Я не в твоей власти (СИ) - Середа Светлана Викторовна - Страница 46

Злость моментально испарилась, сменившись беспокойством. Не то, чтобы я сомневалась в честности принца, но политика — дело темное, скользкое и для меня совершенно непонятное. Мало ли что?

Я пулей вылетела за дверь, растерянно покрутила головой: коридор был пуст, только мои новоявленные телохранители застыли по обе стороны от дверного проема.

— А где Дан?

— У себя, — ответил Ахен (или Гейл? Я так и не запомнила, кто из них кто).

Из-за его бесстрастного тона и выражения лица это прозвучало слишком официально — так секретарша говорит про босса. Я невольно усмехнулась. По-моему, их не у той двери поставили.

В соседней комнате царил кавардак. Приглядевшись, я поняла, что разгром — исключительно Женькина заслуга: на кресле, на столе, на полу — всюду валялись его шмотки. Немногочисленные вещи Дана были аккуратными стопками разложены по кровати. Оба приятеля занимались одним и тем же: собирали дорожные рюкзаки.

— Юлька! — просиял Женя, тут же отбрасывая в сторону и рюкзак, и стопку одежды. — Привет! Я собирался к тебе зайти чуть позже, не хотел будить.

Дан даже не поднял головы. Обиделся? Ну и ладно.

Белль Канто подошел ко мне, озабоченно пригляделся.

— Знаешь, Юлька, что-то ты мне не нравишься сегодня. Похожа на незрелое яблоко. В смысле — кислая и зеленая.

— Ага, и чувствую себя примерно так же, — скривилась я. — Тошнит.

— Может, тебе к магистру сходить?

— Да он знает, он меня вчера сам предупреждал. Это побочное действие заклинания. Должно само пройти.

— Какого заклинания?

Дан по-прежнему не смотрел в нашу сторону, но движения едва уловимо замедлились. Я смутилась.

— Такие вещи с мужчинами не обсуждают, вообще-то. Скажи лучше, куда это вы намылились?

— Есть одно дело… — Женька состроил виноватую гримаску. — Прости, не могу сказать. Его высочество взял с нас слово, что мы будем молчать до возвращения.

Гм. У его высочества это обычная тактика, как я посмотрю.

— Так вы по его заданию отправляетесь?

— Не совсем, но с его ведома и одобрения. Идея принадлежала Дану, Фернанду она понравилась.

— А особенно ему понравилась возможность сплавить меня подальше, — мрачно вставил Дан, не отрываясь от своего занятия.

Я окинула взглядом вещи: в основном одежда, предметы личной гигиены, несколько амулетов. Ничего такого, что могло бы намекнуть о цели путешествия.

— Это опасно?

— Неа, — Женька беспечно помотал головой. — Просто дипломатическая миссия.

— Если это безопасно, останься здесь, — Дан поднял голову. — Мне будет куда спокойнее, если рядом с Юлией останется кто-то, кому я доверяю.

— Я тебя одного не отпущу, — в Женькином голосе проскользнула усталая нотка, и я поняла, что этот разговор повторялся уже не раз.

— У меня есть, что им предложить.

— Ты уверен, что тебя станут слушать?

Дан молча вернулся к упаковке рюкзака, но в его движениях появилась резкость, словно он хотел упихать свою ярость вместе с вещами.

— Слушай, ты бы поспал, а? — сочувственно предложил Женька. — К вечеру будешь никакой.

— Соберу вещи — и посплю пару часов, — сухо ответил Дан. — Время есть.

Женька повернулся ко мне:

— Кофе будешь?

— Угу, — я сглотнула тошноту. — Для полноценного завтрака я, пожалуй, еще не созрела.

— Отлично. Пойдем к тебе, поболтаем. Господин Дан нынче не в духе.

Мы вышли из комнаты, и Ахен с Гейлом двумя тенями двинулись за нами.

— А что он делал всю ночь? — поинтересовалась я.

Женька вздохнул:

— Где он был вечером и утром, я сам не знаю. А ночь провел в библиотеке.

— В библиотеке? — меньше всего я ожидала такого ответа. — Что он там делал?

— Думал.

Женя подергал за шнурок, вызывая горничную, и по-хозяйски плюхнулся в кресло.

— Ну, так что это за ерунда со свадьбой?

— Жень, ты же у нас умный, — я скорчила жалостливую мину. — Придумай сам что-нибудь.

— О, я уже столько вариантов придумал! Один другого страшнее. Надеюсь, что правда окажется тривиальнее. Хотя, зная тебя, я уже ни в чем не уверен.

