Всегда ты (ЛП) - Моусли Кирсти - Страница 83

Я взглянула на полицейского, который до этого удерживал меня. Он что-то говорил по рации, а затем подошел к нам с Клэем.

– Пожалуйста, помогите ему! – попросила я, сжимая руку Клэя.

Полицейский кивнул.

– Скорая помощь уже едет, – ответил он, разрывая рубашку на теле Клэя. Я вздрогнула, неуверенная, смогу ли взглянуть на рану. Но я просто не смогла отвернуться. То, что я увидела, заставило мое сердце остановиться. Я громко сглотнула, стараясь не измениться в лице. Внизу спины, чуть выше пояса его джинсов была по-настоящему глубокая рана. Кровь текла из нее так быстро, что я снова готова была начать паниковать.

– Дайте мне какую-нибудь ткань или что-то в этом роде, – приказал полицейский, кивая на шкафы.

Я оторвала взгляд от самого страшного и душераздирающего зрелища в своей жизни и заставила себя вскочить. Я открывала каждый ящик, пока не нашла полотенца. Я схватила несколько штук и побежала обратно к Клэю так быстро, как только могла. Полицейский сосредоточился на Клэе, зажимая рану принесенными мной полотенцами, а я сидела и тихо умоляла его не позволять моему мужу умереть.

Я посмотрела на Клэя, его дыхание стало совсем поверхностным и неровным. Лицо казалось расслабленным, как будто он просто спал, такой мирный и идеальный. Ну, за исключением следов, оставленных на его лице Блейком. Я нежно поцеловала его в нос.

– Я люблю тебя, малыш. Все будет хорошо, обещаю. Завтра я обещаю тебе на завтрак блины с шоколадной крошкой. Я даже немного позволю им подгореть, все, как ты любишь, – прошептала я, грустно улыбаясь и снова сжимая его руку.

Я слышала, как полицейский говорит остальным, что у Клэя проколото легкое и что ему срочно нужна медицинская трубка, прежде чем остановится сердце. В его голосе было столько паники, когда он спросил, через сколько приедет скорая... Еще один полицейский помогал ему что-то делать с Клэем, но я не могла оторвать глаз от мирного лица моего мужа. Я провела пальцем по его переносице, кривой губ, скулам, запоминая снова и снова все его черты, пока вокруг меня кто-то суетился.

Казалось, прошла всего пара секунд, и меня попытались поднять, желая поставить на ноги и утащить от Клэя. Я схватилась крепче за его руку, не желая оставлять его ни на секунду: вдруг он очнется.

– Мэм, медики тут, вам нужно отойти и позволить им помочь! – велел мне кто-то. – Пожалуйста, отойдите. – Хватка на моих плечах стала сильнее, и меня оттащили от Клэя.

Я огляделась и заметила несколько новых человек в синей форме. Они сразу же засуетились над Клэем. Я пыталась не вникать в то, о чем они говорили, не желая из-за их слов потерять над собой контроль. Я сосредоточилась на лице Клэя, пока они срезали с него остатки рубашки. Я всхлипнула, заметив, как один из медиков достал скальпель и пластиковую трубку, собираясь разрезать Клэю грудь.

Спустя целую вечность, они все-таки решили, что Клэя можно перемещать. Видимо, трубки, которые они вставили в его тело, помогали ему дышать. Я буквально слышала его сердцебиение. Один из медико сказал самое прекрасное, самое красивое слово из всех, что я когда-либо слышала. Самое лучшее слово, которое придумали за всю историю. Стабилен.

Я почувствовала, как мое тело расслабляется. Я рассмеялась про себя и посмотрела на потолок, повторяя слово «спасибо» снова и снова в своей голове. Но медики все равно выглядели очень обеспокоенными. Они сосредоточенно обсуждали, как лучше переместить Клэя, не навредив ему еще больше. Один из них предлагал перевернуть Клэя, другой – поднимать, как есть. Я нахмурилась, не понимая, что происходит. Они сказали, что он стабилен, почему же тогда медики так напряжены?

Уже знакомый мне полицейский развернул меня к себе лицом.

– Мэм, кому я должен позвонить? Его родителям? Вашим? – спросил он, глядя на меня с сочувствием. Я оглянулась через плечо, видя, как Клэя поднимают на каталку и пристегивают черными ремнями. Почему они так осторожны? – Мэм? – Я почувствовала его пожатие на своей руке и посмотрела на полицейского. Он ждал моего ответа.

