Семеро с планеты Коламба (сборник) - Чирков Вадим Алексеевич - Страница 39

— Начинается, — проворчал Грипа. — Сейчас взбаламутит всю команду. А почему, Славик, ты знаешь об этом острове?

— Мы еще во втором классе с одним мальчишкой хотели туда поехать.

— Где он находится? — спросил Щипан.

— До него двадцать четыре тысячи километров, — ответил Славик, — мы с Димкой все подсчитали. А находится он в Тихом океане, западнее Южной Америки.

— Это недалеко, — сказал Щипан, — всего около трех часов лету. Летим, командир?

Старший помолчал, оглядывая космонавтов. Он принимал решение.

— Лететь так далеко — огромный риск, — сказал он. Славик увидел, как помрачнели лица космонавтов. — Но так как путешествий без риска не бывает, — летим!

— Ура! — закричал Питя и, в одно мгновение взобравшись Славику на плечо, так дернул его за ухо, что тот ойкнул. Вдобавок Питя стал на плече прыгать.

— Мы летим! Мы летим! — кричал он. — Мы снова летим! Разгадывать загадки — вот куда мы летим! Тайны открывать, тайны открывать! Прямо зверю в пасть! Как бы не пропасть! Ух! Ух! Захватывает дух! И стало, братцы, мне жить интереснее вдвойне!

Другие тоже радовались. Щипан улыбался. Садим сделал стойку на руках и прошелся по огороду. Молек тоже заулыбался, но вдруг, что-то вспомнив, наморщил лоб. Вьюра подмигнул Славику. Пигорь потирал руки. Грипа, чувствовалось, пережидал веселье, чтобы отдать какое-то распоряжение.

Только Славик сидел грустный. Ему снова захотелось уйти домой и там, где-то в уголочке, чтобы никто не видел, поплакать. Об острове Пасхи он так мечтал! Так мечтал, что часто видел себя во сне рядом с гигантской каменной головой: вот он кладет на камень руку и чувствует его тепло и шершавость. И вдруг замечает под ногами краешек какого-то прямоугольного предмета. Наклоняется и поднимает деревянную табличку с письменами…

К четвертому классу мечта стала потихоньку гаснуть, но сейчас, когда речь зашла о полете на остров, снова разгорелась.

Питя перестал прыгать и сел — не сел, а шлепнулся на Славикино плечо.

— Слава, — зашептал он, — хочешь с нами?

— Хочу, — ответил Славик тоже шепотом.

— На нашем корабле есть грузовой пузырь — он надевается сверху. Попросись у командира — увидишь, все будут за тебя. Только про пузырь не говори, пусть кто-то другой скажет.

— Грипа, — сказал Славик, и ему показалось, что он собирается перейти овраг по двум жердочкам: чуть оплошал — и полетел вниз. — Грипа, возьмите меня с собой!

Во взгляде командира мелькнуло удивление.

— Но ты же велик для нашего корабля!

Славик скосил глаза на других. Те тоже с трудом осваивали новость. Молек опомнился первым:

— Грипа, ты забыл про грузовой отсек! — Славик закачался на тонких жердочках. Упадет или удержится? — Он предназначен не только для мертвого груза, но и для живого, снабжается воздухом и теплом. По-моему, Славик в нем поместится.

— Поместится, — поддержал Молека Пигорь. Славик удержал равновесие и сделал шаг. Другой… — Он не такой уж большой…

Грипа с подозрением глянул на Питю. Тот безмятежно держался за ухо друга и помалкивал.

— Чтобы не спорить, — принял решение командир, — можно попробовать. Славик, ты сядешь на корабль — не бойся, он выдержит, — и подожмешь ноги. А ты, Пигорь, накрой его пузырем. Не забудь о вентиляции.

— Знаю. — И Пигорь скрылся в тыкве. Та — раз, два, три — превратилась в серый диск, стоящий на ножках.

Славик сел на диск и поджал ноги. Питя с плеча переместился на его колени. Землянин услышал шелест и увидел, что спереди и сзади его закрывают прозрачные, словно из стекла или пластмассы, полушария. Диск чуть гудел. Края полушарий сошлись, и Славик чуть-чуть испугался. Но дышалось так легко, как и на воздухе, и видно тоже было все.

— Полный порядок! — сказал Питя. — Ну, скажи: кто молодец?

— Ты!

— Поместился! Поместился! — услышал Славик приглушенные крики.

Снова раздался шелест, полушария разъехались, все подбежали к Славику.

