Каникулы для двоих. Большая книга романов о любви для девочек - Чепурина Мария Юрьевна - Страница 56

В общем, вышло так, что пришла в аквапарк я с одним парнем, а возвращалась уже с другим. Не предчувствие ли этой перемены я ощущала совсем недавно? А может, это было не предчувствие? Может, наша встреча с Димой не случайна? Я ведь знала, что он хочет в аквапарк, что собирается прийти сюда на днях. Так почему же уговорила Никиту посетить это место? Только ли ради горок? Или у меня был еще один скрытый мотив, мотив, который я таила даже от собственного сознания?..

Впрочем, все это было уже неважно. Мы с Димой вышли из здания, держась за руки, – оба счастливые и довольные.

– Сменишь статус сегодня? – спросил Абакумов.

– Какой еще статус?

– Ну как какой? «Вконтакте», разумеется! Я хотел бы указать, что мы встречаемся. Хотя ты, кажется, до сих пор не авторизовала мой запрос о дружбе…

– Да потому что я не сижу там! Страничку завела, а заходить туда ленюсь! Ну просто привычки у меня такой нету – «Вконтакте» сидеть!

– А, повезло! – сказал Дима. – Я оттуда вообще не вылезаю. Кучу времени съедает, но – что делать! Там же все! И музыка, и фильмы, и переписка… Так что насчет статуса? Ты укажешь, что я твой бойфренд?

– Хорошо, – я улыбнулась. – А ты будешь вести себя как бойфренд? Звонить каждый день, ходить со мной во всякие интересные места, заботиться…

– Ну конечно буду! И истерик не стану устраивать, это уж точно!

– А если Яна наговорит про меня каких-нибудь гадостей или подстроит компрометирующую сцену, ты ей поверишь?

– Не поверю! – пообещал мне Абакумов.

Только добравшись домой, сев за компьютер и собираясь открыть сайт «Вконтакте» впервые за месяц, я вспомнила, что так и не проверила, кто спустится с горки быстрее – одиночник или двойка.

Глава 9

Страшный сон продолжается

На следующий день с утра шел дождь, погода была мерзкой, и ни о пляже, ни о прогулках и речи быть не могло. Но я все равно чувствовала себя счастливой. Можно было бы сказать, что я летала как на крыльях по своей комнате, если бы только там было где развернуться.

Из рассказа о событиях предыдущего дня кому-нибудь могло бы, вероятно, показаться, что я выбросила Никиту из головы за одну секунду и больше не вспоминала о нем. Это, разумеется, не так. И вчера вечером, и сегодня я много думала о своем бывшем парне: анализировала наши отношения, осмысливала причины их окончания. И чем дольше я рассуждала, тем больше утверждалась в выводе о том, что по-настоящему никогда не любила Рыбкина. Я просто пришла в восторг от того, что сама смогла вызвать в ком-то такое чувство. Ведь до своего признания Никита нисколько не интересовал меня! Однако стоило ему сказать о своей любви, как он сразу стал казаться мне симпатичным и интересным. Выходит, я влюбилась не в него, а в саму любовь, в его интерес ко мне, в перспективу обзавестись бойфрендом! Но дальнейшие события показали, что с выбором я поторопилась…

Честно говоря, я думала позвонить Никите, чтобы окончательно выяснить между нами все и сообщить ему о разрыве, но была в нем так разочарована из-за вчерашнего поведения, что решила не делать этого.

Рыбкин позвонил самостоятельно.

– Алло, – сказала я, гадая, как он заговорит: агрессивно или обиженно?

– Привет… – в голосе бывшего парня звучало смущение.

– Привет.

– Как дела?

Ну как будто по аське знакомится, честное слово! Сказать ему нечего, что ли?

– Нормально.

– А я тут в «Контакт» заходил… Ты теперь, значит, с Димой, выходит?

– Выходит, что да.

– Но, Лен, а как же я?

– Прости, Никит. Похоже, мы друг другу не подходим. Было бы нечестно продолжать встречаться в тобой после того, как я поняла, что Дима нравится мне значительно больше. А кроме того, разве ты сам не отказался от меня вчера? Разве не сбежал, оставив меня с Димой? Разве не сбросил звонок? Что ты хотел доказать таким образом?

– Я не знаю… Это все эмоции… Сама подумай: все эти события… и снова тот же парень… Неужели ты не дашь мне больше шанса?

