Тито - главарь предателей - де Жувенель Рено - Страница 23

В марте 1945 г. на Всеславянский собор в Софию прибыл Милован Джилас. Костов принял его в своем кабинете. Джилас упрекнул его в том, что он не осуществил план Тито.

«Следовало сообщить Политбюро, хотя бы и вопреки действительности, что Димитров дал положительный ответ, принять на основе этого решение, объявив на скорую руку федерацию. Цель оправдывает средства, — заявил мне Джилас».

Итак, надо наверстать упущенное время, для чего «следует широко пропагандировать в народных массах идею присоединения к Югославии, доказывая, что для маленькой и бедной Болгарии нет, мол, никакого будущего вне Федерации южных славян».

Ниже мы увидим, как Костов и его сообщники попытались навязать Болгарии этот довод.

По мнению Джиласа, на первый план следовало пока выдвинуть задачу немедленного присоединения Пиринского края к Македонской народной республике. Югославские дипломатические представители в Софии должны были наладить это дело и установить необходимые связи между министерствами внутренних дел обеих стран.

Сказано — сделано.

Для начала члены костовской клики назначаются на наиболее важные посты, если они еще таковые не занимали.

Иван Стефанов, старый друг и двоюродный брат известного троцкиста Раковского, завербованный в Интеллидженс сервис в 1932 г. Стэнли Брауном и восстановивший контакт с этой организацией в 1945 г. (при помощи шпионов Бейли и Гозлинга), стал министром финансов.

Никола Павлов, с которым мы уже встречались в плевненской тюрьме — заместитель министра строительства и путей сообщения.

Н. Начев, агент Интеллидженс сервис с 1941 г. (один из служащих промышленника Славова, которому он за соответствующее вознаграждение доставлял различные сведения), стал заместителем председателя государственного комитета по хозяйственным и финансовым вопросам. Этот комитет был своего рода государством в государстве, что позволяло Костову принимать решения по экономическим вопросам без утверждения их правительством.

Борис Христов в 1928 г. был анархистом, и вполне естественно, что в 1943 г. он сделался осведомителем полиции. Находясь на посту торгового представителя в СССР, он снабжал информацией югославского коммерческого атташе в Москве.

Цоню Цончев, который был доносчиком еще в 1924 г., когда он являлся членом Союза коммунистической молодежи, стал в 1941 г. с помощью шпионов Оскара Андерсена и Джеймса Кларка американским агентом.

Он занимал пост управляющего Болгарским народным банком.

Кирилл Славов[33] агент Интеллидженс сервис, был директором государственного объединения резиновой промышленности. Этот пройдоха был крупным капиталистом. Еще в период фашистской диктатуры, он, по свидетельству своего осведомителя Начева, «подготовлял почву». Славов «нанимал на свою фабрику коммунистов, преследуемых властями. Чтобы завоевать их доверие и приобрести среди них влияние, он оказывал им материальную помощь. Он действовал так ловко, что после 9 сентября, когда была установлена власть Отечественного фронта, он не только очутился в рядах компартии, но и завоевал репутацию самого прогрессивного предпринимателя, друга и доверенного лица партии…»

Иван Тутев, завербованный Интеллидженс сервис в 1936 г. в Берлине, был директором внешней торговли.

Были и другие, десятки других, занимавших либо руководящие посты, либо важные посты на разных ступенях административного и хозяйственного аппарата.

Таким путем обеспечивалась организация экономического вредительства.

Что касается работы по подрыву национального единства, то в этой области действовала другая группа, в которой состоял, например, Васил Ивановский, осведомитель полиции с 1942 г., назначенный инструктором отдела пропаганды ЦК коммунистической партии и председателем Македонского национального комитета культурно-просветительных учреждений, и Илья Боялцалиев, который в 1942 г. просил о зачислении его в полицию, при немцах служил офицером оккупационного корпуса в Югославии, действовавшего под командованием немцев, а впоследствии превратился в политического руководителя строительных рабочих Софии. Поскольку он был братом македонского министра Христо Боялцалиева, было совершенно естественно, что он готов верно служить Тито.

