Узбекские народные сказки. Том 1 - Афзалов Мансур Иноятович - Страница 53

Чтобы ещё и тайны волшебства постичь, стала Карасоч-пэри у чародея учиться. Проучилась она два года, и сказал ей чародей:

– Царевна, всему, что я сам знаю, вас научил, больше уж ничему научить не могу.

Снял он со своего среднего пальца кольцо, отдал его Карасоч-пэри и заявил:

– Все волшебство, все тайны, которым я вас учил, в этом кольце. Поверните его направо – услышите чей-то голос, скажите ему, чего вы желаете, и все ваши желания исполнятся. Налево кольцо повернете – и опять все станет таким, каким было прежде. А не повернете кольцо – все, что сделалось по вашему желанию, таким навеки останется. Если же вы кольцо потеряете, все, чему вы от меня научились, все ваше волшебство и чародейство пропадет.

Сказал он так, надел почтительно кольцо Карасоч-пэри на палец и ушел.

Исполнилось Карасоч-пэри восемнадцать лет, стала она еще умнее, еще прекрасней. Слава о ней по разным странам пошла; шахи, ханы, беки, даже не повидав ее, один за другим стали к ней сватов засылать. Дошло дело до того, что шахи семи концов света решили: если не добром, так силой на Карасоч-пэри жениться – и отправились походом на ее страну.

Как узнали об этом жители государства Шом, напал на них страх и ужас. «Что же будет? – подумали они. – Выйдет Карасоч-пэри за одного шаха замуж, а остальные шесть шахов войну затеют, наши города и селения разрушат, людей перебьют».

А семь шахов написали семь посланий и отправили их со своими гонцами отцу Карасоч-пэри. И в каждом послании было написано:

«Отдайте мне Карасоч-пэри в жены, а не отдадите – столицу государства Шом разорю и прах по ветру развею».

Читал шах одно за другим эти послания, и голова у него кругом пошла. Созвал он своих визирей, но и те ему ни одного толкового слова сказать не смогли. Взял шах все эти послания и пошел к Карасоч-пэри. Прочитала девушка послания семи царей, смех ее разобрал.

– Что ж, мудрый шах, – сказала она, – они к вам, как паломники, с поклоном в гости пришли, а вы их не встречаете, за городом держите. Нехорошо. Надо их всех вечером во дворец пригласить, как гостей принять.

Написала она на каждое послание ответ, дала свои письма шаху в руки и заявила:

– А гонцам от меня поклон передайте, эти письма вручите, пусть отвезут своим шахам.

Взял шах ее грамотки и отдал их гонцам.

А вечером дворец разукрасили, всюду огни горели, михманхану коврами шелковыми застелили, одеяла бархатные, подушки пуховые положили.

Сидят в михманхане семь шахов, Карасоч-пэри ждут. Вошла Карасоч-пэри со своими служанками, поклонилась.

– Добро пожаловать, гости дорогие! – сказала и покрывало на лице приподняла. Как увидели шахи ее красоту, улетел из их голов рассудок, онемели они, как рыбы.

Во дворце тихо-тихо стало. А Карасоч-пэри так сказала гостям:

– Посланья ваши я с радостью прочитала. Каждый из вас просит меня за него замуж выйти. Но я ведь одна, а вас много. Поэтому идите соберитесь вместе, посоветуйтесь по-хорошему, кому одному из вас моим женихом быть, и мне скажите. Ну, а если вы сами к согласию прийти не сможете, тогда я поставлю вам одно условие. Кто его выполнит, за того замуж выйду. А условие я вам после скажу.

Сказала так Карасоч-пэри и ушла. Гости тоже уходить собрались.

А Карасоч-пэри вернулась к себе, повернула кольцо, сразу же чей-то голос послышался:

– Ждем твоих приказаний.

Тут Карасоч-пэри приказала, чтобы во дворе было двести львов и чтоб на каждом льве сидел воин с оружием.

– Приказ выполнен, – отвечает голос.

Начали шахи один за другим с места подниматься. Вид у них был растерянный, словно они арбуз из-под мышки уронили, а лица кислые, как набухшие в воде лепешки.

Только вышли шахи из дворца, а на дворе страшные львы рычат и на них воины сидят с копьями да мечами. Как увидели львов и воинов шахи, сердца у них затрепетали. Кинулись они что было духу назад во дворец, поклонились Карасоч-пэри в ноги, начали умолять:

– Ох, царевна! Мы же ваши гости, помогите нам подобру-поздорову из вашего дворца уйти.

