Охотники теней (СИ) - Завгородняя Анна - Страница 30

— Если бы он ранил тебя, или даже оцарапал твою кожу, ты бы умер, — добавила я, — Поэтому я рада, что оказалась на твоем месте.

Холодные губы мужчины прижались к моим.

— Если бы я мог, я убивал бы его снова и снова за то, что он сделал с тобой, — сказал он и поцеловал меня. Сначала легко, но стоило мне обхватить его руками за шею, как его напор усилился. Он хотел большего, я тоже, но пока не могла дать ему то, что нам обоим было так нужно. Ивар все прекрасно понимал и только не переставая гладил мои волосы и покрывал поцелуями щеки и губы.

— Ты скоро поправишься, — сказал он, прижавшись своими губами к моему лбу.

— Да, — ответила я понимая, что не скажу ему сейчас правду. Это будет жестоко по отношению к нам обоим. Я сделаю это позже, решила я. Так будет правильно.

Глава 7

Силы восстанавливались, но очень медленно. Я оживала, прекрасно понимая, что такой как раньше мне уже не быть. А еще мои тени… они с каждым разом подходили все ближе и ближе, словно присматривались ко мне и никак не могли понять, что не так. Очень скоро они поймут, что я слаба и тогда слова Кайла исполняться. Но пока мне следовало крепиться, хотя бы ради Ивара.

По истечении почти полугода вдали наконец показались знакомые берега. Рагнар доставил нас в целости и сохранности.

— Я еще раз предлагаю вам отправиться со мной, — настойчиво твердил он, когда мы сходили с Иваром на берег, — Я буду рад, если вы останетесь жить со мной.

Я вскинула на него тяжелый взгляд. Тролль просто не понимал, что значила для Ивара его земля. Все то, что он добыл с таким трудом и что было вероломно отнято. Джорн должен был понять, что подлость и предательство не остаются безнаказанными.

— Спасибо за приглашение, — ответил Ивар, — Но у нас теперь своя дорога.

— Мы благодарны тебе, Рагнар, — сказала я искренне.

Тролль покачал головой.

— Вы затеяли пустое, — только и сказал он, — Вас всего двое. У Джорна большая дружина!

Я хмыкнула.

— Как ты думаешь, что сделают его люди, когда узнают, что их вождь бел предан своим братом. Тот, кого они считали умершим… — я замолчала. Ивар обнял Рагнара. Поблагодарил.

— Это мои люди, моя дружина, моя земля, — голос Ивара звенел сталью, — Я не собираюсь отдавать то, что так долго строил сам. И эти годы рабства научили меня терпению. Я не буду действовать подло, — сказал он, — Я убью его в честном поединке.

Наш друг только рассмеялся.

— Я не очень верю, что твой молочный брат такого же мнения о честности, как ты, Ивар, — сказал он, — но от всей души желаю вам двоим удачи.

Ладья Рагнара Тролля скрылась за горизонтом, а я все еще смотрела ему во след. Мой бывший раб, Илидир, получив от меня свободу решил остаться с Рагнаром. Что ж, это был его выбор и я его уважала. Когда Ивар наконец положил руку мне на плечо и сказал, что нам стоит идти. Я согласно кивнула, подумав о том, что этот забавный человек, Рагнар, сделал мне много хорошего. Я надеялась, что не в последний раз мы видимся с ним.

— Нам предстоит идти почти весь день, — сказал мужчина, когда мы, взвалив свои вещи на плечи, направились через лес в сторону, где начинались земли Ивара. Решение не показываться раньше времени на глаза Джорну показалось мне весьма правильным. Я надеялась, что тот окажется дома, а не уплыл в поход.

Ивар шагал впереди, я следом. Иногда мое зрение словно переключалось, и я видела тени. Теперь они струились вокруг меня, словно легкое платье окутывали с ног до головы. За время нашего путешествия многое переменилось. Мои бывшие потусторонние друзья теперь высасывали жизнь из моего тела. Изредка то одна, то другая страшная дыра рот присасывалась к моей коже. Они не пили меня залпом, а цедили, как бокал дорогого вина.

— Ивар, — попросила я, остановившись, — Давай передохнем! — одна из теней прилипла к моей ноге. Жуткий рот присосался к бедру. Было больно, словно кто-то резал меня живьем. Я осознала, как чувствовали себя те жертвы, на которых я натравливала своих питомцев. А теперь я сама стала для них пищей.

Ивар остановился. С тревогой посмотрел на меня. Он думал, что это последствия того тяжелого отравления. В его глазах мелькнул страх, когда я пошатнулась и сползла на траву.