Это лишь некоторые из предателей.

Бывший министр финансов Стефанов с большим цинизмом рассказывал о планах банды:

«Мы стремились действовать таким образом, чтобы вызвать недовольство народных масс и скомпрометировать политику партии. Мы полагали, что могли достигнуть этого, осуществляя вредительство и другую антинародную деятельность в определенных масштабах. Однако для подобной деятельности необходимо было завербовать еще и других лиц…

Костов поручил мне вести подрывную работу в области финансов и табачной монополии.

…Мне помогал заместитель министра Георгий Петров, ранее работавший в финансовом отделе Высшего экономического совета.

По моему предложению Петров был назначен в 1946 г. генеральным секретарем министерства финансов. Сведения, которыми я располагал о нем, говорили о том, что это карьерист, который в целях удовлетворения своих честолюбивых стремлений поддерживал вплоть до 9 сентября 1944 г. дружеские связи с влиятельными профашистскими кругами тех учреждений, где он работал.

…До 1949 г. включительно финансовый план разрабатывался по моим указаниям на основе приблизительных данных о выполнении его статей за предыдущий период. При этом не делалось никаких попыток использовать все возможности для накопления резервов, которые позволили бы удовлетворить нужды трудящихся в области здравоохранения, образования и снабжения, а также обеспечить более значительные кредиты для производства строительных работ».

«Прокурор Димчев: К чему это приводило на практике?

Стефанов: К замедлению темпов общего развития страны, ее культурного и экономического развития. Уже тот факт, что за тот период в три с лишним года, когда я находился во главе министерства финансов, бюджетные поступления оказались выше, чем это было предусмотрено планом, свидетельствует о том, что мы не произвели настоящего учета всех возможностей. Во время разработки государственного бюджета, опять-таки согласно моим директивам, мы занизили контрольные цифры приходной части бюджета, завысив в то же время расходную часть. Этим государству был нанесен явный ущерб. В самом деле, так как намеченная сумма поступлений была ниже той, которая могла быть получена в действительности, то, после того как она была получена, финансовые органы уже не заботились о том, чтобы получить все суммы, которые к ним могли поступить».

Вредительская деятельность проводилась в вопросах бюджета, налогов, денежного оборота, валютного обмена, если таковой имел место. Она затрагивала и промышленность: важнейшие заводы закрывались под предлогом осуществления концентрации промышленности, тогда как второстепенные, дефицитные предприятия продолжали функционировать.

То же самое происходило и в сельском хозяйстве. В силу недостаточного контроля над обложением кулаков, саботировавших создание коллективных хозяйств и прятавших хлеб, кулаки имели возможность скрывать часть своих доходов и таким путем сохранять свои позиции. Кроме того, проводилась реквизиция хлеба во время молотьбы, что вызвало недовольство крестьян-бедняков, и т. п.

Югославским агентам давалась возможность проникать повсюду, даже в министерства. В течение двух с лишним лет, вплоть до мая 1948 г., специальный агент Ранковича Иован Божевич работал в болгарском министерстве внутренних дел. Такая же картина наблюдалась в Государственной плановой комиссии, в Главном статистическом управлении и т. д.

Вредительство проводилось и в области внешних сношений. С Румынии требовали оплаты в золоте через швейцарские банки (чтобы кое-кому легче было поживиться) за пшеницу, которую Болгария обязалась поставить в 1946 г., когда в Румынии была сильная засуха. Отказывались поставлять табак Советскому Союзу, предлагая его в то же время капиталистическим странам; во время торговых переговоров с болгарской стороны были предложены крайне низкие цены за советские товары, тогда как за болгарские товары требовали у станов* ления завышенных цен.