Эртан. Дилогия (СИ) - Середа Светлана Викторовна - Страница 61

- В том самом, куда он приглашал вас вернуться?

- Нет.

Вереск, который и до этого не пылал энтузиазмом, после вопроса о загадочном проекте совсем скис. Я поспешно перевела разговор на другую тему:

- А что это за мифический Пятый факультет? Он так и называется? Никогда о нем не слышала.

- Это закрытый факультет. На него нельзя поступить, туда отбирают студентов старших курсов стихийных факультетов. Не знаю, какое у него официальное название, но все называют его просто Пятый факультет.

- У нас бы его назвали факультет социального управления, – мимоходом заметил Женя, поливая блинчик густым сиропом ядовито-зеленого цвета.

- Так кого там учат? Королей и госчиновников, что ли?

- Нет. Тех, кто управляет королями и госчиновниками.

- То есть?

Вереск посмотрел на меня, как на приготовишку, который после трех часов объяснений так и не понял принцип рисования закорючек. В воздухе отчетливо запахло очередной ссорой, и Женя привычно переключился в режим "Миротворец":

- Я объясню, ешь спокойно. Кстати, рекомендую попробовать эту подозрительную зеленую субстанцию. Не знаю, из какой травы ее делают, но на вкус бесподобно. – Женя отправил в рот еще кусок блинчика, прожевал и деловито продолжил. – Так вот, про Пятый факультет. Если помнишь, уходя, Наэйри поручили эльфам заботу о людях. И не смотря на то, что прошло много тысячелетий, эту задачу никто не отменял. Правда, в последнее время среди эльфов нет былого согласия по "человеческому вопросу". Одни говорят, что поскольку Найэри, образно выражаясь, забили на этот мир болт, с возложенной ими миссией можно поступить аналогично. Другие полагают, что если предоставить людей самим себе, то очень скоро можно недосчитаться пары континентов. Эта фракция пока что более многочисленная, а главное – более влиятельная. Вот на Пятом факультете как раз и готовят специально обученных товарищей, которые управляют человечеством.

- В каком смысле – управляют? То есть любой задрипанный эльф…– я покосилась в сторону Вереска, – ну ладно, любой специально обученный эльф может заявиться к королю и потребовать, например, снизить налоги?

- Во-первых, не любой. Переговоры с главами государств ведутся на уровне Эльфийского Совета. Во-вторых, в политику и экономику эльфы особо не вмешиваются, если только это не какие-нибудь глобальные вопросы. А вот потенциально опасные научные исследования могут притормозить.

- Например, изобретение огнестрельного оружия? – догадалась я.

- Умница, возьми с полки пирожок, – Женя положил мне на тарелку крошечную булочку с кремом.

- А человеческих правителей это устраивает? Почему они не могут отказаться подчиняться эльфам?

- Нет, пирожок ты не заслужила, – белль Канто сокрушенно покачал головой и сделал попытку цапнуть булочку обратно, но я перехватила его руку.

- Ты имеешь в виду, что человеческая цивилизация всецело зависит от магии, монополией на которую обладают эльфы? Но ведь и среди людей рождаются маги. Пусть редко, но опытному генетику и нескольких разнополых экземпляров достаточно.

- Слишком редко. К тому же, – Женя зловеще ухмыльнулся, – хотел бы я посмотреть на того Вавилова, которому удалось бы уговорить Аллотара Повелителя Воды или Эстер Огненную поучаствовать в генетических экспериментах. Нет, если бы это был перспективный путь, эльфы бы давно его исследовали. Некое подобие магии есть у чхенов, но она весьма специфическая, базируется на ритуалах и обрядах и к применению в быту малопригодна. Скорее, это даже не магия, а клерикалка. Чхены – единственный народ Эртана, у которого есть зачатки религии. Видимо, потому что они мало попали под влияние эльфов…

- А при чем здесь эльфы?

- Ну сама подумай. Как возникла религия на земле? Люди начали задаваться различными вопросами экзистенциального характера, а ответить на них было некому. А в Эртане у них нашлись добрые пастыри, которые моментально просветили людей насчет происхождения мира, появления живых существ и всего такого.

- Я так поняла, что согласно местной мифологии, мир был сотворен неким Создателем. Это разве не религия?

- Не совсем. В отличие от земных религий, ему тут никто не поклоняется, не возносит молитв, не ожидает от него решения проблем и не обвиняет в несправедливости мироустройства. Он просто сотворил мир. Потом пришли Найэри.

- А они не боги?