— Бренна! — он в мгновение ока оказался рядом, подхватил меня на руки, прижал к своей груди. Я уткнулась носом в его руку, зажмурилась. Не знаю, как долго мы так просидели, пока тень не насытившись отступила. Она обвила мою лодыжку и замерла в ожидании, как паразит.

— Ты скоро поправишься, — прошептал он мне в волосы.

Я не ответила. Пусть думает, что это так. Ему предстояло сразиться с человеком, которого он когда-то любил как брата. Я не хотела, чтобы его мысли в этот момент были далеко. Я не хотела, чтобы он проиграл.

Пошевелившись, встала. Ивар помог мне, придержал за руку.

— Ты как? — спросил он.

— Уже лучше, — ответила я и добавила уверенным голосом, — Слабость прошла, нам надо идти.

— Ты справишься? — спросил Ивар и как-то странно посмотрел на меня. Зеленые глаза словно пытались проникнуть в мою душу. Он хотел узнать то, что скрывали мои губы, запечатанные как горлышко дорогого вина в глиняной бутылке.

— Идем, — я решительно шагнула вперед, силясь держаться стойко. Теперь он следовал за мной, и я буквально чувствовала спиной его вдумчивый взгляд.

Лес вокруг шелестел листвой. Деревья возвышались над нами, натужно скрипели. Где-то среди колючих вершин поднимался ветер. Мы прошли бурелом и чащу молодого орешника, затем вышли к протоптанной тропинке, поднимающейся вверх. Мои легкие сдавливало тяжелое дыхание. Ох, не то со мной творилось, что-то совсем не то. И хуже всего было то, что Ивар все это замечал, и я видела, как темнеет его лицо, когда он видел мое состояние.

День уже был в самом разгаре. Солнце стояло высоко в небе и палило так, словно сейчас был разгар лета, а не начало осени. Последние жаркие деньки, подумалось мне, а потом с моря подует пронизывающий северный ветер, который принесет с собой ливни и шторм. Я так ясно себе представила картину, де холодный дождь барабанит в ставни, как по спине, помимо моей воли, пробежали холодные мурашки. Я поежилась.

Наконец-то мы добрались до вершины. Я сложилась пополам, пытаясь отдышаться. Ивар стоял рядом и смотрел вниз, туда, где виднелись крыши крестьянских домов. Его поместье, его земли.

Я разогнулась, бросила короткий взгляд на стоявшего рядом мужчину. Сейчас он не смотрел на меня. Его взгляд скользил по поместью, отмечая произошедшие в нем изменения. Даже я не могла не признать, что оно значительно разрослось.

— Ну, что, пойдем? — спросила я, хотя хотела спросить совсем другое.

Он не ответил мне и первый сделал шаг в сторону поселения.

Прошло не так много времени и наконец мы вошли в поселение. Я шла за Иваром, оглядываясь по сторонам. Несколько детей выскочили из дворов, разглядывая нас. Я увидела одну из женщин, очень молодую, развешивавшую белье на веревке на заднем дворе. Она бросила мимолетный взгляд на меня, потом перевела на Ивара и застыла. А мы продолжали идти вперед. Я смотрела на спину идущего впереди мужчины и думала о том, правильно ли мы поступаем так открыто придя в поселение? В том, что Ивара узнают, я не сомневалась, только поддержит ли дружина своего нового вождя. Пойдет ли она за Джорном или вернётся к своему прежнему?

Оглядываясь, заметила, что поселение почти не изменилось. За исключением нескольких новых домов, новшеств не наблюдалось.

На встречу нам попадались все новые и новые жители. Как и предыдущая женщина, они почти все останавливались и в удивлении и даже в некотором страхе смотрели на человека, которого давно считали умершим. Я читала в их глазах страх и одновременно облегчение.

Какой-то мальчика, шустрый и тонконогий, встреченный нами у колодца, рванул вперед. Я проводила его взглядом, понимая, куда побежал этот сорванец. Скоро Джорн узнает о том, что за гости пришли в его земли. Раньше, чем мы доберемся до Большого господского дома. Я посмотрела на Ивара. Он словно бы и не заметил мальчишку. Он не боялся быть узнанным и неторопливо шел гордо подняв свою светлую голову. А я следовала за ним тенью и думала только о том, что сильно люблю этого человека. Тени вокруг меня отчего-то успокоились и только их тяжесть на моем теле напоминала мне об их присутствии. Я не хотела больше видеть их, понимая, что замерли они не с проста. Я догадывалась, что должно произойти нечто страшное раз они так притихли в ожидании. А внутри меня, как я тех песочных часах, стекали последние песчинки.