Охотники теней (СИ) - Завгородняя Анна - Страница 23

— Согласен, — ответил он.

— А что ты собираешься сделать с ней? Со своей женой?

— Это не твое дело, — последовал ответ, и Дерек вышел из гостиной, оставив за собой только колышущиеся занавески. Измаил посмотрел ему вослед, задумчиво потер подбородок. Когда Дерек появился на пороге его дома, он сразу же понял, что он вернулся за своим долгом. Измаил невольно вспомнил, как много лет назад Дерек спас его из лап работорговцев. Казалось, за это время он совсем не изменился, а ведь сам Измаил тогда был совсем мальчишкой. Сколько прошло лет? Тридцать? Дерек тогда был совсем другим, добрый, заботливый молодой мужчина…Внешне он остался точно таким же, но вот характер явно потерпел некоторые изменения, или может, жизнь заставила его пересмотреть свои принципы. А Дерек шел вперед, едва переставляя ноги, словно на его плечи навалилась непосильная тяжесть. Представляя Бренну лежащей сейчас в постели ненавистного Ивара, ему хотелось немедленно броситься туда и убить его, но он сдерживался, понимая, что это не поможет. Он никогда ничего не значил для своей жены, даже когда всячески поддерживал ее и помогал. Она никогда не смотрела на него, как на мужчину, а видела в нем всего лишь друга, а он и был им до поры до времени, все-таки надеясь на то, что Бренна все-таки сможет принять его любовь. Но стоило ей узнать, что Ивар жив, как она бросила его, Братство и отправилась на край света, забыв про свой долг перед Кайлом и остальными членами Братства, которые ждали, что она скоро его возглавит, сменив на посту отца. Но все пошло не так…

Дерек покинул границы владений Измаила и оказался на улице, освещенной множеством огней, горящих в масляных лампах над каждым домом. Он спешил на пристань, ему еще предстояло выполнить многое за эту ночь…

Глава 4

Широко распахнув глаза, я села в постели. Свежий утренний ветерок шевелил тонкую занавеску, приятно холодил обнаженную кожу. Я повернулась к лежащему рядом спящему мужчине. Он спал на спине, закинув одну руку за голову. Я с тоской посмотрела на его лицо, сдержавшись, чтобы не прикоснуться к нему и медленно выскользнула из постели, откинув прочь тонкую простыню. Подобрав лежащую на полу одежду, бросила последний взгляд на спящего Ивара и покинула дом, ступая босыми ногами по толстому ковру, скрадывающему шаги. На пороге быстро оделась в шелка и по тропинке поспешила прочь от дома, за первым же поворотом с ожесточением сорвав проклятую маску, судорожно сжала ее в руке.

Измаил ждал меня, сидя на низком диванчике в том же самом положении, в котором был, когда мы расстались вчера, словно бы и никуда не уходил из этой просторной комнаты. Откинувшись на подушках, он пил чай, закусывая горячей выпечкой. Увидев меня, Измаил приподнялся, ничем не выказал своего удивления, и как-то плотоядно усмехнувшись, плавным жестом руки пригласил разделить с ним завтрак. Я присела на диван напротив.

— Вижу, ночь прошла успешно, — сказал он с легкой усмешкой, скривившей его губы, — Надеюсь, Бренна, ты уже решила, какой ответ дашь мне. Ты успела все хорошенько обдумать?

— Да, — я все еще думала о том, кого любила больше жизни. О мужчине, с которым провела прошедшую ночь, мужчине, которого я думала когда-то, что потеряла навек, а теперь обрела и боялась упустить вновь, — Я согласна, — сказала я твердо.

Измаил хлопнул в ладоши.

— Вот и замечательно, — произнес он, — Но у меня появились кое-какие изменения в нашем с тобой договоре.

Я нахмурилась. Тон Измаила и весь его вид не предвещали ничего хорошего. Я стала подозревать, что он задумал какую-то хитрость, чтобы я выполнила свои условия сделки, а он свои нет.

— Мы так не договаривались! — сказала я.

— Дорогая моя, — Измаил впился колючим взглядом в мое лицо, — Мы с тобой еще вообще ничего не обговаривали. Считай, что я просто по доброте душевной подарил тебе эту ночь с твоим любовником! Если ты не хочешь меня выслушать, то на этом все и закончится. Можешь быть свободна, я не держу тебя.

Я мысленно выругалась.

— Говори! — сказала я.

Измаил довольно качнул головой.