- К ним относятся как некой высшей расе, а не как к божествам. То есть опять же – никаких молитв и поклонений. В качестве сильно упрощенного примера можно было бы привести отношение индейцев к конкистадорам – если бы испанцы вели себя менее агрессивно: за ними охотно признают превосходство, но никто не испытывает энтузиазма при мысли об очередном пришествии… Да, кстати! – неожиданно спохватился лектор. – То, что я тебе рассказал про Эльфийский Совет, это строго засекреченная информация. Пожалуйста, не обсуждай ее ни с кем. И особенно – с Вероникой.

- А что, она не в курсе? Она же член королевской семьи.

- У нее нет шансов унаследовать корону, а значит, и королевские обязанности. Об истинном положении дел извещаются только те, кому это положено по службе, то есть те, кто непосредственно будет общаться с представителями Эльфийского Совета. Для остальных существует официальная версия. И, кстати, не только для людей. Среди эльфов эта информация тоже не распространяется. Чтобы не разжигать межрасовую неприязнь.

- Надо же, мы попали в компанию избранных, – усмехнулась я.

- Мы попали, Юль, – невесело вздохнул белль Канто. – Этим все сказано. Канцелярия и эльфы и по отдельности способны доставить нам массу неприятностей, а что они могут сделать в тесном сотрудничестве, я боюсь даже представить…

Он налил себе кофе в чашечку тонкого фарфора, сделал глоток и с досадой скривился:

- Холодный! И ведь даже не стыдятся, бездельники. Да если б в замке барона белль Канто слуге пришлось подать гостям холодный кофе, нерадивый лакей сам себя бы высек на конюшне!

Внезапно мне вспомнился еще один вопрос, который мучил меня с позавчерашнего вечера.

- Слушай, Жень. Открой тайну. Я всегда думала, что имя "белль Канто" ты сам себе придумал, но теперь вижу, что это не так. Кто он такой, этот загадочный барон?

- О, барон белль Канто был потрясный мужик, – Женькины губы расплылись в мечтательной улыбке. – Я познакомился с ним в первый год своего появления в Эртане. Так получилось, что я оказал ему одну услугу. Мы подружились – насколько вообще можно говорить о дружбе между нахальным восемнадцатилетним мальчишкой сомнительного происхождения и почтенным шестидесятилетним бароном. Впрочем, у почтенного барона был весьма эксцентричный характер. Он говорил, что я напоминаю ему сына – парень погиб в возрасте чуть старше двадцати. Месяцев через восемь после нашего знакомства он дал мне свое имя.

- Усыновил, что ли?

- Не совсем. Здесь эта процедура называется по-другому и обычно используется для придания официального статуса незаконнорожденным отпрыскам. Она дает имя и номинальный титул, в моем случае – бастард-барона, который предполагает минимальные сословные привилегии и никаких имущественных прав. Меня это вполне устраивало. Без привилегий и денег я вполне мог обойтись, а вот официальный статус был очень кстати. Тогда на Игроков еще смотрели довольно косо, а мне нужно было налаживать связи в обществе. А еще через полгода барон неожиданно умер – якобы от сердечного приступа. Никто, включая меня, разумеется, не поверил, что смерть была естественной. Многие поговаривали, что это устроил я, чтобы оттяпать наследство. В какой-то мере я действительно виноват в его смерти: у барона из-за неуживчивого характера и так было полно врагов, а дружба с кхаш-ти стала последней каплей. Вообрази, какой поднялся шум, когда оказалось, что старик действительно отписал все свое имущество мне.

- Ух ты! – не сдержалась я. – Так ты совсем-совсем настоящий барон? С землями и замком?

- Нет, конечно. Ты не дослушала. Я, в общем-то, старика вполне понимаю: если бы он не указал в завещании наследника прямым текстом, то все досталось бы соседу, графу белль Фарто –он приходился барону какой-то там дальней родней. Граф давно облизывался на земли белль Канто, но барон его терпеть не мог и всегда говорил, что скорее раздаст все нищим, чем оставит этому подонку. Но мне-то это наследство было даром не нужно. Я пришел в Эртан не ради денег, а ради развлечения, и скандал вокруг моего имени никак не вписывался в планы. Пока я думал, как бы выкрутиться из этой щекотливой ситуации, меня разыскали люди Дагерати. Собственно, тогда я с ним и познакомился, и сразу проникся уважением к профессионалу. Ведь глава службы безопасности мог бы просто припомнить некоторые мои подвиги, о которых, я уверен, он был прекрасно осведомлен, и я бы подписал все, что угодно в чью угодно пользу. Потому что память о добром имени барона мне, конечно, дорога, но сам я себе, как ни крути, дороже. Однако его светлость предложил договориться по-хорошему. В результате замок и фамильное состояние белль Канто отошли казне, а у меня сохранилось имя, титул бастард-барона и даже какая-то пенсия от государства. Кстати, ни разу ее не получал, надо проверить счет – может, я уже сказочно богат?