— Ты говорил с Даном?

— Он мне рассказал твою версию, если ты об этом. Вкратце и без оценки. Но, знаешь, мне кажется, даже он в нее не верит, а ведь я знаю тебя лучше.

— Прости, что разочаровываю, но ничего сверх того я не могу сказать.

— Ты мне не доверяешь? — тихо спросил Женя.

Я потянулась вперед через стол, коснулась его руки.

— Жень, если я кому и могу довериться в этом мире, то только тебе и Косте.

— И все же не скажешь правды ни мне, ни ему?

Я выпрямилась, дернула плечом в неопределенном жесте.

— Это правда… до некоторой степени. Мне нравится Фернанд, я ему тоже. А любовь… если повезет, придет со временем.

— Мы за тебя беспокоимся.

— Я знаю. Не волнуйтесь, я уже большая девочка. Может быть, я не умею махать мечом, но в своих сердечных делах как-нибудь разберусь.

— Надеюсь, — Женька отвел глаза, и я поняла, что он ни на йоту не верит в мою браваду.

Свадебная церемония — по крайней мере, по описанию — оказалась довольно простой, и свою роль я заучила быстро. А самое приятное, что после обряда новобрачные могли сразу отправляться в спальню. Увеселительная программа: пир, танцы и все такое — предназначалась для гостей. Меня это радовало несказанно, потому что я сомневалась, что смогу сохранить царственную невозмутимость, пока толпа высокородных гостей будет рассматривать меня, как племенную кобылу.

Народные гуляния по случаю женитьбы наследника — а значит, и представление новой принцессы широкой общественности — откладывались на ближайший выходной, а официальные приемы и вовсе растягивались на целый месяц. Мои наставники решили не перегружать меня лишней информацией и разбираться с проблемами по мере их появления. А наиболее актуальной проблемой пока что были неформальные «смотрины»: хотя официальные мероприятия предполагались после свадьбы, правила хорошего тона требовали от принца представить невесту хотя бы своим ближайшим соратникам. Перед каждой встречей Фернанд и лорд Дагерати выдавали мне краткую справку о посетителе и его месте во внутренней политике государства, а также список предполагаемых вопросов и рекомендуемых ответов на них.

Часть гостей рассматривала меня с искренним любопытством, как заморскую диковинку, видимо, силясь понять, что нашел в этой плебейке наследный принц. Другие весьма недвусмысленно выражали недовольство его выбором. Порой так и подмывало огрызнуться в ответ, и только ладонь Фернанда, сжимавшая мою руку, удерживала меня в рамках приличия.

Сам Фернанд вел себя безупречно. Он с одинаково любезной улыбкой принимал поздравления и парировал бестактные замечания. После одной особо напряженной встречи, наслушавшись изысканно-вежливых оскорблений в свой адрес, я не выдержала и разревелась прямо в кабинете. Фернанд обнял меня сзади за плечи, коснулся губами макушки и долго стоял, пережидая, пока слезы иссякнут.

— Прости. Я понимаю, как тебе тяжело. Эти снобы и меня порой доводят до белого каления. Но они нам нужны. Граф белль Арано самый невоздержанный на язык, но он верен короне и примет любое королевское решение. Бояться нужно тех, что улыбаются, глядя в глаза, а потом втыкают кинжал в спину… Хочешь, я отменю все встречи на сегодня?

— Нет, — я помотала головой, все еще всхлипывая. — У нас и так мало времени. Я справлюсь.

Принц обошел кресло и протянул мне руку, заговорщицки улыбаясь:

— Тогда пойдем прогуляемся по саду. Я покажу тебе место, где прятался от наставника, когда был маленький.

Он произнес это совершенно естественно, словно и не стояли между нами ни шантаж, ни политика — просто заботливый жених успокаивает взволнованную невесту. Это было так… нормально, что я чуть снова не расплакалась от нахлынувших чувств.

Самым опасным и скользким моментом, как и следовало ожидать, было мое туманное происхождение. Лорд Дагерати заставил меня изучить всю доступную информацию по Кэр-Аннону, но главным образом мы с ним отрабатывали способы вежливого ухода от ответа — так, чтобы даже самые беспардонные нахалы поняли, что спрашивать дальше не только бестактно, но и бесполезно. Особо любопытным и настойчивым Фернанд доверительно сообщал, что не хочет подвергать любимую женщину еще и опасности со стороны кэр-аннонских спецслужб.