Новый Макиавелли - Пауэлл Джонатан - Страница 46

Чтобы перетасовка ни при каких обстоятельствах не казалась медом, министры Кабинета далеко не всегда соглашаются с кандидатурами младших министров, предлагаемыми премьером. Порой имеют место напряженные переговоры. Например, в 1999 году Робин Кук не сразу принял Кита Ваза и Кима Хауэллса в качестве младших министров МИДа. Мы его уломали, предложив место рядом с Тони, Гордоном и лидерами либерал-демократов и тори на открытии кампании «Британия в Европе». Кук подозревал, что мы пытаемся передать вопросы, связанные с Европой, секретариату Парламента; надо отметить, что это — вечный ночной кошмар Министерства иностранных дел. В 2005 году Рут Келли сначала отказывалась принять Эндрю Адониса, назначенного к ней в Министерство образования младшим министром. Поскольку мы прочили Адониса на ее место, Тони продолжал настаивать, и Рут уступила.

Разумеется, труднее всего было договариваться с Гордоном. Начиная с 2000 года Тони практически в каждой перетасовке планировал смещение браунитов Дона Примароло и Майкла Уиллса, Гордон же всякий раз требовал их восстановления в должностях, и всякий раз Тони уступал. Переговоры о смещении/восстановлении других служащих проходили еще тяжелее. В 2001 году мы хотели уволить разом Ника Брауна и Эндрю Смита; всласть поистерив, Гордон согласился пожертвовать Ником Брауном с условием, что Эндрю Смит останется. После выборов 2005 года Гордон не делал тайны из своего желания взять на работу в правительство новоиспеченного члена Парламента Эда Боллса. Тони был к этому не готов. Весь январь 2006 Гордон спал и видел Эда главным секретарем Казначейства; впрочем, у него духу не хватало попросить об этом напрямую — он лишь выдавал обтекаемые фразы вроде: «Зачем нанимать пустышек, когда вокруг столько талантливых и полезных для Кабинета людей?» Тони предложил кандидатуру Джона Хаттона. Гордон отказался. Тони предложил Джона Денхама. И его Гордон отверг. Тони упирал на профессионализм Хаттона и Денхама. Отчаялся. Предложил Деса Брауна. Гордон о нем и слышать не хотел. Тогда Тони задал конкретный вопрос — кто, по мнению Гордона, годится на эту должность — чем застал Канцлера врасплох. Спрашивал он зря — надо было поступать по собственному усмотрению. Гордон успел обещать должность Эду Боллсу; он не мог одобрить другого кандидата, поскольку боялся. Лучше всего было бы, если бы назначение состоялось без его ведома, а значит, и без его ответственности.

Конечно, процессу министерских назначений изрядно недостает рационализма — но ведь это политика, здесь гладко не бывает. Пляшешь от рекомендации главного «кнута» — дескать, такой-то и такой-то персонаж хорошо проявил себя в Палате, поддерживает все начинания правительства. Самым прилежным заседателем среди членов Парламента — а значит, и самым осведомленным — был Деннис Скиннер. Прибавьте сюда выданные в частном порядке советы госчиновников — какой министр лучше справляется в департаменте, а кто не в состоянии двух слов связать. Порой мне казалось, что совета следует спрашивать у министерских шоферов, ведь каждый из них «раскусывает» своего министра куда быстрее, чем непременный секретарь. Однажды меня вез на заседание шофер Пола Мерфи; было это в 2005 году, вскоре после того, как Мерфи покинул пост секретаря по делам Северной Ирландии. Шофер с большим почтением отзывался о своем недавнем боссе; увы — восстанавливать Мерфи в должности было уже поздно. Госчиновники также сообщают, сколько должностей требуется каждому из министерств. Практически все госчиновники сходятся во мнении, что министров могло бы быть и поменьше; министры, дескать, только под ногами путаются, эффективность работы снижают (за исключением министров — членов Палаты лордов — этих маловато, они нужны для ведения департаментских дел). Чему всегда удивляется новоиспеченное правительство, так это обязательной проверке министров на благонадежность. Секьюрити просматривают файлы и папки, затем является секретарь Кабинета и сообщает, что не обнаружено «никаких явных дефектов или иных обстоятельств, несущих потенциальную угрозу национальной безопасности». Надо сказать, что «дефекты и иные обстоятельства» обнаруживаются крайне редко. Наконец, чертится таблица, где указаны все правительственные должности и оставлены пробелы для уволенных и смещенных, а также для кандидатов на замену.

