моя несокрушима,Что мой теперешний покойЛишь глас залетный херувимаНад сонной демонов толпой.

Душа моя должна…

Душа моя должна прожить в земной неволеНедолго. Может быть, я не увижу болеТвой взор, твой милый взор, столь нежный для других,Звезду приветную соперников моих;Желаю счастья им. Тебя винить безбожноЗа то, что мне нельзя все, все, что им возможно;Но если ты ко мне любовь хотела скрыть,Казаться хладною и в тишине любить,Но если ты при мне смеялась надо мною,Тогда как внутренно полна была тоскою,То мрачный мой тебе пускай покажет взгляд.Кто более страдал, кто боле виноват!вернуться108

К*** («Не ты, но судьба виновата была…»)

Обращено к Н. Ф. Ивановой.

вернуться109

Ночь («В чугун печальный сторож бьет…»)

Относится к циклу стихотворений, связанных с Н. Ф Ивановой.