Я не в твоей власти (СИ) - Середа Светлана Викторовна - Страница 31

— Умеешь ты приложить, — со вздохом признала она, откидываясь на спинку кресла. — Только в своем мальчишеском упрямстве никак не хочешь понять: сейчас у нас есть возможность решить проблему малой кровью. А Великий Князь Га'Эрта, когда вернется, не будет стесняться в средствах: одним ударом уничтожит всех виновных, а заодно половину невиновных. Чтобы второй половине было неповадно.

— Я понимаю. Прости, Аль, — юноша, тоже разом растеряв весь свой запал, наклонился и почти с мольбой тронул ее руку. — Давай подождем еще немного. Они справятся. Ведь им есть, за что бороться.

— «Им есть, за что бороться», — невесело передразнила Альтерра. — А нам? Тебе когда-нибудь доводилось бывать в Пустых Мирах?

— Нет.

Юноше удалось это произнести почти спокойно. Младший брат не сумел скрыть эмоций: передернулся от страха и отвращения. Альтерра понимающе усмехнулась.

— Я была чуть старше Лэйо. И провела там два Взмаха. Всего. Но мне хватило.

Девушка вскинула голову, обвела братьев сумрачным взглядом.

— И я готова на все, чтобы не попасть туда снова.

Глава 7

Ласковые волны баюкали меня, как младенца в колыбели, и я, улыбаясь, уплывала в сон. Порой налетал шторм, желудок подступал к горлу, и я инстинктивно поворачивала голову набок, опасаясь, что меня стошнит. Но потом накатывала следующая волна — и снова уносила в океан беспамятства.

Так продолжалось бесконечно долго. Наконец, стихия, устав от своей безвольной игрушки, выплюнула меня на берег. Я долго лежала неподвижно, приходя в себя, пытаясь осознать реальность. Было тихо и темно. Я пошевелилась, прислушалась к ощущениям: обнаженное тело было окутано чем-то мягким и прохладным, напоминающим шелк.

— Доброе утро, Юлия, — произнес над моей головой знакомый сухой, чуть скрипучий голос. Меня охватила странная смесь облегчения и ужаса. Облегчения — потому что Дан, чем бы он ни занимался той ночью, к этому похищению явно не имел никакого отношения. Ужаса — потому что голос принадлежал Грегору белль Фарро, и я боялась даже подумать о том, зачем могла ему понадобиться.

В комнате было сумрачно. В изголовье кровати, на которой я лежала, неярко горела лампа.

— Все еще утро? — машинально удивилась я.

Мне казалось, что прошло как минимум несколько часов.

— Уже утро, — поправил белль Фарро. — Вы проспали больше суток. Я не будил вас. К сожалению, вещество, которое вам пришлось вдохнуть, вызывает сильное похмелье, а мне не хотелось, чтобы неприятные ощущения отвлекали вас от нашего… общения. К тому же Марта превысила дозировку. Разумеется, она наказана за проступок.

Я села, придерживая у груди шелковую простыню. Взгляд белль Фарро по-хозяйски скользнул по плечам. Меня передернуло.

— Не буду вас смущать… пока, — тонко улыбнулся молодой аристократ. — Одевайтесь. Я жду вас в гостиной.

Комната была довольно маленькой, и две трети ее занимала огромная кровать с белоснежной периной. На спинке кресла висело мое платье — то самое, в котором я была на балу. Интересно, откуда белль Фарро его взял? Оно ведь, кажется, осталось в лавке Фьеротти. Меньше всего мне сейчас хотелось облачаться в этот фривольный наряд, но другой одежды не было.

Я поднялась, неспешно надела платье. Меня подташнивало — то ли от голода, то ли от волнения — но голова была до отвращения ясной. Да, пожалуй, похмелье в кои-то веки пришлось бы кстати — отвлекло от мыслей о будущем…

В соседней комнате обнаружился богато накрытый стол. Свечи в высоких серебряных подсвечниках, пузатые винные бокалы на длинных ножках, ажурные салфеточки. Похоже, радушный хозяин не считал такую мелочь, как время суток, помехой для романтического ужина. Впрочем, никаких окон в комнате не было, и я бы так и не узнала, что сейчас утро, если бы он сам не сказал об этом.

— Присаживайтесь, Юлия, — белль Фарро отодвинул для меня стул: ни дать ни взять, галантный кавалер. — Надеюсь, вас не смутит скромная обстановка. Я мог бы попросить Крэйла прислуживать за столом, но он занят: обеспечивает нашу с вами безопасность.

