Сказки старой Англии (сборник) - Киплинг Редьярд Джозеф - Страница 95

95

«Аминь, – говорю я ему. – Вот я тут привез тебе, что удалось наскрести… Есть у вас пробоины?»

«Ничего, мои люди займутся этим, когда будет время».

И он заговорил о чем-то с тетушкой, пока матросы выгружали всякую всячину из нашего трюма и с палубы. Был там, кажись, и старый Мун, он кивнул мне издали: разговаривать было некогда. Уже испанцы завели свои молитвы с колоколами и свечками, когда мы наконец разгрузили «Святого Антония». Двадцать две тонны разного добра – вот сколько я ему привез.

«А теперь, Сим, – говорит мне тетушка, – пора и честь знать. Мистеру Дрейку не до нас. Он велел доставить нас домой на Бридпортском шлюпе. Охота мне еще потолковать с теми молокососами!»

«Да вот же наше собственное судно, – говорю я, – готовое и чистенькое!»

«Хоть сейчас на бал, – усмехнулся Фрэнки. – Осталось начинить его смолой и серой и устроить фейерверк. Если этих чертовых испанцев пальбой не загонишь на мели, я выпущу на них брандеры – и подкопчу их на славу!»

«Я дарю ему свою половину «Святого Антония», – говорит мне тетушка. – А как насчет твоей?»

«Она сама это предложила», – засмеялся Фрэнки.

«Жаль, я не слышал, о чем вы толковали, – говорю я. – А то бы я первый это предложил».

И я показал ему, как лучше ставить паруса на «Антонии»; и видя, что ему и впрямь некогда, мы перешли на шлюп и отплыли к дому.

Но Фрэнки, скажу я вам, был настоящий джентльмен. Умел, когда нужно, оказать почет! Пока мы проплывали у них под кормой, он стоял с непокрытой головой на полуюте, как будто моя тетушка – сама английская королева, и его музыканты играли на серебряных трубах «Благословенную Мэри»… Господь с вами, барышня, да неужто я вас огорчил?

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Сквозь березовый подлесок на поляну выбрался вспотевший и запыхавшийся Лукнор.

– Наконец-то погрузили! Ну и возни с этой деревяшкой! Мастер Дан, мисс Уна, хотите прокатиться на ней домой?

Лесорубы столпились внизу на дороге. У всех был довольный вид. Гигантское бревно лежало на подводе, прикрученное цепями крест-накрест.

– Лисий Мяч, а куда его теперь повезут? – спросил Дан, вскарабкавшись вместе с Уной на верхушку ствола.

– В Рае, на верфи, сделают из него киль для рыболовной шхуны: так я слыхал. Ну, держитесь крепче!

Он щелкнул кнутом, и дубовый ствол дернулся, накренился, выправился и поплыл, покачиваясь, над дорогой, точно гордый корабль по морским волнам.

Юность Фрэнки

Старый Горн к Атлантике вострубил:            (Э-гей! Э-ге-гей!)«Уж не ты ли наставником Фрэнку был?Он, убрав брамселя, на закат проплыл».            (Возле мыса Горн!) Океан Атлантический отвечал:«Нет, меня он на всех парусах промчал.Может, в Море Северном он мужал?»            (У песчаных дюн!) Отвечало Море издалека:«Да, я знаю этого паренька.Фрэнком Дрейком он звался, когда был юн.            (У песчаных дюн!) Сумасшедшие штормы мои не раз,Как котенка, трепали его баркас —Так, что он лишь чудом команду спас.            (У песчаных дюн!) Я его осыпало градом и льдомИ, как плеткой, хлестало его дождемИ швыряло с размаху на волнолом.            (У песчаных дюн!) Он учился править сквозь ночь и мракОт Мардейка до Дюнкерка на маяк,Иль на выстрел из пушки, когда туман.            (У песчаных дюн!) Он еще был зелен и безбород,Как уже ненавидел Испанский флот,И, клянусь, он свел с ним недурно счет.            (У песчаных дюн!) Если есть у вас буря, гром или шквал,Чтобы он подобного не знавал,Когда шкурой три раза в день рисковал,            (У песчаных дюн!) Если вы таите такой подвох,Что способен его захватить врасплох,Дабы выхода он отыскать не мог, —            (Возле мыса Горн!) Я готов прозакладывать нынче вам            (Э-гей! Э-ге-гей!)Свои Брюгге, Лейден и Амстердам,Да еще впридачу Ньюпорт отдам.Так смелей, капитаны, навстречу штормам!            (Возле мыса Горн!) Перевод Г. Кружкова

Древо правосудия

Перевод М. Бородицкой

Баллада о заброшенном карьере

Закрылись двери кабака,    И смеркся день весенний.В господский лес два паренька    Пошли стрелять оленей. Но были оба под хмельком    И расшумелись так,Что лорд послал за лесником,    А тот спустил собак. …Убит олень, убита лань —    Добыча недурная,Как вдруг из леса – крик и брань,    И псы зашлись от лая. Тут парни из последних сил    Пустились наутек,Но в чаще путь им преградил    Зеленый огонек. И страж невидимых ворот    Вскричал: «Людское семя!Как вы посмели наш народ    Будить в ночное время?» «О, сжалься! Здешних всех лесов    Лорд Пелем господин,И сворами свирепых псов    Владеет он один. О, дай пройти, не то настичь    Успеет нас лорд Пелем,И никогда лесную дичь    Мы больше не подстрелим!» «Бросай свой нож, бросай свой лук    И стрелы – в тот овраг,И я избавлю вас от мук,    Укрою от собак». Вот острый нож и лук тугой    Оставлены на склоне,И распахнулся холм лесной,    И скрыл их от погони. «Что там за грохот, что за стук,    Скажи нам поскорей!» —«Земного эха дальний звук    Не для людских ушей». «Что там за пламя, что за свет    Блестит во мраке ночи?» —«Огней подземных дальний след    Слепит людские очи». «А что за ложе тверже льда    И снега холодней?» —«То златоносная руда    И россыпи камней. В наш древний край спустились вы    Дорогою короткой —Зато не очутились вы    В темнице за решеткой!» Очнулись парни – уж давно    Над лесом рассвело.В карьер заброшенный, на дно    Их ночью занесло. А вслед одна из гончих сук    Упав, сломала спину…Друзья нашли свой нож и лук    И схоронили псину. Но что там был за дивный край,    И кто их спас в ночи?Не знаешь правды – не болтай,    А знаешь – помолчи. Перевод М. Бородицкой