– Какой шанс ты хочешь?

– Давай я приду к тебе, Лен. Просто сядем спокойно и побеседуем.

– Но я все равно уже с Димой!

– Я знаю. Мы просто поговорим. Может, я смогу изменить твое мнение о себе. Может, мы сможем хотя бы остаться друзьями…

Никогда Никита не упрашивал меня ни о чем так смиренно: обычно это я его упрашивала. Кроме того, я ощущала некоторое чувство вины за то, что разорвала отношения, сделав Никите больно. Это чувство не позволило мне ответить отказом. Так что я спросила:

– И когда?

– Да хоть сейчас!

Мамы и бабушки дома не было, а ливший за окном дождь превращал Никитино намерение прийти в настоящий подвиг. В общем, я не устояла:

– Приходи.

Никита явился с цветами. Это были первые цветы, которые я увидела от него. И не могу сказать, что они меня совершенно не тронули. «А ведь Рыбкин может быть галантным! – мелькнула мысль. – И, кажется, я ему дорога! Может быть, не стоило так быстро расставаться?»

Мы пошли в мою комнату. Никита уселся на стул у компьютера, я на кровать. Сначала было долгое молчание, потом обмен взглядами: с моей стороны – выжидающим, с его – жалобным.

Первым тишину нарушил Рыбкин:

– Неужели тебе было плохо со мной? Неужели этот Абакумов чем-то лучше?

– Если тебя действительно интересуют ответы на эти вопросы, – пожала плечами я, – то пожалуйста: да и еще раз да.

– И чем он лучше? Чем?

– Он мужественнее. Смелее. Заботливее. Инициативнее. И он боролся за меня, несмотря на то, что я сразу сказала, что у меня есть парень! А ты при малейшей проблеме сбегал!

– Я сбегал? Да нет же! Я боролся!

– Боролся?! Это как же, интересно? Если бы я не пришла на выставку, то так бы и не узнала, что это ты написал мне записку с признанием! Ты просто подбросил бумажку и даже не позаботился выяснить, получила ли я ее! Я не опознала твоего почерка, а ты, вместо того чтобы обозначить себя, просто сдался! А что ты сказал, когда все прояснилось, тогда, на выставке?! «Кто я такой, чтобы обращать на меня внимание, бла-бла-бла…» Ты что, хотел, чтобы тебя пожалели?

– Раньше ты на это не жаловалась…

– Не жаловалась, потому что была ослеплена свалившимся на меня счастьем! Вернее, воображаемым счастьем! Какое же это счастье, если мне только и приходилось что бегать за тобой, оправдываясь? Сначала ты безоговорочно поверил сплетням Янки, потом купился на ее провокацию…

– Но ведь в итоге я оказался прав насчет этого твоего Абакумова!

– Тогда ничего еще не было! Ты сам подтолкнул меня к тому, чтобы я выбрала его, а не тебя! Ты постоянно отказывался от меня, постоянно сдавался!.. Ты вообще вел себя не как парень!

– Не сочиняй!

– А что мне сочинять? У нас были такие отношения, как будто парень – я, а ты – девчонка! Мне приходилось ухаживать за тобой, уговаривать, развлекать… Я вообще не помню, чтобы ты мне звонил! Я всегда звонила первой!

– Я сегодня позвонил, – сказал Никита.

– Очень вовремя! Даже ногами пришел! А до этого тебя было не вытащить из дому! Все, что ты мог мне предложить, – это сидение в душной мастерской и выслушивание твоего нытья!

– Но ведь у меня было задание! Я должен был работать!

– Ну, если ты так занят, – ответила я, сбавив тон, – то, может, тебе вовсе и не надо никакой девушки? У тебя же нет на нее времени.

– И что, мне навсегда остаться одному?

– Ну, это как сам решишь. Ведь есть, наверное, люди, которые посвящают себя одному искусству. Или науке. Или чему-то еще.

– Но я не хочу так!

– Тогда подожди до того момента, когда сможешь полноценно совмещать искусство и девушку. И… когда повзрослеешь. Мне кажется, ты еще маленький.

– Неправда! – захныкал Никита. – Не маленький я! Я хочу быть с тобой не когда-то, а прямо сейчас!

– Сожалею, но я с тобой – нет.

Рыбкин опустил глаза и издал несколько громких, жалобных вздохов. Казалось, он близок к тому, чтобы расплакаться.

– Дать тебе воды? – спросила я.