Моя легендарная девушка - Гейл Майк - Страница 36

36

Чем больше она говорила, тем больше я восхищался ее горячим стремлением вести плодотворную жизнь. Я так ей и сказал. Думаю, она покраснела, хотя по телефону трудно определить наверняка.

— Можно я тебя о чем-то спрошу? — попросила Кейт.

— Да, конечно.

— А ты не обидишься?

Я подумал, не собирается ли она спросить что-нибудь типа «когда ты последний раз видел голого мужчину?».

— Послушай, — сказал я, — последние несколько дней мне так не хватает острых ощущений, что обидеться было бы даже интересно.

— Чего ты боишься?

Я помолчал, радуясь в душе, что мне не придется рассказывать ей, как я застал Саймона и Тамми у них на кухне, на столе, совершенно голых, если не считать растаявшего содержимого целой пачки мороженого с печеньем из «Хааген-Дац».

— Ты думаешь, что я боюсь жить, да? Нет, я не боюсь. И будущего я не боюсь. В конце концов, я совершенно никчемный учитель, но ведь я еще не повесился. Я боюсь вот чего: что в двадцать шесть лет я уже слишком стар, чтобы привести в исполнение мои мечты. Мне очень трудно не завидовать тебе. Я знаю, я рассуждаю, как какой-то пенсионер, но по крайней мере у тебя есть возможность сделать то, что ты хочешь.

— А у тебя?

— А у меня — нет. Мой путь определен. Если не случится какой-нибудь катастрофы, я не сойду с него до конца жизни.

— А как насчет того, чтобы стать вторым Скорсезой[67]?

Она не понимала, о чем я.

— Орсон Уэллс написал, спродюссировал и срежессировал «Гражданина Кейна»[68], один из величайших фильмов в мире. К тому времени ему исполнилось двадцать шесть.

— Да что там Орсон Уэллс! — воскликнула Кейт. — Этот телевизионный гений, м-м… Тони Уоррен, ему было только двадцать три, когда он предложил идею «Коронейшн Стрит»! — Кейт замолчала, сообразив, что так она делу не поможет. — Прости, я не то говорю. Друг моего брата, который работает в «Коронейшн Стрит», недавно мне об этом рассказывал, и с тех пор это вертится у меня на языке.

— Я не собираюсь вступать в спор о том, что лучше — «Коронейшн Стрит» или «Гражданин Кейн»! Дело не в этом. Дело в том, что мне двадцать шесть! И что я делаю? Я курю, смотрю телевизор и причитаю по поводу моей бывшей девушки. Даже если я наконец займусь сейчас чем-нибудь, я в лучшем случае к тридцати годам выпущу в свет школьную постановку «Джозефа и его Разноцветного Волшебного Пальто». Иногда надо смотреть правде в глаза.

Кейт это не убедило.

— Можно добиться всего, чего захочешь. Если есть талант — он всегда найдет себе дорогу. Надо верить в себя.

Ее оптимизм вгонял меня в тоску. Она удивительно точно угадывала слова, которые мог бы сказать в ее возрасте я. Она и не догадывалась, что я — это она, только шесть лет спустя вниз по наклонной.

— Послушай, Кейт, — сказал я тоном, в котором ясно слышалось «дай-ка я объясню тебе правду жизни», — я потратил уйму времени, чтобы оказаться здесь. Сколько времени мне понадобится, чтобы оказаться где-нибудь еще? Три года назад у меня, возможно, был шанс. Возможно, когда-то я и мог добиться всего, чего хотел. — Я заговорил выше, громче, агрессивнее. — Но уже слишком поздно. Иногда полезно осознать, что время ушло — хватит, довольно иллюзий. — Со злости я пнул коробку с мороженым, в которой еще оставались сахарные подушечки, и тут же пожалел об этом. Желтая сливочная пена и пшеничные подушечки выплеснулись на пальто, которое лежало рядом. Теперь его точно придется сдавать в химчистку.

— Никогда не бывает слишком поздно, — тихо сказала Кейт, — если ты веришь в себя.

Меня тронула доброта ее слов, и в течение нескольких секунд в глубине души я действительно верил, что она права. Потом вмешался рассудок. Она не права. Несмотря на все, что я сделал, чтобы это предотвратить, мой курс определен, и ничего тут не поделаешь. Всю жизнь я задавался вопросом, кем же я буду: в пять лет я хотел быть водителем грузовика, в восемь мне отчаянно хотелось стать Ноэль Эдмондс, в подростковом возрасте я перебрал все профессии от физика до шеф-повара, пока к двадцати годам не решил, что, наверное, я был бы не прочь снимать фильмы. И что я сделал, чтобы направить себя по нужному пути? Просидел на пособии два года, а потом закончил учительские курсы. И теперь из-за этой ошибки я «стану» учителем, даже если это меня в гроб вгонит.

— Спасибо, что ты это сказала, — мягко поблагодарил я. Мне хотелось извиниться за то, что я так завелся, но я не знал, как это лучше сделать, поэтому просто сменил тему. — Какой твой любимый фильм?

Вопрос банальный, хуже него мог быть только «Ты какую музыку слушаешь?», но мне очень хотелось знать ответ. У нас с Кейт было много общего. Даже странно, что такой кинофанат, как я, не спросил ее об этом раньше.