– С ним все будет в порядке? Они сказали, что он стабилен, это значит, что все будет хорошо? – прошептала я.

Полицейский грустно улыбнулся.

– Они делают все от них зависящее. Вы будете знать больше, когда его доставят в больницу. Но вы могли бы сообщить, кому мне следует позвонить... – Он замолчал, с надеждой глядя на меня.

Я мало что соображала и не могла думать ни о чем, кроме Клэя. Но я все же осознала, что позвонить его родителям необходимо, они должны знать. Я благодарно улыбнулась полицейскому и достала свой сотовый. Я едва сдерживала себя, и от одной мысли, что мне придется все объяснять его родителям, я почувствовала тошноту. Я протянула телефон полицейскому.

– Номера родителей Клэя. Линда и Ричард. Мои родители – мама и Дэвид, – пробормотала я, оглядываясь на медиков, которые застегивали последние ремешки на казавшемся безжизненным теле Клэя.

– Хорошо, я позвоню им и сообщу, что произошло. Скажу, чтобы ехали сразу в больницу. Вы поедете в машине скорой помощи или вас нужно подвезти? – спросил он, наблюдая за тем, как врачи поднимают носилки.

Я поспешила за ними, не желая выпускать Клэя из виду.

– Можно мне поехать с вами? – спросила я одного из медиков.

Он улыбнулся и кивнул.

– Конечно, мэм.

Я залезла в вслед за Клэем, усаживаясь на небольшое сидение в санитарной машине. Я наблюдала, как один из медиков вставляет в вену Клэя капельницу и пускает по ней какую-то жидкость. Я буквально окаменелела: не чувствовала никаких эмоций. Я не знала, что делать, что говорить, поэтому просто сидела, не двигаясь. Я ни о чем не думала. Я отказывалась признать, насколько серьезной была данная ситуация. Медик морщил лоб и выглядел очень напряженным. Клэй будет в порядке. Он не оставит меня одну.

Когда мы добрались до больницы, Клэя сразу обступили пять человек и повезли его в направлении операционных. Я толкнула двери, собираясь последовать за ними, но медсестра, положив руку мне на плечо, сочувственно улыбнулась. Все вокруг были такими печальными, обеспокоенными и виноватыми, что мне стало по-настоящему страшно. Я не хотела думать о том, что может случиться. Клэй будет в порядке. Завтра я буду снова и снова извиняться, а он поцелует меня в нос и скажет, что это не было моей виной и что он любит меня. Это все, о чем я могла сейчас думать, потому что то, что спряталось в глубине моего мозга, было слишком страшным...

– Вам придется подождать снаружи, пока врачи его осмотрят. Кто-нибудь выйдет, чтобы сообщить вам последние новости. – Медсестра улыбнулась и повела меня к пластиковым стульям, стоящим у стены.

Я слабо кивнула и села, стараясь замедлить дыхание и пульс до нормального темпа. Все было хорошо. Мне нельзя терять над собой контроль, потому что истерически рыдающая девочка точно никак не поможет Клэю.

Я не могла сидеть, поэтому встала и начала ходить по коридору. Я рассмотрела каждую из картин, висящих на стенах, но думала только о том, когда кто-нибудь выйдет, чтобы поговорить со мной. Как там говорится? Отсутствие новостей тоже хорошие новости? Наверное, даже к лучшему, что еще никто не выжил. Через пару минут рядом со мной появился все тот же полицейский. Он сочувственно мне улыбнулся и сел на стул, с которого я недавно встала. Он ничего не сказал, просто сидел и с интересом наблюдал за мной.

Я повернулась, чтобы посмотреть на него в ответ.

– Он в порядке, они просто осторожничают. С ним все прекрасно, – сказала я ему строго. Я сглотнула, услышав хриплый голос, который даже не похож на мой.

Полицейский слабо улыбнулся и кивнул.

– Уверен, что так и есть, мэм.

Я кивнула и стала кусать свои ногти, вместо губ, продолжая ходить по коридору. Мое сердце громко билось в груди, почти заглушая все окружающие звуки. Меня тошнило, по телу струился холодный пот, но я продолжала улыбаться. Мне просто нужно мыслить позитивно, если я буду верить, что все в порядке, так оно и будет. Тогда мы с Клэем сможем просто отправиться в выходные домой и провести время вместе, как мы и планировали. Ленивые выходные, выходные ничего не делания. Только фильмы. Идеальные выходные. Идеальный парень.