Укомплектовать первое правительство сравнительно легко, ведь должности вакантны; однако после большой перетасовки уже существующего правительства задача становится дьявольски сложной. Хаос воцаряется вследствие одной-единственной замены в одном-единственном министерстве. Премьер-министр имеет тенденцию в последнюю минуту предлагать какую-нибудь эксцентричную идею, от которой все летит в тартарары. В 1999 году Тони внезапно предложил вернуть в правительство Питера Мандельсона заместителем Мо Моулем по делам Северной Ирландии; позднее выяснилось, что идею ему подала Мо собственной персоной.

Перетасовки ничего общего не имеют с оптимизацией человеческих ресурсов, ибо задача премьер-министра — добиться политического равновесия в будущем правительстве. Если взять на работу исключительно собственных сторонников, остальным это не понравится. Если слишком легко обходить вниманием «своих», они станут возмущаться. Увольнять тоже надо с оглядкой. Уволишь слишком много врагов — они сплотятся против тебя на задних рядах. Порой лучше, когда враг находится в «шатре», чем за его пределами. В1999 году Тони не уволил Ника Брауна, руководствуясь в том числе этим соображением. С другой стороны, не следует поощрять заговорщиков, иначе они вообразят, будто лучший способ сохранить за собой должность — это покушаться на лидерство. Нельзя забывать и о балансе поколений. Слишком активное групповое продвижение сотрудников, принятых в 2001 или, допустим, в 2005 году, может вызвать у предыдущих поколений, верой и правдой служивших в оппозиции, чувство, что работа им вообще не светит; в результате они возьмутся критиковать правительство. Точно так же молодые члены Парламента занервничают, если министры старшего возраста будут засиживаться на своих постах.

Ситуация заметно усложняется, если ваш соперник имеет привычку в день перетасовки обзванивать обойденных и выражать соболезнования: дескать, ума не приложу, почему вас уволили. Подтекст понятен: вы вернетесь в правительство, как только я стану премьером. В горькую минуту на такие посулы ведутся даже самые здравомыслящие люди. Гордон всегда требовал слова по поводу того или иного назначения — а после утверждал, что с ним не посоветовались. Стоит ли говорить, что труднее всего уравновесить было этих двоих — Гордона и Тони? В 2005 году, едва закончилась выборная кампания (а с ней и «любовь на высшем уровне»), Гордонова команда, по нашим подозрениям, выдала СМИ предварительный список членов нового правительства, который Тони уже показывал Гордону. Узнав позднее, что Тони в этом списке кое-что поменял, Гордон пришел в ярость. Пытаясь вернуть былую недолгую гармонию в отношениях, Тони предложил Гордону список должностей. Гордон отказался, а газеты написали, что с ним «не посоветовались».

Уильям Хейг, будучи лидером консерваторов, высказался в том смысле, что в делах перетасовок Блэру следовало бы проявлять больше жесткости и даже беспощадности; поразительно точная формулировка. Тони не был лишен жесткости — иначе из него не вышло бы политического лидера; в 2003 году он даже уволил своего старого наставника, Дерри Ирвина. Но в общем и целом, если касаться лишь вопроса перетасовок, Тони был слишком добрым человеком, чтобы намеренно причинять боль своим коллегам; вдобавок отличался слишком большой готовностью прислушиваться к мольбам тех, кто предпринимал попытки спасти министров, принадлежащих к соответствующим политическим лагерям в партии. Салли Морган, координатор премьерской канцелярии, без конца подстрекала Тони к крутым мерам. Тони прозвал ее «Мадам Дефарж», в честь диккенсовской героини, которая продолжала вязать, не обращая внимания на дьявольский механизм. Однако Салли Морган была права. Миф о «ночи длинных ножей»[134], уничтожившей Гарольда Макмиллана как политика, мифом и является, несмотря на крайне неблагоприятные отзывы, что появились в прессе на следующий день после перетасовки. Премьер-министру не следует опасаться, что в процессе перетасовки будет уволено слишком много старых или нанято слишком много молодых одаренных сотрудников; даже риск нажить врагов среди заднескамеечников не перевешивает политической важности таких действий. Если в его кабинете с талантами недобор, премьер так и так проиграет, если же правительство окажется эффективным, популярность премьера отобьет у заднескамеечников всякое желание смещать его.