— «Девушка Грегори», — печально сказала она. — Я знаю, он не из тех крутых фильмов, которые принято называть любимыми. Не «Таксист», не «Бешеные псы» и не «Апокалипсис сегодня»[69], но он мне все равно нравится. Он такой милый и…

Я попытался сдержать восторг.

— Нет, Кейт, ты не права. Совершенно не права. «Девушка Грегори» — мой любимый фильм. И он потрясающий. Лучше «Таксиста», «Апокалипсиса сегодня» и даже этого чертового «Гражданина Кейна».

Время больше не имело значения, мы начали вспоминать свои любимые моменты. Ей нравился момент, когда у Дороти, объекта желаний Грегори, школьная газета берет интервью в раздевалке, и еще когда потерявшиеся пингвины бродят по школе, а их все направляют то туда, то сюда.

— Давай потанцуем, — сказал я.

Она сразу поняла, что я имел в виду.

Лежа на спине, на ковре, я протянул вперед ладони и стал двигаться, будто танцуя, как Грегори и Сьюзен танцевали в парке на подходе к финалу фильма. Время от времени трубка отодвигалась от моего уха, но ошибки быть не могло — Кейт танцевала вместе со мной, потому что она смеялась так громко, что я слышал ее даже так.

— А если Паула вернется? Она подумает, я совсем чокнулась.

— Не думай ни о чем! — крикнул я в трубку, продолжая танцевать. Давно я не чувствовал себя таким счастливым. — Просто плыви по течению.

19:39

Меня несло. Слова не поспевали за мыслями. Я готов был болтать с Кейт до понедельника. Но самое потрясающее, что ей не скучно было сидеть там, в Брайтоне, и слушать, как совершенно незнакомый ей человек рассказывает что-то о своей жизни. Мне хотелось рассказать ей обо всем: что я не умею плавать, но зато могу достать большим пальцем руки до тыльной стороны запястья, что я первый раз в жизни купил готовые сэндвичи только в свой первый день работы в школе в Гринвуде (не знаю, почему, просто так получилось) и кучу других нелепостей.

— Расскажи еще, — попросила Кейт.

— Что?

— Расскажи мне о себе еще.

— Э… нет, — с усилием сказал я. Нелегко было отказать такой девушке. Мне хотелось соглашаться со всем, что бы она ни предлагала, но один из заголовков на обложке моего «подарочного» номера «Космополитена» запал мне в голову: «Почему мужчины обожают говорить о себе». Я решил, что теперь моя очередь слушать.

— Теперь ты расскажи мне о себе, — сказал я, загадочно улыбаясь. — Ты уже довольно обо мне наслушалась. И потом, мама с детства запрещала мне разговаривать с незнакомыми, а ты до тех пор, пока я не узнаю о тебе больше, что ни говори, остаешься для меня незнакомкой.

— А незнакомкой быть приятно, — сказала Кейт. — Я могу быть кем угодно. Но, к сожалению, я — всего лишь я. Я работаю в «Бутс». Прихожу к восьми утра и ухожу в шесть вечера. Раз в две недели работаю по субботам и тогда получаю выходной в один из рабочих дней. Вот и все.

— Однажды я месяц работал в пабе — таскал ящики с пивом из погреба. Я ненавидел эту работу всем сердцем. Если твоя работа похожа на эту, она, наверное, иссушает душу.

— Да нет, не очень, — радостно сказала она. — Один мой друг, Дэниел, работает в бухгалтерской фирме в Оксфорде, вот такая работа действительно иссушает душу. С него постоянно требуют отчеты. На прошлой неделе доктор сказал ему, что у него язва на почве стресса. Ему всего двадцать четыре. И притом он неплохо зарабатывает. Но никакие деньги не стоят той ерунды, с которой ему приходится мириться. Ни за что бы не хотела такую работу. В «Бутс» было бы совсем не плохо, если бы не приходилось вставать так рано. В общем, я сказала это Дэниелу, скажу и тебе. Нет смысла огорчаться из-за работы. Если работа треплет тебе нервы — уходи с нее. Никто тебе пистолета к виску не прикладывал. — Послышался стук, потом громкий щелчок. Я запаниковал. Я подумал, она пропала навсегда. — Прости, Паула вернулась. Она меня застала врасплох. Я телефон уронила! О чем я говорила? Ах да. Когда-то мне хотелось занимать влиятельную должность. Не помню точно, какую именно, то есть в разные периоды я кем только ни хотела быть — от телеведущей до судьи в Королевском суде, — но потом пришла к выводу, что в этом нет смысла. Ты только подумай — я однажды вбила себе в голову, что хочу профессионально играть в теннис.

вернуться

67

Мартин Скорсезе — знаменитый американский кинорежиссер.

вернуться

68

Американский художественный фильм (1941), режиссер Орсон Уэллс.

вернуться

69

«Девушка Грегори», 1980, Шотландия-Англия, режиссер Билл Форсайт; «Таксист», 1976, США, режиссер Мартин Скорсезе; «Бешеные псы», 1992, США, режиссер Квентин Тарантино; «Апокалипсис сегодня», 1979, США, режиссер Френсис Форд Коппола.