Я молча села. Белль Фарро приподнял крышку с ближайшего блюда. Из-под нее вырвался клуб ароматного пара, и я невольно сглотнула голодную слюну.

— Рулет из индейки, фаршированный грибами, — пояснил хозяин, выбирая себе кусок пожирнее. — Угощайтесь.

Я продолжала угрюмо сверлить взглядом пустую тарелку. Мне казалось, что если я приступлю к трапезе, белль Фарро расценит это как знак покорности.

Белль Фарро плеснул мне вина, приподнял свой бокал:

— За вас, Юлия. За женщину, которая презирает условности. Этим вы меня и подкупили.

Меня снова передернуло. К бокалу я не притронулась, но не похоже, чтобы моего сотрапезника это смутило.

— Расскажите о себе. Я ведь о вас почти ничего не знаю. Ну, кроме того, что вам нравится наш красавчик Фернанд, — белль Фарро доверительно склонился ко мне. — Никогда не мог понять, что вы, женщины, в нем находите. По-моему, он и на мужчину-то не похож.

Лорд белль Фарро отправил в рот кусок рулета, с видимым аппетитом прожевал и, жестикулируя вилкой, продолжил:

— Мужчина должен быть сильным. Возьмем, к примеру, любовь. Любовные игры — удел слабаков. И женщин. Игра дает иллюзию власти. Вам ведь наверняка доводилось испытывать это ощущение — ощущение того, что мужчина у ваших ног, послушен вашим чарам. И вам нравилось, верно? — я осталась безучастной, но белль Фарро снисходительно усмехнулся, как будто я согласилась с его утверждением. — Это ложное ощущение. Настоящую власть, как и женщину, надо брать силой, — он отхлебнул вина и качнул бокалом в сторону блюда с чем-то нежно-розовым. — Кстати, рекомендую попробовать креветки в сливочном соусе. Бесподобны. Сегодня ночью выловили на диганаррском побережье. Специально для вас.

— Спасибо, я не голодна.

— Напрасно. Наш фамильный повар — просто кудесник. Вильсент не раз пытался переманить его во дворец, но Каролла предан семье белль Фарро. Впрочем, я вас понимаю, — он заговорщицки улыбнулся. — Тоже не любите долгих прелюдий? Ну что ж, тогда не стану испытывать ваше терпение. Идемте в спальню.

Он галантно подал мне руку. Я сумрачно взглянула на него исподлобья и встала, проигнорировав протянутую ладонь. Белль Фарро недовольно нахмурился.

— Знаете, я передумал. Нам с вами некуда торопиться. Я хотел бы провести для вас небольшую экскурсию.

Он распахнул входную дверь, и в гостиную ворвался шум дождя.

— Подойдите сюда. Я покажу вам окрестности. Не бойтесь, над крыльцом крыша, так что ваше прелестное платье не пострадает.

Снаружи было ощутимо холодно. За серой пеленой дождя, в трех шагах от дома, начинался густой ельник. Я обхватила плечи ладонями.

— Как видите, кругом лес, — тоном заправского экскурсовода сообщил белль Фарро. — Так что если вам захочется кричать от страсти — я знаю, с женщинами такое бывает — не стесняйтесь и не сдерживайте своих чувств, вы никого не потревожите.

Порыв ветра бросил в лицо пригоршню ледяных капель и взметнул юбку. Я еще сильнее обняла себя за плечи, пытаясь защититься не столько от мороза, сколько от стоящего рядом мужчины.

— А вот это, — белль Фарро указал за мое плечо, — Крэйл, мой самый верный и надежный слуга.

Я обернулась. Справа от двери стоял коренастый тип с низким лбом и глубоко посаженными глазами. На поясе у него висел меч. Тип угрюмо смотрел в сторону леса.

— Крэйл — немой, так что светскую беседу, увы, поддержать не может. Впрочем, он и без того не слишком общительный, — белль Фарро заботливо приобнял меня за плечи. — Вы совсем продрогли, Юлия, идемте в дом.

— Спальню вы уже видели, — продолжал экскурсовод, когда мы снова оказались в гостиной. — А сейчас я хочу продемонстрировать вам предмет своей гордости.

Он гостеприимно распахнул передо мной дверь, и я в ужасе замерла на пороге, с трудом сдерживая тошноту. Определенно, обстановка этой комнаты вызвала бы жгучую зависть у любого средневекового инквизитора или палача. Вот только я не относилась к ценителям.