Горение. Книга 3 - Семенов Юлиан Семенович - Страница 83

Чокнулись, махнули; Карпов сразу же принялся за угрей; Петров засмалил папироску, то и дело разминая ее в тонких пальцах, словно бы щупал, нет ли в ней чего спрятанного, – тюремная привычка искать записку; только в тюрьме не затягивался, в Париже начал смалить.

– Почему не кушаете? – спросил Карпов, наливая по второй. – Угри отменные, кишки сальцом обволочет, никакая водка не проймет.

Сытый физиологизм этой фразы показался Петрову отвратительным; лицо Карпова – в общем-то открытое, добродушное – сразу же сделалось для него отталкивающим, даже какое-то «хрю-хрю» услыхал; пьянеть нельзя, сказал он себе, ночью напьюсь, у Герасимова, с тем можно, в глаза не льстит.

– За наше дружество, – провозгласил Карпов, наливая по второй, – за то, чтоб работа у нас шла, как говорится, душа в душу. Я за своих жизнь готов отдать, Александр Иванович… Если деньги нужны, документы, что иное – сразу ко мне, без всяких там цирлих-манирлих…

Выпив, недоуменно поглядел на нетронутую рюмку Петрова:

– У нас так не полагается…

– Сергей Георгиевич, – ответил Петров, закурив новую папироску, – сначала давайте обговорим дело. Вы ж меня не просто так в этот номер пригласили… Вы ведь намерены узнать, с чем я вернулся из Парижа… Так?

– Так-то оно так, – ответил Карпов, – но мне хочется вас от всего сердца принять, чтобы по-нашему, по-русски, все было широко…

– Не уйдет, – сказал Петров, поняв, что игра пошла, он в форме и этот спектакль с полковником ему угоден. – Свое возьмем, когда кончим дело… Так что давайте прервем трапезу, пока я вам не расскажу… Я ведь сегодня почти не спал, оттого что ночь провел у генерала Герасимова…

Карпов чуть не подавился угрем, отодвинул тарелку, нахмурился:

– Это когда же было?

– Когда ваш филер уснул в гостиной «Метрополя». Около часу ночи… Я тогда и выскользнул…

– И где же вы с ним встречались?

– Я город плохо знаю… Где-то на берегу реки, там его дом стоит…

– Значит, вы рассказали ему обо всем, что смогли вызнать в Париже о бомбистах?

– У нас об этом и разговора не было, Сергей Георгиевич… Меня Герасимов подбивал поставить акт против генерала Курлова…

– Ну, уж это вы мне бросьте! – Карпов не уследил за собою, рявкнул; заметил, как в глазах у Петрова что-то метнулось и рот поволокло влево, но не придал этому должного значения – так ошеломило его сообщение агента.

– Бросают гниду, если ее из волос вытащить, – чуть не по слогам произнес Петров. – А я чистоплотен, мне бросать нечего, ванну принимаю каждый день.

– Ну, не гневайтесь, Александр Иванович! Что ж вы так на слово обидчивы? Поймите мое состояние! Вы говорите совершенно невероятную вещь: чтоб жандармский генерал подбивал бом… подбивал…

Петров перебил его:

– Да вы договаривайте, Сергей Георгиевич, договаривайте: «подбивал бомбиста»… Вы ведь так хотели обо мне выразиться? – повторив ледяную интонацию Савинкова, заключил Петров, усмехнувшись.

– Он так прямо и назвал все вещи своими именами? – откашлявшись, чтобы хоть как-то выиграть время и собраться, спросил Карпов. – Предложил вам ставить акт против генерала Курлова?

– Именно так и предложил.

– Хорошо, а чем он это мотивировал?

– Говорил, что Курлов – после истории в Минске – позорит звание сотрудника секретной полиции…

– Слушайте, это совершенно невероятно! Нет, положительно, я в это не могу поверить!

– Вы – ладно, – усмехнулся Петров. – Вам сам Курлов не поверит, да и Виссарионов на смех поднимет…

Карпов изумленно посмотрел на Петрова: неужели какая-то дьявольская мистификация? Тот, словно бы заметив, как полковник растерялся, спросил с хорошо сыгранной яростью:

– Вы знаете, что Герасимов бросил меня в Париже?

– Конечно, знаю… Это так бесстыдно с его стороны…

– Хорошо, что вы поставили точку над «и», не придется объяснять, каково жить на чужбине без средств и связи, оставленным на произвол судьбы. Думаете, я это смогу простить? Да никогда! И отомстить я Герасимову могу лишь с вашей помощью…

– Как?

– Очень просто. Я соглашусь с его предложением убить Курлова и всех, кто будет с ним, – ну, Виссарионова, Комиссарова… может, придет и…

– Но, но! – Карпов снова сорвался, перешел на грубый начальственный тон. – То есть как это согласитесь?! Без моей санкции вы ни на что не согласитесь!