Вышла Карасоч-пэри из дворца, все воины верхом на львах, в ряд выстроились, поклонились. Мимо них, впереди пошла Карасоч-пэри со своими девушками, а за ними цари ни живы ни мертвы зашагали. Проводила так царей Карасоч-пэри и вернулась во дворец.

На другой день на рассвете послал шах к шахам узнать, что они порешили. Ездил, ездил гонец – никого около стен города не нашел: шахи, оказывается, так напугались, что, ничего друг другу не говоря, ночью, как трусливые зайцы, убежали со всеми своими войсками в свои страны.

А к Карасоч-пэри с каждым днем все больше и больше сватов приезжало от беков и царевичей. Но она никого не принимала, и приходилось им ни с чем домой возвращаться.

Пришел однажды шах к Карасоч-пэри и говорит ей со слезами:

– О свет очей моих, умница моя, пожалей мою старость, дай глазам моим на тебя порадоваться, на свадьбу твою поглядеть. Вот и сейчас к тебе сваты от царевичей, от знатных людей приехали – выбери себе одного из них, не затопчи мой совет в землю.

Долго думала Карасоч-пэри и сказала:

– Отец, подождите еще три дня.

Тогда шах попросил сватов подождать во дворце три дня.

На третий день Карасоч-пэри сказала, чтобы все, кто есть во дворце, собрались у реки около холма Кырк-кыз.

Вечером отправились дворцовые люди к холму и видят: горят у реки светильники, цветов полно на холме, по холму из родников ручьи струятся, птицы поют. Визири шахские тоже ничего не понимали и друг друга спрашивали:

– Что это все, во сне или наяву?

Вдруг послышались голоса:

– Смотрите! Смотрите!

Светильники один за другим погасли, и река погрузилась во тьму. Людям страшно стало, но тут музыка зазвучала, девушки веселые песни запели. И на самой вершине холма появилась освещенная факелами Карасоч-пэри. Поклонилась она всем собравшимся и сказала:

– За того, кто на этот холм взойдет и меня за руку вниз сведет, я замуж выйду.

Музыка заиграла, девушки плясать начали, окружили Карасоч-пэри и вместе с троном подняли на воздух. Юноши все вверх на холм бросились. Но чуть станет кто к вершине холма подходить, падает и назад катится. Скатится так один раз, а второй раз подниматься уже смелости не хватает.

Оставим пока Карасоч-пэри на вершине холма с ее девушками, послушайте о другом.

В стране Рум правил жестокий царь, который тем был знаменит, что людей мучил, казнил, в зиндане гноил. Этот царь тоже, наслышавшись про красоту Карасоч-пэри, хотел было взять ее себе в жены; войско собрал, в поход отправился, а когда у него это дело, как и других царей не вышло, во второй раз идти не осмелился.

Тогда он заставил художников нарисовать ему портрет Карасоч-пэри и держал этот портрет в своей царской казне. У этого царя был восемнадцатилетний сын – царевич Кадыр. Гулял он однажды со своим другом Надыром по дворцу и зашел в царскую казну. Увидал там он портрет Карасоч-пэри и; пораженный ее красотой, упал без памяти. А когда он в себя пришел, царь его спросил:

– Эй, свет очей моих! Что с тобой случилось? Расскажи мне!

Кадыр-царевич медленно открыл глаза, показал на портрет и сказал:

– О, родитель мой! Кто эта царевна? Расскажи мне скорей, где она живет.

Царь начал сына успокаивать: – Портрет этот нам в наследство от предков остался. Зачем тебе думать о том, что когда-то жила такая красивая женщина, и попусту мучить себя? А если ты хочешь жениться, я тебе девушку найду еще красивее этой.

Солгал так царевичу царь и ушел в свои палаты.

А Кадыр с каждым днем все больше и больше горевал и печалился. Наконец он узнал от придворных, что это портрет Карасоч-пэри, что она чародейка и только за того выйдет замуж, кто тайну ее волшебства раскроет.

Пошел тогда Кадыр-царевич к шаху и попросил отпустить его в страну Карасоч-пэри, чтоб ее чародейство раскрыть. Но царь понял, что если сын его пойдет в страну Шом, то обязательно пропадет и домой не вернется, и не дал ему разрешения. Тогда Кадыр поклялся, что если царь не отпустит его, то он и так уйдет.