— Ивару придется дать сегодня еще один бой, — Измаил налил себе еще чая и пригубил, но глаза его неотрывно следили за моей реакцией, — Это будет его последний выход на арене, если ты, Бренна, сегодня исполнишь то, о чем мы договаривались, — добавил он, многозначительно подмигнув мне, — Право же, это совсем небольшое отклонение от нашего предыдущего разговора, не так ли?

Странное ощущение того, что меня хотят обмануть, накрыло с головой. Я встала. Измаил явно что-то задумал, пытается обхитрить меня, не иначе.

— Измаил, Ивар никуда больше не пойдет, — сказала я.

— Придется пойти, иначе наша сделка отменяется, — в глазах мужчины проскользнул лед.

— Ты вынуждаешь меня просто убить тебя, — сказала я.

Измаил поднял руки ладонями вверх в притворном испуге.

— Бренна, помилуй, — сказал он, — Что стоит Ивару убить еще одного нерадивого бойца? Все прекрасно знают, что он лучший. Еще никому не удавалось справиться с ним. Я обещаю, что после этого боя он будет свободен. Больше никакой арены, даже если ты не справишься с тем, что должна сделать.

Он имеет ввиду, что даже если я погибну, то Ивар больше не будет сражаться, поняла я. Устраивал ли меня такой расклад?

— Если я погибну, ты все равно отпустишь его, — внезапно произнесла я.

Мужчина рассмеялся.

— А ты жадная, — сказал он, когда его смех стих, — Но так и быть, я сегодня добрый. Я обещаю, что отпущу его, даже если ты погибнешь во дворце у Касима, но только в том случае, если он выиграет бой. Так что? Мы договорились? — он протянул мне руку.

Я опустила взгляд на его пальцы, унизанные золотыми кольцами, затем нехотя подала свою. Мы пожали друг другу руки, скрепляя свой договор.

— Договорились, — сказала я.

Измаил довольно оскалился.

— И еще одно, — добавила я, когда он уселся обратно на диван и принялся за свой чай, — Мне будет нужно попасть во дворец Правителя незамеченной. Желательно, как можно ближе к его покоям, чтобы я смогла сделать все так, как этого желаешь ты.

— Естественная причина, — напомнил он.

— Да, — повторила я, — все будет выглядеть так, словно у него просто остановилось сердце.

Измаил довольно кивнул. По его лицу расползлась широкая улыбка.

Носилки остановились у высоких каменных стен, за которыми располагался Дворец Правителя Касима Великого. Рабы опустились на колено перед небольшой кованой резной дверью, вставленной прямо в стену. За ней мелькнула чья-то тень. Я выбралась из крытых носилок и приблизилась к двери. За моей спиной послышались тихие шаги — это рабы Измаила поспешно уходили прочь от дворца. Я равнодушно взглянула им вослед и подошла к двери. Раздался очень тихий скрип и в проеме приоткрывшейся двери показалась маленькая голова с покрытыми тонкой шалью длинными волнистыми волосами. Молодая девушка, представшая предо мной, очевидно, была одной из наложниц Правителя. Большие синие глаза взглянули на меня с опаской, затем она схватила меня за руку и буквально втянула за дверь.

— Ты Бренна? — спросила она шепотом.

Я кивнула. Девушка, не отпуская моей руки, повела меня через тенистую аллею сада. Я подняла голову и увидела, что солнце, завершив свой постоянный путь по небосклону, уже медленно ползет вниз, окрашивая все вокруг оранжевым пламенем. Скоро закат, поняла я и совсем скоро Ивар выйдет на арену. В последний раз, напомнила я себе, но отчего-то по телу пробежала непонятная дрожь. Я едва смогла ее унять. Рабыня посмотрела на меня удивленно, но ничего не сказала.

Мы шли довольно быстро. Затем тропинка свернула вправо, и мы оказались возле маленького открытого павильона с изящным фонтаном у входа. Рабыня завела меня внутрь и дала мне в руки одежду. Я быстро переоделась в яркие шелка. К моему сожалению, грудь все-таки пришлось обнажить, чтобы при нечаянной встрече с кем-нибудь из дворцовых стражей или прислуги, никто не смог заметить ничего подозрительного. Когда я закончила одеваться, девушка накинула мне на голову легкий прозрачный платок, и мы покинули павильон. Теперь я выглядела так, как одна из множества наложниц Правителя. Нам следовало торопиться. Совсем скоро Касим отправится на арену. Я хотела успеть до того, как он уедет, тайно надеясь, что тогда, возможно, Ивару не придется драться.