— Ну, как?

— Не боялся?

— Не трудно так сидеть?

— Полетишь с нами?

Славик вместо ответа повернулся к командиру.

— Старт назначаю на завтрашнее утро, чуть восход. Всем, — Грипа поднял глаза на Славика, и тому стало ясно, что он зачислен в команду, — всем приготовиться к походу! Летим всего на день…

— Есть! — сказал Славик по-военному и встал. Ему хотелось прыгать.

Он летит завтра на остров Пасхи! Сбылась мечта! Он увидит каменных идолов! Он летит на остров Пасхи! Ура-а-а!..

НА ОСТРОВ ПАСХИ

Домой Славик вернулся на крыльях, но бабушка крыльев не заметила. Впрочем, внук напустил на себя озабоченный вид. Это-то бабушка, как и надеялся Славик, углядела.

— Ты что это насупился?

— Завтра на рыбалку иду. Ребята пригласили, удочку дают. Встать надо пораньше. Ты меня разбудишь, или лучше будильник завести?

— Разбудить-то разбужу, да я ведь беспокоиться буду! Речка — она речка и есть.

— Я же на берегу буду!

— Ой! — простонала-вздохнула Полина Андреевна. — Сидел бы лучше дома. — И попыталась уговорить: — Я оладушек напеку. Или сходим с тобой куда-нибудь.

— Куда? — на всякий случай спросил Славик.

— На почту, письмо твое отнесем.

Внук несколько раз садился за письмо оставшимся в городе друзьям.

— Я его еще не кончил.

— А ты сядь сейчас и допиши. А завтра отнесем.

— Некогда мне. Я червей должен накопать.

— А то могли бы в лес пойти, грибов поискать… — без надежды уговорить продолжала бабушка. В лес, кстати говоря, она уже не ходила, но, чтобы уберечь внука от речки, готова была пойти хоть к черту на рога.

— Ба, а что такое Пасха? — Славик это слово слышал еще до того, как узнал о существовании острова Пасхи.

— Пасха? Это, внучек, когда Христос воскрес из мертвых. Праздник это.

— Ба, а ведь бога нет.

— Для кого нет, а для кого есть. И ты так о боге не говори.

— Ладно, не буду. Я пошел червей копать.

Славик решил еще раз сбегать к пришельцам. Те возились в корабле. Садим, дежуривший у входа, позвал командира.

— Грипа, все в порядке! — доложил Славик. — Я сказал бабушке, что иду на рыбалку. Мне что с собой взять?

— Еду, воду…

— И подушку, — добавил Пигорь, выглянув из люка.

— А подушку зачем? — не понял землянин.

— Когда взлетим, узнаешь. Ты про перегрузки слыхал? Знаешь, какая у нас скорость?

— Хорошо, возьму, — сказал Славик, думая, однако, о том, как выйти из дома «на рыбалку» с подушкой в руках.

— Кажется, всё… — Грипа, видимо, перебирал в уме, что может понадобиться землянину в путешествии. — Жаль, что мы должны вернуться в тот же день.

— Бабушка с ума сойдет, если я не вернусь…

До сна было еще далеко, Славик вышел на улицу. У калитки Евдокимовны на скамеечке сидели Нинка с Наташкой. Обычно, когда девчонки бывали вдвоем или втроем, он к ним не подходил. Вдвоем или втроем соседки становились опасны: независимы, насмешливы и к мальчишкам враждебны. И все-таки Славик решился на вопрос:

— Нин, а ты знаешь, что такое Пасха?

— Вспомнил! — все это слово, каждый звук были полны насмешки. — Пасха-то как раз перед Первомаем бывает. Бабушка знаешь какие куличи печет?

— Да я не про ту Пасху. Есть остров Пасхи. Далеко, далеко…

Девчонки переглянулись, что-то друг дружке прошептали и дружно прыснули.

— Такого острова не может быть. Что это тебе, кулич, что ли?

И девчонки снова с удовольствием прыснули. Сравнение острова с пасхальным куличом показалось им ужасно смешным.

— Как это не может быть! — рассердился Славик. — Я тебе на карте его покажу. Он за Южной Америкой находится. Принадлежит Чили. Называется Пуп Земли. Там на берегу каменные головы стоят величиной с твой дом…

Девчонки схватились за животики. Они, конечно, видели в своей жизни фантазеров, но таких выдумщиков, как этот горожанин, на свете больше нет. Пуп Земли. Ха-ха-ха!