В глазах у Петрова высверкнуло еще ярче, рот совсем сполз вниз; справившись с судорогой, он продолжил:

– Понятно, что без вашего указания я ничего делать не стану. Но ведь и вы ничего не сможете предпринять, покуда не убедитесь в правоте моих слов… А убедиться в этом можно, если вы и ваши начальники все услышат своими ушами… Снимите мне квартиру… Филеров своих уберете: Герасимов большого уровня мастер, он ваших соглядатаев за версту разглядит, я приглашу его на квартиру для решающего разговора… А за полчаса перед тем, как он туда прибудет, в соседней комнате, – пусть только квартиру подберут с фанерной перегородочкой, чтоб все было слышно, – расположатся Курлов, Виссарионов и вы. И станете свидетелями нашего с Герасимовым разговора… Я ему ни «да», ни «нет» еще не сказал, он уговаривать меня будет… Ежели вас интересуют особые вопросы к Герасимову, могу их выучить заранее и поставить их во время нашей встречи…

Карпов испугался; понимая умом, что в руки идет грандиозное дело – таких еще в России не было, – тем не менее ощущал, как все сильнее и сильнее дрожат пальцы; в ушах слышались слова маменьки: «Паны дерутся, у холопов чубы трещат»; с тоской вспомнил работу в Ростове; вот благодать-то была, хозяин-барин, что хочу, то и ворочу, столицы далеко, губернатор – друг-приятель, с ним во всем заодно, своя, ростовская власть, все покроет… А рыбец какой?! Не то что эти угри – сальные змеи!

Научившись у Герасимова смелости, а у Савинкова многозначительности – уроки брал с ходу, – Петров снисходительно посоветовал:

– Попусту не волнуйтесь… Трапезу можно сей момент прервать, я вообще не едок, мне все это, – он презрительно кивнул на стол, уставленный яствами, – смешно, отправляйтесь к Курлову и сообщите о нашем разговоре… А я в «Метрополе» буду ждать от вас указаний. Если ваш высокий начальник признает дело нестоящим – выдадите мне оклад содержания: Герасимов положил семьдесят пять рублей золотом и оплата проезда по чугунке, – я и отчалю восвояси…

Через три часа за Петровым пришел мышонок, шепнув, что от «Георгия Сергеевича» (времени на придумывание псевдонима у Карпова не было, взял первый пришедший на ум, торопился к Курлову) и отвез на Астраханскую улицу.

Там, в пустой квартире – три комнаты и кухня (перегородки фанерные, как и просил Петров, красиво задекорированы обоями), стоял Карпов; лицо красное, видимо, сильно поддал, при этом натужно играл радостную улыбку:

– Ваша взяла, Александр Иванович! Вот вам квартирка! В полном вашем распоряжении, обставляйтесь, денег не жалейте, – он достал из кармана бумажник, набитый купюрами, и протянул его Петрову, – начинаем дело, предложение принято!

… В три часа утра за ним пришел Доброскок, шепнул:

– Карпов снял филеров, едем…

– А ваши? Торчат или тоже сняли?

– Одного оставили – не ровен час…

– Снимите, – резко потребовал Петров. – Отныне дело беру на себя. Малейшая несуразность, и все полетит к чертям. Вы отделаетесь выговором, я – жизнью.

… Когда Доброскок и Петров уехали, в квартиру проскользнули Бартольд и Луканов, пробыли там всего минут пятнадцать – этого вполне хватило на то, чтобы укрепить под обеденным столом, только вечером привезенным из магазина, динамит с выведенными на кухню проводами; как подключить их к сети, чтобы комнату разнесло в пух, Петров научился в Париже.

– Итак, – заключил Герасимов, – послезавтра, когда вы до конца приведете в порядок квартиру, – груз Бартольд с Лукановым занесли, так что с этим все в порядке, – позвоните по моему телефонному аппарату и пригласите на новоселье, на три часа… Убежден, Карпов понудит вас звонить со своего номера, в присутствии кого-то третьего, пусть вас это не останавливает… Если мои люди увидят, что Курлов, Виссарионов и Карпов, – возможно, кто еще, из судебного ведомства, – войдут к вам за полчаса до моего визита, в дверь постучит мужчина, поинтересуется, сдана ли квартира; это мой человек, это будет для вас условный сигнал… Идите на кухню и подсоединяйте провода… И сразу же выбегайте из квартиры, вас увезут в безопасное место… Впрочем, нет… После взрыва обязательно загляните за фанерку… Если поймете, что гости ранены или, того хуже, просто ушиблены, всяко может быть, дострелите. Потом вылейте бутыль с керосином и бросьте спичку… Если уж играть – то по-крупному, без досадных случайностей…